Любимая (м)учительница моя.

В академию

Абсолютно лысое животное, выражая всем своим видом обиду на жестокий мир, подошло ко мне и заглянуло в глаза. Взяла Гриню на ручки. Ну, только попадись мне этот массовик-затейник, организатор полосы препятствий. Порежу на ленточки, к едрене фене.

Додумать кары господни не успела, сбоку, в стене открылась дверь. На нашу потрепанную, но не сломленную пару смотрел ректор драконов. Не пойму, у него глаза и были такими большими и круглыми? Или это на фоне белого лица так смотрится?

Подошла к стене.

-Что? Все? Испытания закончены? – спросила у мужчины.

-Да. Можете выходить. – Ректор посторонился.

-Знаете, что, уважаемый организатор… Конкурсы у вас так себе. И техника безопасности хромает. Посмотрите, что вы с Гриней сделали! – потрясла собачкой перед лицом ректора. Белое лицо мужчины украсилось остатками пепла от шерсти. Гриня притворился задохликом, картинно закатил глаза и обмяк у меня в руках. Прижала его к груди, задрала нос и промаршировала мимо.

За дверью меня ждали такие же бледные, как ректор, парни. Я дошла до них.

-Вы, что такие напряженные? – спросила мужчин.

-Мы видели, что было на последнем этапе. – ответил Дин, разглядывая меня и ощупывая взглядом.

-Ну, я тоже видела. В чем дело то?

-Дело в том, что на этом отрезке вообще не планировалось препятствий. Ты должна была просто добежать до выхода. Но кто-то заменил испытания специально под тебя. Мы же все проверили перед стартом. – подал голос Лэрри.

-Слушайте, я думаю, что даже знаю, кто мог это сделать. Но сейчас предлагаю пойти к нам в дом. Помыться, поесть, успокоиться и после этого все обсудить. – я уже почти развернулась, когда меня кто-то поймал за шиворот, дернул назад, развернул и обнял. Подняла глаза и увидела Дина.

-У тебя все хорошо? Что-то болит? – тихо прошептал мужчина. И в этот момент, между моей грудью и грудью Дина протиснулась узенькая мордочка, кожа и глаза на ней натянулись к ушам, раздался лихорадочный вздох и сдавленное: «Кыся!!!».

-Ой! Прости, забыл! Ты сейчас такой маленький. – Дин взял Гриню, расстегнул свой китель и спрятал пушистика лысика на груди.

До места проживания шли молча. Видимо, сказались переизбыток событий: взрыв, полоса препятствий и интриги, бушующие вокруг нас.

Дома нас ждал ужин и парни, которые уже неплохо себя чувствовали и решили покинуть лечебницу. По мне так, правильно. В текущей ситуации лучше не разделяться.

Когда помылись и поужинали, рассказала о своем разговоре с капитаном драконов. Потом пришлось признаться в подрывной деятельности в лабиринте. Парни ржали.

-А я еще подумал там, в лабиринте, ведь кто-то в меня то ли плюет, то ли чем-то мелким кидается, а на горизонте никого. И так смотрел, и магическим зрением – ничего. – сквозь смех сказал Лэрри.

-Точно, я тоже тогда подумал, зачем драконы столько яблок с собой притащили, все же усыпано ими было. – улыбаясь добавил Марти.

-То есть, вы на меня не злитесь? – аккуратно спросила.

-Нет, конечно. Мы бы все равно выиграли. А капитан драконов нашел бы другой повод. Плохому воину всегда что-то мешает. – ответил Дин.

В этот момент в дверь постучали. Мужчины переглянулись. Лэрри пошел открывать.

-Мадам Грюнберг? Как вы здесь? Ректор?

В дверях стояла наша учитель в сопровождении главы местной альма-матер. Мужчина поменял цвет, сейчас он был нежно зеленого цвета.

-Прежде всего, молодой человек, добрый вечер. И освободите проход, я не в том возрасте, чтобы топтаться на сквозняке. - Лэрри посторонился, гости прошли внутрь помещения, Грюнберг села в кресло.

-Ну, господин ректор, хотелось бы услышать рассказ о неприятностях моих подопечных из первых уст, а не только из рассказов доверенных мне людей. – у ректора дернулся глаз.

Следующий час мы слушали подробный отчет. Причем, не только от ректора, Грюнберг допросила каждого. Когда доклады закончились, она задумчива пожевала губы, надела пенсне на нос и стала пристально рассматривать Гриню.

Удовлетворив свое любопытство, поманила пальцем животное к себе. Гриня подошел, она открыла саквояж, что-то долго там искала, потом вытащила меленькую вязанную кофточку и одела на пёселя. Застегнув ее на спине.

-Господин ректор, так, что вы планируете делать дальше? Продолжать состязания нет смысла. Ваш племянник не успокоится. А допустить членовредительство, и, тем паче, гибель кого-то из своих адептов, я не могу.

-Что вы предлагаете? Я все понимаю. С его стороны это подлые поступки. Но он мой родственник, я его люблю. – обреченно ответил мужчина.

- Да… «Встречается такая любовь, что лучше ее сразу заменить расстрелом» (1). – мадам задумалась – Предлагаю перенести испытания на шесть месяцев. Аргументируйте это техническими неисправностями. За это время решите ваши семейные дрязги. Не согласны – обнародую все, что сотворил ваш родственник. – и она остановила немигающий взгляд на своем визави.

Ректор задумался, потом кивнул в знак согласия головой, тяжело встал и вышел из дома.

-Так… А теперь, суслики, разберем ваше поведение. – она обвела глазами нашу теплую компанию, нижние девяносто предательски сжались…

-Зося, кто тебе разрешил вмешиваться в состязание? Ты сюда запасным игроком приехала или кем? Тебя кто в меткости просил упражняться?

-Ну, я случайно. Они просто…

-Что просто? «Ну стоят они рядом... ну дерутся они... ну бьют морду друг другу... ну и что?? Я абсолютно спокойна... И с чего вы взяли, что я в них специально бросила провиант?!» Так? – мадам сверкала глазами.

-Ну, в моей интерпретации было не так ужасно. – опустила голову.

-Мадам Грюнберг, Зося просто переживала за нас, попыталась помочь, в этом ее изюминка. – заступился за меня Лэрри. Лучше бы он молчал.

-Так она кекс, а не изюминка. Изюма в ней столько, что только и успевай удивляться. – ответила Грюнберг.

-Мадам, не ругайте Зосю, если вам нужно, чтобы кто-то страдал, давайте, я буду страдать. – встрял Рори.