Любимая серая мышка

Глава 1

– Это совершенно невозможно! Он не возьмет меня на работу!

– Девочка, ты со мной хочешь поспорить? Со МНОЙ?

Я всегда поражалась, откуда у этой женщины столько уверенности в себе. С того самого дня, как оказалась за партой в ее классе.

Капитолина Сергеевна Лавроненко точно знала, чего хочет. И как этого достичь. И чего должны хотеть мы, ее ученики. Никто в классе никогда не решался ей возражать. Знали, что бесполезно. У нее на все существовали железные аргументы. Да и убеждать она умела, так что вскоре после разговора с ней ты и сам начинал думать так же.

Но не в этот раз! Я успела выяснить, как строго относится Алексей Лавроненко к подбору персонала. Не зря же его компания считалась одной из самых успешных в городе. Попасть туда не было ни единого шанса. У таких, как я, – точно. Опыта работы – ноль, вуз, в котором я училась заочно, далеко не самый престижный. Да еще и внешне ничего особенного.

Будь я длинноногой красоткой-блондинкой, может, и стоило попытаться очаровать его и таким образом получить желаемую должность. Но если я и перекрашу волосы, ноги от этого длиннее не станут. И грудь не вырастет больше моего второго размера. И хоть меня и называют хорошенькой… иногда, это явно не то определение, которое помогло бы добиться цели.

– Маша, я считаю тебя целеустремленной и настойчивой девушкой. Не разочаровывай меня! – перебивает мои неоптимистические размышления Капитолина Сергеевна.

– Ну, зачем ему брать на работу простую студентку? Я ведь узнавала в агентстве: у них очередь желающих хотя бы на собеседование к нему попасть.

– Ты неправильно ставишь вопрос, – своим привычным тоном строгой учительницы парирует женщина. – Не зачем ему, а что тебе надо сделать, чтобы получить это место. И как там удержаться. Я уверена, ты найдешь правильный ответ.

Мне бы ее уверенности… Пока все складывается совсем не в мою пользу. В центре трудоустройства даже заявку брать не стали, потому что необходимыми для работы в компании Лавроненко качествами я не обладала.

– А если ему не понравится, что вы мне помогаете? – задаю я еще один мучивший меня вопрос. Потому что и об этом тоже много слышала: как он не любит вмешательств в его дела. – У вас проблем не будет?

Ответом мне становится такой снисходительный взгляд, что я тут же осознаю, какую нелепицу сболтнула. Чего-чего, а проблем эта женщина точно не боится. У нее еще и поучиться стоит, как правильно с ними справляться.

– Значит, ты все поняла? – резюмирует Капитолина Сергеевна. – Завтра отправляешься на новую работу.

– Как завтра? – ахаю я, чувствуя, как сердце улетает куда-то вниз от страха и волнения. – Мы же ничего не обсудили еще. И согласия он не дал. И разве вы успеете с ним поговорить?

– Думай о том, успеешь ли ты! Рабочий день начинается в девять утра, постарайся не опаздывать. Мой сын этого не любит.

Я открываю рот, но тут же закрываю, понимая, насколько бессмысленно возражать. Все еще с трудом верится, что в моей жизни может действительно произойти то, о чем я так давно мечтала, но противиться этому я не собираюсь. Лучше попробую использовать предоставляемый мне шанс по максимуму.

– И да, Мария. Учти и запомни еще кое-что, – строго произносит Капитолина Сергеевна. – Во всем остальном я помогать тебе не буду.

– В чем… остальном? – лепечу я внезапно ставшими непослушными губами, мучительно соображая, могла ли проницательная учительница догадаться, какие тайны скрывает мое глупое влюбленное сердце.

– Я договорюсь только о работе, – поясняет она, сохраняя величественное и невозмутимое лицо. Весь вид ее словно говорит: «Учись, девочка, как нужно себя держать. И прекрати уже мямлить, наконец». – Если же ты всерьез намерена выйти замуж за моего сына, то тут тебе придется постараться самой.

***

Брови Лавроненко, изучающего мои документы, взлетают вверх. Можно даже не уточнять, в чем дело, – это и так понятно. Вряд ли реакция могла быть другой. То, что взять себе ТАКУЮ фамилию мужа – очень романтично, считала только моя мать. Я её трогательного порыва за все свои 22 года не смогла оценить. Лучше бы она осталась Ярославской. Красиво, звучно, почти по-дворянски. Не то что…

– Серая? – показалось, или мой новый шеф спрятал ухмылку? Хотя чему удивляться, так реагируют большинство людей при знакомстве со мной. И почти всякий раз я ничего не могу сделать с подступающей досадой. Очень люблю своих родителей, но вот ЭТО понять не в состоянии. О чем только они думали? Романтика, серьезно? Неужели им не пришло в голову, что детям с такой фамилией будет жить не слишком-то сладко?

В школе я сидела за одной партой с Элизабет Петровной Савельевой. Вот с ней мы друг друга сразу поняли! Ну, что стоило её родителям назвать дочку Елизаветой? Суть-то одна, только без новомодных извращений. И никто бы девочку не дразнил. А так, не хочется вспоминать, сколько раз мы сбегали с уроков и рыдали на пару на заднем дворе школы, оплакивая несправедливость бытия.

– Ну, не всем в жизни везёт… с фамилией, – с вызовом откликаюсь я на вопрос начальника, допуская мимолетную мысль, что ему подобные переживания точно неизвестны. Продолжаю злиться на мать за оставленный мне «подарочек» и на себя саму, что так и не научилась спокойно реагировать на насмешки. И наконец-то решаюсь поднять на глаза.

И тут меня ждет сюрприз. Вернее, правильнее сказать: потрясение. Лавроненко и не думает смеяться, на красивом, сосредоточенном лице вообще нет ни тени улыбки. Он так смотрит, что под этим его взглядом я невольно сжимаюсь, ощущая себя маленькой и беспомощной. И еще – глупышкой, которая зачем-то решила показать характер. Выпендриться перед шефом в первый же день. Только что я ему этим докажу? Что не умею себя вести? Не лучшее начало, особенно если учесть, что он и так не сильно рад моему появлению.