Любимая катастрофа драконьего принца

Глава 5. Подобие мира

— Доброе утро, — здороваюсь я, открывая дверь в палату Рисы.

В просторной комнате, залитой солнечным светом, тем не менее пасмурно от сгустившегося напряжения. Слишком высокая концентрация хмурых лиц на один квадратный метр.

Пробегаюсь взглядом по лорду Греазу, Ильке, мастерам Зимме и Панчеку, нашему ректору. И останавливаюсь на Арме. Принц неотрывно смотрит на меня, и в его глазах я успеваю заметить вспышку ревности. Не сразу понимаю, чем заслужила, и только потом до меня доходит, что маячащий позади меня Талль стоит слишком близко. По меркам одного ревнивого дракона.

Делаю шаг вперёд, привлекая всеобщее внимание и выводя Талля из-под удара. Ко мне сразу обращаются взгляды всех присутствующих, но меня интересует актриса, умирающая на кровати. Сидящая среди пушистых одеял, вся в белых кружевах и с распущенными волосами, Риса как-то резко бледнеет. Альва цепляется за руку склонившегося над ней лекаря и что-то сбивчиво ему шепчет. Седовласый мужчина же молча слушает её лепет и продолжает замеры.

— Ученики? — тем временем спрашивает ректор, а его кустистые брови приподнимаются от удивления. — А вы чего тут забыли?

— Это я их пригласил, — поднимает руку Ильке. Альва упирается спиной в шкаф и, сложив руки на груди, бросает на окружающих цепкие взгляды. — Посчитал, что они обязаны присутствовать на перекрёстном допросе.

— Допросе? — как попугайчик переспрашивает ректор и бросает изумлённый взгляд на мастера Зимму. — А мы разве в чём-то подозреваем твою новоявленную подопечную?

— Понятия не имею, — цедит Деян, но мне чудится скрип его зубов.

С недавних пор флёр его идеальности и невозмутимого спокойствия развеялся, и я вижу в мастере совсем другого человека. Самодовольного и даже слегка напыщенного. И меня пугает, что раньше я этого не замечала.

— Подозреваем, — подключается лорд Греаз, делая предостерегающий знак Арму. Видимо, принцу не терпится вцепиться в Рису и выбить из неё всю правду. — Но я планировал опросить всех по одному.

— Не вижу в этом смысла. — Ильке как-то уж нарочито расслабленно потягивается и внезапно резко оказывается у кровати Рисы. Бесцеремонно усаживается на постель и просит: — Ну рассказывай, пчёлка, как на этот раз потрудилась.

Я не понимаю, о чём он, не вижу никакого смысла в его словах, но то, как сначала бледнеет, потом краснеет и потом снова уходит в белизну лицо Рисы, говорит о многом. Например, о том, что зараза прекрасно осознаёт: врать не получится. Видимо, Ильке достаточно хорошо изучил Рису, чтобы не дать ей вывернуться.

— Прошу не давить на мою подопечную, — холодно просит мастер Зимма. — Она только что пришла в себя.

— И, возможно, ей не стоит нервничать? — уточняет у лекаря ректор.

Я короткими шажками подхожу к Арму и кончиками пальцев касаюсь его руки. Он тут же сжимает мою ладонь, но отпускает под тяжёлым взглядом лорда Греаза. И это правильно: не стоит показывать наши чувства остальным.

— Леди Веллур практически здорова, — подаёт голос лекарь. — Все показатели в норме, в том числе и мозговая деятельность.

— Амнезия? — спрашивает мастер Панчек, а мне почему-то кажется, что подсказывает.

Переглянувшись с Армом, понимаю, что его тоже напрягают слова ректора.

— Маловероятна. — Седовласый мужчина пожимает плечами. — Основные травмы пришлись на область груди и ног. Лёгкое сотрясение присутствует, но на память оно никак не повлияет. Рекомендую оставить леди ещё на сутки в стационаре. Если всё будет в порядке, уже завтра я её выпишу, и она сможет вернуться к своим изысканиям. Естественно, с щадящей нагрузкой.

— Благодарю. Без вашего таланта я бы так быстро не поправилась, — тихим голоском произносит Риса, всем своим видом показывая, какая она бедная и несчастная.

— Ну что ты, деточка, — ласково произносит лекарь и даже ободряющее похлопывает Рису по плечу. — Всё не так страшно, как казалось изначально. Хотя нет, лукавлю. Без наших артефактов тебе бы действительно пришлось туго.

— Это всё? — Ильке довольно грубо прерывает их воркование.

— Лорд Эрто! — одёргивает его мастер Панчек. — Не мешайте специалисту. Возможно, леди Веллур нужен не только физический уход, но и психологическая забота. Она, в конце концов, несколько дней провела между жизнью и смертью.

— Ага-ага. — Криво усмехнувшись, Ильке сначала провожает взглядом уходящего лекаря, а затем полосует им притихшую Рису. — Говори.

— Что говорить? — Она невинно лупает глазками.

А меня аж разрывает первой ответить на этот вопрос. Останавливает лишь понимание того, что надо быть умнее. Дать Рисе сделать первый ход и затем уже отталкиваться от её слов. Ну и присутствие Арма здорово остужает пыл. Сейчас, когда Талль занял место на другой стороне комнаты, принц ведёт себя гораздо спокойнее. И я будто напитываюсь выдержкой и способностью Арма анализировать ситуацию.

— Кто был инициатором прогулки в лес Морока? — с нажимом спрашивает Ильке.

А я только глаза к потолку поднимаю. Не то. Не с того ты начал, лорд Эрто.

Палата погружается в молчание. Мы все, как стая волков, уставились на Рису в ожидании её ответа.

— Ардан? — не то спрашивает, не то утверждает альва, бегая глазками от меня к Таллю.