Люби меня через годы

30

Саша спала, безмятежно раскинувшись на подушке. Ярослав осторожно встал с кровати и подошёл к окну. Ночевать у своей девушки он не собирался, мало ли родители решат заглянуть, хотел только успокоить её после идиотской выходки бывшей.

Логинов чувствовал себя подавленным. Всё-таки в сегодняшнем происшествии была и его вина. Нужно было жёстче объяснить Кристине, что между ними всё кончено. Тогда бы она и не питала напрасных надежд, по пути унижая Сашку.

Ну ничего, сегодня Ярослав доходчиво объяснил не только, что ей не на что надеяться, но и что Барановскую трогать нельзя, иначе будет плохо. Всем без исключения.

В столовой горел свет. Логинов автоматически взглянул на часы. У матери гости? Так поздно?

Наверное, стоило пройти прямо в свою комнату, но он не сдержал любопытства и зашёл поздороваться.

Вот чёрт, а она что здесь делает?

– Привет.

– Ну наконец-то, – два голоса слились в один.

Ярослав смотрел на женщин, которые сидели за накрытым столом, и не понимал, какая причина могла заставить их собраться здесь вместе.

– Присоединяйся, Яр, – мама указала на свободный стул.

Логинов задумался на пару мгновений и понял, что безумно голоден. Он ведь сегодня ещё ничего не ел. С утра не хотелось, а потом уже было не до того.

Мать положила на тарелку рёбрышек, полила их соусом, добавила овощей. Ярослав сглотнул слюну, есть хотелось зверски. И опустился на предложенный стул.

– Вина? – предложила Кристина, и Логинов вскинул взгляд на мать. Та отсалютовала ему своим бокалом. Он пожал плечами и пододвинул Яворской тот, что стоял рядом с ним.

Это казалось всё более странным, но Ярослав решил не зацикливаться на поведении матери. Если хочет ужинать с его бывшей девушкой, пусть ужинает. Сам Логинов собирался поесть и уйти в свою комнату, чтобы завалиться спать. День выдался просто зверский.

Глотнул красного вина. Тоже странно. Всего лишь несколько дней назад у него с матерью выдался очередной не слишком приятный разговор. И Татьяна Викторовна заявила, что он ещё ребёнок. Даже если ему исполнилось восемнадцать. А тут вдруг предлагает вина…

– Ярослав, прости меня, я сегодня повела себя неправильно и грубо… – Яворская чуть ли не плакала от раскаяния. Что ж, очень правдоподобно, но до «Оскара» не дотягивает.

– Тебе не передо мной нужно извиняться, – Логинову хотелось послать её подальше. Сегодня Кристина выпила из него немало крови. Но она так жалобно смотрела на него. Ярослав промолчал и отвернулся.

Ещё одна странность. Если Яворская пришла извиниться перед ним, почему сидела тут с матерью и пила вино?

Определённо, ему нужно поспать. Сейчас усталый мозг не способен решать такие сложные задачи.

Женщины, казалось, забыли о нём и вели какой-то свой, малопонятный мужчине, разговор. Но Ярослав особо и не прислушался. Он чувствовал расслабленность. В голове приятно шумело. Хотелось забраться под одеяло и спать, спать, спать.

Мать что-то сказала и поднялась из-за стола. Ярослав даже не повернул голову. Мысли текли медленно и вяло.

– Допей вино, – Кристина пододвинула к нему бокал, в котором оставалось ещё несколько глотков.

Логинов послушно выпил всё, что было.

– Пойдём, – Яворская подошла к нему и помогла подняться.

– Куда? – язык заплетался, и даже это слово Ярослав выговорил с трудом.

– В твою комнату… Я помогу тебе, – Кристина подставила плечо, на которое он с радостью оперся. Всё-таки, и правда, устал – ноги почти его не держали.

Мысль, что Яворская поведёт его в комнату, не вызвала отторжения. Напротив. Это воспринималось спокойно и естественно. И хорошо, что поможет, самому было бы труднее.

– Давай помогу раздеться, – она потянулась к его футболке, и Логинов послушно поднял руки. Потом опустился на кровать и приподнял бёдра, чтобы удобнее было снимать джинсы. И это тоже не казалось чем-то противоестественным.

Сняв с Ярослава трусы, Яворская откинула одеяло и приглашающее похлопала по кровати. Он с готовностью опустился на тёмно-синюю простыню с урбанистическим рисунком.

Кристина включила негромкую музыку, затем встала перед ним и, слегка покачиваясь в такт, начала снимать с себя одежду. Ярослав, не двигаясь, наблюдал за ней. В стриптизе Яворская всегда была хороша.

Оставшись абсолютно обнажённой, Кристина сделала шаг к кровати и склонилась над ним. Её волосы пощекотали грудь, спустились к животу и ещё ниже.

Ярослав продолжал отстранённо наблюдать за её действиями. Видел, как на мгновение на лице девушки выступила досадливая гримаска, но тут же исчезла.

А Кристина легла на него и начала целовать в губы. Ярослав послушно открыл рот, позволяя её языку проникнуть внутрь.

Что было потом, он не смог вспомнить в течение последующих десяти лет, потому что его сознание накрыла непроницаемая антрацитово-чёрная пелена.

***