Любимая рабыня генерала

Глава 11

На следующее утро меня вызывает к себе генерал. Я торопливо бегу за широко шагающим Камиром, прикидывая варианты – зачем понадобилась в столь ранний час.

Из башни мы попадаем в узкий коридорчик, который выводит в основную часть здания. А если быть точнее – крепости. По пути обращаю внимание как много вокруг вооруженных людей: лучников, мечников, арбалетчиков…. Они занимают посты, сменяют друг друга, снуют вдоль стен.

- Камир, городу что-то угрожает? Почему столько воинов? – догоняю сопровождающего мужчину.

- Не женского ума это дело! – отмахивается от меня, как от назойливой мухи. А я себе делаю пометку – обязательно узнать: что и к чему.

- Заходи в покои, поклонись господину и госпоже. Затем жди, пока генерал не дозволит подойти ближе. Поняла? – хмурит брови Камир и хватает меня за подбородок. Жесткие и натруженные пальцы царапают нежную кожу.

Становится страшно. Что от меня потребуют сделать? Сколько умений и сил нужно будет приложить? А если я не справлюсь?!

- Иди! – отпускает и открывает передо мной дверь.

Нервно одергиваю чуть великоватое платье с чужого плеча и ступаю за порог. Дверь за моей спиной закрывается, отсекая единственный источник света в комнате.

Вокруг темно. Так темно, что поначалу не понимаю – где я и зачем меня привели. Постепенно глаза привыкают к окружающему полумраку, и я начинаю различать детали.

Это спальня. Большая, просторная, с огромной кроватью по центру комнаты. А темно здесь, так как все окна закрыты, свечи – не горят.

Сбоку отделяется тень и пугает меня до полусмерти.

- Проходи Алатея, - звучит знакомый голос, и я выдыхаю. Это генерал.

Кажется, Камир говорил, надо поклониться. Кланяюсь, хоть и чувствую себя по-идиотски при этом. Мне, современной и прогрессивной девушке, бить поклоны…. Ну да ладно, не сломаюсь.

- Это моя мать, - генерал останавливается у кровати. Только сейчас замечаю, что там кто-то лежит.

- Госпожа! – кланяюсь еще раз.

- Она не слышит тебя, - тихо произносит Такамар и бережно поправляет одеяло. – Она очень больна. И никто не знает, как ей помочь. Но говорят, в мире осталась горстка чародеев, унаследовавших силу некогда великого рода. И ты можешь быть одной из них.

- Я??

- Да, ты, Алатея. Я очень на это рассчитываю, - голос генерала становится жестче. В нем проскальзывают стальные нотки.

Спорить не решаюсь, так как жить хочется, несмотря на всю ту странность, что со мной происходит. Но и давать ложные надежды Такамару не хотелось бы. Все-таки это - его мать.

- Попытаюсь сделать все возможное, господин, но и я не всесильна, - произношу тихо, но четко.

Генерал кивает и потом говорит:

- Что-нибудь нужно для работы?

- Немного воды, и света.

Руки начинают мелко дрожать, как только подумаю, что придется лечить пожилую женщину непонятно от чего и неизвестно как! Только бы магия Алатеи меня не подвела на этот раз!

Внезапная вспышка воспоминаний оглушает.

Алатея еще ребенок, но уже постарше, лет тринадцать. К ней или ко мне приносят охотника, которого сильно подрал дикий зверь. Крупные раны тянутся от самой шеи к пояснице. Мужчина стонет, так много крови…. Я слышу ее чуть сладковатый запах и вижу чужую боль.

Сижу над охотником не один час, и даже – не один день. Долго, очень долго затягиваются его раны. Мои силы совсем небольшие, и я отхожу поесть, и полежать. А потом, снова возвращаюсь к раненному. Чужие воспоминания сплетаются со мной нынешней, и кажутся такими реальными, настоящими…

- Что с тобой, целительница? – меня встряхивают за плечи и видение исчезает. Генерал с тревогой заглядывает мне в лицо.

- Ничего, все хорошо. Просто задумалась! – вру, испугавшись его реакции.

- Приступай! – отпускает меня и указывает рукой на кровать.

В комнате стало больше света, так как с окон убрали занавески. И в мое пользование предоставили целый кувшин с водой. Выпиваю залпом половину, перенервничав.

Присаживаюсь на край постели, рассматривая больную женщину. Она не так стара, как я себе это представила. На вид – лет шестьдесят, не больше. Благородные и правильные черты лица измождены болезнью и кожа кажется тонкой, словно папиросная бумага, но в целом – женщина сохранила былую красоту.

Растираю ладони, настраиваясь на то, что потребуется сделать. Вспоминаю свои ощущения на рынке и кадры из «видения». Надеюсь, все получится и генерал останется доволен.

Беру в руки женскую ладонь. Она холодна, хотя сама женщина укутана по шею в толстое одеяло. Должно быть, от долгого лежания нарушен кровоток.

Включаю свое внутреннее зрение, но оно не показывает источник болезни. Тело ослаблено в целом. Сердце вяло перекачивает кровь, с усилием сокращаясь. Мне кажется, что этой женщине осталось недолго – настолько плохи дела.

Слегка растираю пальцы, отдавая капельку собственного тепла. Оно перетекает с моих пальцев в чужую кисть вместе с магией.