Любимая (м)учительница моя.

Бал

Весь следующий день была, как на иголках. Настроение штормила от «ой, да сдались они мне, я себе лучше найду, ща, как покажу…» до «забудьте меня в кроватке, видеть никого не желаю, все тлен».

В общем, в комнату пришла, готовиться к балу, нервно подпрыгивая, как будто меня периодически било разрядом, с легким косоглазием, от раздираемых противоречий, нервным тиком, от напряжения, и радостным оскалом маньяка, предвкушая праздник. Груня вздрогнула. Я плотоядно осматривала периметр в поисках «красоты» на вечер. Взгляд остановился на платье.

-Я не поняла… А где разврат? Это ж мое платье. В нем ничего такого… Ну, чтобы «утонуть в нежных полушариях груди», «насладиться белизной и мягкостью рук». – меня несло, куда – непонятно, видимо, к падшим женщинам.

-Даже не знаю… Сейчас отца с дядей вызывать, или, все же, дать дурнине выйти из тебя? – задумчиво произнесла Груня.

Ну, мозг, конечно, не очень функционировал. Видимо, сказались эмоциональные перегрузки. Кто ж знал, что голова не самая крепкая часть моего организма? Зато инстинкты работали, как часы. На последней фразе Груни в голове просветлело. Собрала себя в кучу, изобразила на лице смущение и затрепетала ресницами.

-Грунечка, это я нервничаю. Ты же должна меня понять, как девушка девушку.

Помощница смерила меня подозрительным взглядом, подумала, потом махнула рукой и предложила занять место на стуле в центре. Все, сейчас прическа и макияж.

Когда я была готова, меня облачили в платье. Оно, все же претерпело изменения. Груня выбрала фиолетовое платье, с широкой лямкой через одно плечо. К нему добавились многослойные прозрачные юбки, создающие ощущение полета, легкости и широкий, вышитый переливающимися камнями, пояс. В уши вставила тяжелые, длинные серьги. Кстати… Кто с собой в академию притащил фамильные бриллианты? Нужно позже устроить допрос с пристрастием. А волосы собрала в высокую, объемную прическу.

Я придирчиво разглядывала себя в зеркало. Ну… Не звезда эротических снов, конечно, но, что-то притягательное в моем образе есть. Какая-то свежесть, хрупкость, легкость.

Воодушевленная чмокнула Груню в череп, и, пожелав себе удачи, отправилась на бал. Гриню оставила в комнате.

Музыка и смех слушались еще на подступах к залу. Чем ближе я подходила, тем сильнее меня била нервная дрожь. В какой-то момент даже решила смалодушничать и сбежать, но не успела. Меня подхватило волной спешащих первокурсников и занесло в помещение.

Внутри все переливалось и сверкало. Вдоль стен стояли столы с легкими закусками и напитки. По центру кружили пары. Девушки и юноши разбились на группы. Я озиралась, не зная к кому мне прибиться. Не увидев знакомых лиц, отошла к столу и взяла в руки фужер.

-Зося? Ты почему одна? Где парни? – услышала вопрос и обернулась. Возле меня остановился Одо, стихийник из нашей команды.

Говорить что-то не хотелось. Поэтому неопределенно пожала плечами и сделала глоток сока.

-Скучно? – снова спросил мужчина.

Я повторила движение плечами. Что он от меня хочет? Компанию составить ему? Так, я не настроена. Воспитание демонстрирует? Так оно мне сейчас нужно, как Грине праздничное боа.

-Может что-то покрепче хочешь? – в тот момент, что такое «покрепче» я не представляла. Но избавится от незваного гостя жаждала до обморока. Поэтому решительно кивнула головой.

-Сейчас. Стой здесь, никуда не уходи. Я быстро приду. – покосилась на него. У меня прям мильон вариантов, не знаю, куда метнуться. Конечно, я буду здесь стоять!

Одо убежал и я спокойно погрузилась в пучину меланхолии и созерцания.

— Вот! – раздалось сбоку, я дернулась и вылила часть сока на Одо.

-Ой, прости! Напугал! – взяла салфетку и почистила его.

-Ничего, не переживай. Никто и не заметит. – он протянул мне бокал с чем-то прозрачным. Вода что ли? Стоило ли из-за нее так убиваться и куда-то бегать? Взяла фужер и сделала глоток.

Ну, не то, чтобы прям сделала, немного проглотила. Сразу сработал какой-то защитный механизм организма и горло перекрыл спазм, рот обожгло. Я прыснула содержимое своего внутреннего мира (рта) на Одо.

-Крепко? – спросил он, вытирая лицо платком.

-Что это? – просипела в ответ.

-Не могу сказать, семейный секрет.

-Яд? За что?

-Да не яд это. Это… «веселящий» напиток.

-Что он веселит? Язву? Которая откроется после его знакомства с моими внутренними органами?

-Такс… Неправильно ты восприняла напиток. Надо развести. – Одо нашел еще два пустых стакан. Добавил в них больше половины сока и разлил свой «семейный секрет».

-Пробуй!

-Сам пробуй. Я уже напробовалась.

— Это вкусно! Потом жалеть будешь. Он помогает забыть горести, завести друзей, стать душой компании, почувствовать праздник каждой клеточкой своего организма.

И я уже собралась Одо сказать все, что думаю про его компанию и про веселящиеся на полную катушку клеточки, когда взгляд из толпы выхватил знакомые фигуры. Возле одного из столов стояли Дин и Лэрри. Рядом терлись две расфуфыренные мамзельки. Причем в таких платьях, что фантазии просто негде было притулиться. На витрину выложено все. Мужчины им что-то рассказывали, те, в свою очередь, ржали, как кавалеристский полк.

Рука сама потянулась к фужеру и выплеснула его внутрь. А ничего так. И не противно.

-Ого! Ты бы не частила! Крепкая вещь! – Одо нервно переминался с ноги на ногу.

-Ну, я тоже не слабая. Тащи еще. Этот я быстро выпью. – внутри начало разливаться тепло, настроение улучшилось.

-Стоит ли? – с сомнением посмотрел на меня мужчина.

-Ты мне друг? Или портянка?

-Друг!

-Тогда, что за вопросы? Тебя девушка просит!

-Хорошо, но это будет последним бокалом. – Одо строго на меня посмотрел, я полезла обниматься. Ну, он просто, такой зайка! Вот, все для меня! Все!

В центре зала кто-то появился. Сосредоточила взгляд. Кажется, это ректор нашей академии.

-Господа адепты! Объявляю осенний бал открытым! В этом году к нам присоединились капитаны команд, которые получили больше всего призовых очков в состязании, перенесенном на шесть месяцев. Мы очень горды, что они посетили нас. Прошу вас любить и жаловать этих студентов. А сейчас, веселитесь!