Любимая для Монстра

Глава 1

1540 год принес с собой Месяц освобождения, месяц что запомнился каждому жителю королевства кровавым отпечатком на стенах, дорогах и душах.

Он был известен как Эдмунд Дюран, бастард короля, чей статус рожденного вне брака отравляли его сердце ядом ненависти и жажды власти.

В свои двадцать шесть лет он был воплощением безумной красоты и жестокости, сочетанием притягательной внешности и ледяного сердца.

Высокий, безупречно сложенный, с угольно-черными волосами, и глазами, как ледяные глубины озера — синие, суровые, как сама смерть.

В чертах его лица, словно вырезанных мастером из мрамора, отражалась аристократическая порода, но вместе с тем и холодная, беспощадная натура.

Эдмунд возненавидел все, что воплощал его отец, царствующая особа, чье имя и титул были лишь очередной целью на его пути. И когда он осознал силу своих сторонников, когда собрал воедино свою армию жестоких и преданных людей, готовых следовать за ним, он поднял знамя бунта.

Вспыхнула война.

Она вспыхнула, как пожар в лесу, охватив земли королевства, и в этот момент началась долгая агония всех его «братьев и сестер» — единокровных наследников трона, что жили в роскоши и безопасности, но были обречены на смерть от его руки.

Месяц освобождения стал началом конца для многих знатных семей, таких как: Севрин, Валарис, Монтелли, а также Вальмон, самых близко приближенных к королю, личных советников и верных союзников.

Эдмунд, со всей жестокостью, подобно хищнику, выискивал каждого члена этих семей, обрывая жизни.

Ни один не избежал жестокой расправы. Он прибывал в их поместья, его люди разламывали двери, вырывая последних из их укрытий, а холодные стены замков окрашивались кровью.

Каждый боролся до последнего вздоха, но Эдмунд был неумолим. Один за другим они пытались организовать защиту, укрыться за мощью рода, но это оказалось тщетно.

И когда королевские войска рухнули перед натиском Эдмунда, когда последние всполохи сопротивления погасли, королевство вновь ожило. Народ с облегчением назвал этот период временем расцвета.

Вы спросите, а кто я такая? Меня зовут Розалия Вальмон, дочь герцога Вальмона, рожденная в семье, где меня никогда не любили.

Я — та, кто когда-то наивно верила в надежду счасливого брака, но оказалась в темноте, на коленях, с разбитой душой и сердцем. А передо мной, словно воплощение самой смерти, стоял мой законный муж — Эдмунд Дюран.

Мужчина, чье имя вызывали ужас и ненависть, тот, кто уничтожил всех, кого я когда-то знала. Он вырезал всю мою семью, оставив меня сломленную и беспомощную.

Я стояла на коленях, чувствуя, как холодная, сырая плитка обжигает мои колени. Грохот грома раздавался за стенами замка, дождь безжалостно лился с небес, словно сама природа оплакивала мою участь. Каждый отблеск молнии казался предвестником конца, будто сама смерть присоединилась к этой трагедии, подчеркивая ее финальный аккорд.

Эдмунд смотрел на меня сверху вниз с тем жутким выражением, в котором читалась лишь жажда убийства. Его голос, холодный и насмешливый прорезал тишину.

— Подними голову, Розалия. Прими свою смерть с достоинством... хотя бы как моя жена.

Слова, полные презрения и жестокости, отозвались эхом в моем сознании. Я почувствовала, как страх сковал мое тело, превращая меня в застывшую статую, не способную ни бежать, ни сопротивляться.

Перед глазами пронеслись обрывки прошлого, горькие воспоминания о моей жизни, в которой не было ни капли счастья.

Я была нежеланной дочерью, безразличной для своей семьи, и стала ненужной женой для человека, который должен был стать моим защитником, но обернулся моим палачом.

Что осталось от меня? Лишь жалкое, пустое существование. В этот момент я поняла, что смерть для меня — это не конец, а освобождение.

Медленно, через силу, я подняла голову, взглянув прямо в глаза своему убийце. В его взгляде я не увидела ни капли жалости, лишь холодную решимость и удовлетворение от предстоящего акта. В этот момент страх исчез, оставив лишь пустоту и странное чувство облегчения.

Его клинок вошел в мою грудную клетку с пугающей легкостью, словно я была не живым существом, из крови и плоти, а тряпичной куклой.

Острая, жгучая боль пронзила тело, и я ощутила, как жизнь медленно покидает меня. Гром все гремел за окнами.

Я упала на пол, чувствуя, как вокруг меня растекается теплая, липкая кровь, поглощая меня, затягивая в безмолвную пустоту.

Моя последняя мысль была о том, что, возможно, я наконец обрету покой...