Люби меня через годы

21-6

– Милена! Мы здесь! Скоро тебя вытащим! Ничего не бойся! – крикнула я вниз и кивнула Ярославу: – Тащи меня.

Милена что-то ответила, но я уже не слышала. Стиснула зубы, готовясь перетерпеть волну боли. И она не заставила себя ждать. Похоже, всё-таки перелом. Я упиралась руками, отталкивалась от холодной вязкой жижи, в которую превратилась земля. Мои пальцы уже закоченели и почти ничего не чувствовали.

Когда Логинов наконец меня вытащил и усадил под стволом ивы, мы оба с ног до головы перепачкались в грязи.

– Саша! Яр! Вы ещё там? – раздался снизу тонкий испуганный голосок.

Мы с Логиновым переглянулись. Надо признаться, я даже малодушно порадовалась, что спускаться придётся Ярославу, а не мне, потому сил ни на какие действия уже не оставалось.

– Ми, я иду за тобой! Сиди на месте и свети мне фонариком!

Он поднялся и, чуть пошатываясь, побрёл вверх к ограде. Я смотрела вслед Ярославу. Он тоже устал. Ветер трепал его волосы, но Логинов даже не накинул капюшон, упрямо двигаясь навстречу своей цели.

Я подумала, что, если бы уже не была влюблена в него, то влюбилась бы именно сейчас. Когда из грубого мальчишки, пеняющего мне разбитым айфоном, он превратился в героя, который спас меня и отправился спасать свою сестру.

Мой папа, чтобы показать степень доверия к человеку, говорил, что с ним он бы пошёл или не пошёл в разведку. Так вот, с Логиновым я бы отправилась на самую сложнейшую операцию. В самое пекло. Не раздумывая.

Как только Ярослав перелез через ограду, я набрала номер отца.

– Пап, мы нашли её... Между Малой бухтой и маяком. Она внизу, на берегу. Ярослав пошёл искать тропинку, чтобы спуститься, а я сижу сверху...

Нога болела всё сильнее.

– Ты в порядке? – он, словно почувствовал моё замешательство или, может, услышал, как я выпускаю воздух сквозь сомкнутые зубы.

– Да, нормально… Нога только болит немного, всё же призналась я.

– Саша, ты тут?! – закричала Милена.

– Да, зайка! – крикнула я в ответ и пояснила отцу: – Это Милена, ей страшно одной.

– Я буду через пять минут, – ответил он и отключился.

– Милена! Мой папа уже едет! Скоро мы будем дома!

Она не ответила. Я прислушалась, но, кроме свиста ветра и шороха снежинок по голым листьям, ничего не разобрала.

– Милена! Ты здесь?! – я наклонилась вперёд, но с такого расстояния не могла понять, что происходит внизу. Даже света фонарика не было видно.

– Милена! – девочка молчала.

Когда подъехал отец, я уже вся извелась от неизвестности. Милена больше не отвечала. Обменяться номерами с Ярославом я не догадалась и теперь не могла ему позвонить. К тому же окончательно замёрзла, и мои зубы без перерыва выстукивали задорный африканский ритм.

– Пошли в машину, – скомандовал папа, лишь окинув меня беглым взглядом.

– Милена больше не отвечает, – поведала я ему то, что, по моему мнению, сейчас было гораздо более важным.

Вот что мне нравилось в отце, так это то, что он умел правильно выстраивать приоритеты. Вместо того, чтобы уговаривать меня, папа достал телефон и набрал номер.

– Илья, мы её нашли. На Высоком берегу. Но девчонка молчит. Возможно, без сознания. Понадобится оборудование и люди. Как быстро сможешь организовать? Добро! Жду.

Я слушала этот монолог и понимала, почему моя мама влюбилась в отца. Он чётко оценивал ситуацию, быстро принимал решения, спешил на помощь тем, кто нуждался в этом. И вообще, он вёл себя как Ярослав. Или же это Ярослав вёл себя как мой папа?

– Помощь уже в пути, – сообщил он, прерывая мои мысли. – Пойдём в машину. У тебя зуб на зуб не попадает.

В салоне было божественно тепло. Отец усадил меня на заднее сиденье, заставил снять мокрую куртку, джинсы и сапоги. Взамен выдал плед, в который сам же и укутал, оставив снаружи только правую руку, сунул в неё крышку от термоса, налил чая и ушёл, строго-настрого велев сидеть в машине и никуда не выходить.

Я выпила чай и окончательно разомлела в тепле. Какое-то время ещё пыталась бороться со сном, но он победил. И, сама не заметив как, задремала.

Проснулась от ощущения движения. Распахнула глаза. И правда, мы куда-то ехали.

– Милена? – первым делом вспомнила я.

– Всё хорошо, – сообщил мне Ярослав, обернувшись с переднего сиденья.

– Где она?

– В скорой, – он кивнул вперёд, и я посмотрела через лобовое стекло.

Впереди ехала машина скорой помощи. Сигнальные огни были выключены, а значит, непосредственно жизни пациента ничто не угрожало. По крайней мере, где-то я читала, что правила у них именно такие. Но всё же решила уточнить:

– Как она?

– Всё в порядке, – улыбнулся Ярослав, – правда, перемёрзла. Да и мы с тобой тоже. Теперь все вместе едем в больницу…

– Да уж, праздник выдался что надо, – выдал вдруг отец.