Любимая проблема вредного дракона

Глава 5

Разглядывая карту Ангейла, Таисия Марковна с тоской думала о Средиземноморском побережье Турции.

“Как вернуться в свой мир, не привлекая внимания санитаров и инквизиции? Вот в чем вопрос… Может, попробовать аффирмации? Говорят, мысли материальны. Хочу окунуться в Средиземное море… Нет! Уточняю: в Средиземное море на пляже пятизвездочного отеля Кемерского района Турции. На планете Земля Солнечной системы… В две тысячи двадцать первом году от Рождества Христова!”

Сосредоточиться на составлении правильного запроса к Вселенной мешал бубнеж студентов. Будущие маги яростно спорили, целовал Дерек Гадрел Таис Лекс или нет. А поскольку на лекции по географии присутствовали все четыре факультета, гул стоял такой, что собственных мыслей было не расслышать. Преподаватель, сухонький старичок в зеленой мантии, неоднократно пытался призвать студентов к порядку, но безуспешно.

На перемене к Таисии Марковне подбежала Милла.

— Таис, о чем все говорят? Это правда? — зашептала она.

— Дома расскажу, — также шепотом ответила Таисия Марковна и подмигнула, успокаивая подругу.

Вслед за Миллой ее обступили однокурсники.

— Лекс, вы правда целовались? — спросил голубоглазый шатен. — Дерек клянется, что ты врешь.

Таисия Марковна обернулась, посмотрела на белобрысого Гада, затем на шатена и медленно провела пальцем по нижней губе.

— Ну, если он клянется… Тогда выходит, что я вру, — сказала она таким тоном, что любой бы понял, что да, врет. Именно сейчас она говорит неправду.

Шатен посмотрел на ее растрепавшиеся волосы, на губы, потом на Гадрела, на сокурсников. Стоявший рядом с ним темноволосый, тот самый, который заглядывал в конспекты, довольно произнес:

— Я же говорил! Сам вспомни, ни дня не проходило, чтобы Дерек ее не задирал.

— Ты совсем сбрендил? Посмотри на нее. Кто такую захочет целовать? — возразил шатен, ничуть не стесняясь говорить в присутствии самой Таисии Марковны. Он показал рукой на Миллу. — Он из-за этой рыжей ей проходу не давал. Вспомни, что случилось во второй учебный день.

Таисия Марковна в который раз порадовалась, что ей стукнуло пятьдесят девять, а не какие-нибудь восемнадцать или даже двадцать пять. Подобные слова могли заставить рыдать ее в юности, но сейчас вызывали лишь усмешку и легкий азарт. Вчера вечером она хорошо рассмотрела себя в зеркале. Каштановые волосы ниже лопаток, зеленые глаза в обрамлении темных ресниц, прямые брови, чуть вздернутый нос, тонкие губы с выразительной аркой Купидона. Если изменить прическу и напряженное выражение лица, получится вполне миловидная девушка. Но пока и так сойдет. Не стоит привлекать к себе лишнее внимание. Лучше задать спорщикам волнующий ее вопрос.

— Увы, да. Моя внешность красотой не блещет. Может, вы поможете мне сменить тело?

Удивление однокурсников сменилось раздражением.

— Может, ты просто исчезнешь с нашего факультета? Одни проблемы от тебя, — сказал шатен.

— То есть, вы не можете дать мне другое тело? — уточнила Таисия Марковна. — А господин Гад… рел? Может, это в его власти?

Недоумевающие лица были ей ответом.

“Но тогда как? Как я сюда попала?” — подумала Таисия Марковна и тяжело вздохнула. Вздох относился к необходимости выживать в незнакомом мире.

— Итак, господа студенты. Если никто не может выдать мне более красивое тело, значит, никто не вправе попрекать меня тем, которое мне досталось. И если вам так спокойнее, то считайте, что с господином Гадрелом мы не целовались, — не преминула она вернуть разговор в изначальное русло.

— Вы на самом не целовались! — взорвался шатен.

Таисия Марковна потупила глаза, загадочно приподняла бровь и жеманно пожала плечами.

Тут с перемены вернулся преподаватель, и ее, наконец, оставили в покое. Правда, и Милле пришлось вернуться к своему факультету, но ничего, еще одна лекция, и они смогут в подробностях обсудить и отметить маленькую победу Таисии Марковны.

На обеденном перерыве Милла засыпала ее вопросами, главным из которых был: когда Таис успела научиться так ловко ставить хамов на место словами.

— “Жить захочешь, не так раскорячишься”, — процитировала Таисия Марковна известную кинокомедию. — Устала тумаки получать, вот голова и заработала.

Милла посмотрела на стол, где сидели аристократы, и прошептала ей на ухо:

— Ох, Таис. Не думаю, что на этом наш господин Гад и его Гаде́лла успокоятся.

Рыжуля была права: таких людей не изменить, будут и дальше гадить.

— Ничего, — усмехнулась Таисия Марковна. — Обидеть Таис может каждый. Не каждый сможет убежать. Все, что нас не убивает, делает сильнее.

Конечно, сказать легче, чем сделать, но отступать было некуда. Если душа Таис Лекс исчезла из тела в академии, то именно здесь крылась разгадка перемещения.

“Что, если студентов не похитили? Возможно, они тоже поменялись с кем-нибудь телами, а новые владельцы, в отличие от меня, не остались сидеть на лекциях, а сбежали в город?” — думала она, пока Милла хихикала над ее словами. Но как это проверить, и что с этой информацией делать, пока было непонятно.

— Таис, ты не только храбрая, ты очень находчивая, — сказала Милла. — Я так рада, что мы с тобой подружились.

“Находчивая?” — Слово зацепило Таисию Марковну, потянуло за ниточку и распутало весь клубочек. Не только Рыжуля, она сама удивлялась своей наглости и сообразительности. А ларчик открывался просто: в молодости, с первого по пятый курс института, Таисия Марковна играла в КВН. “Разминка”, “биатлон” — эти конкурсы Клуба веселых и находчивых прекрасно развивали скорость мышления. Выступления на сцене в шуточных жанрах учили уверенности, артистизму и стойкости к насмешкам.

Студенческие воспоминания всколыхнулись в груди приятным теплом, и Таисия Марковна встретила появление в столовой ректора Брейна мечтательной улыбкой, часть которой невольно перепала куратору, который его сопровождал.

— Уважаемые студенты! — с волнением произнес ректор. Он дождался, пока не установится полная тишина, сцепил руки за спиной и сказал: — Такого в нашей академии еще не было…