Любимая женщина моего мужа

Глава 2.

Тина.

Воздуха ни черта не хватает… Пальцы не слушаются, но я судорожно тянусь к пуговицам рубашки и торопливо расстегиваю их… На воздух хочется. Или под землю провалиться…

Этого не может быть… Все это безумие не может быть правдой…

Раскрываю губы и втягиваю наэлектризованный, пропахший духами наглой девки воздух.

– Я не понимаю… Я… Это розыгрыш? – сиплю бессвязно. – Валентин, кто эта женщина? Она твоя любовница? Почему вы пришли сюда? Почему вы… Ваня, Маша, а вы…

Слова рассыпаются в горле, как песок… А направленные на меня, жалостливые взгляды предателей впиваются в сердце, как иглы, превращая его в кровавое месиво… Оно, бедненькое, прыгает в груди, норовя выпасть и шмякнуться на мраморный пол… Прямо к ногам тех, кто его безжалостно растоптал…

– Лиза – не любовница, а моя любимая женщина. Ну, наконец-то я сказал это. Аж легче стало, – театрально закатывает глаза мой благоверный. – И не делай такое лицо, Валя.

– Валя? Кошмар… Имя-то какое, старушечье, – хихикает мерзавка, продолжая восседать в кресле. – Мне она представилась Тиной. Прости, милый, твое имя звучит благородно.

Ага, различия между нашими именами разительные – Валентина и Валентин… Обхохочешься просто…

Но Лиза продолжает ласкать моего мужа преданным взглядом.

– А это Валентин и придумал – звать меня Тиной, чтобы не путаться. Не понимаю… Все это – розыгрыш? – все-таки всхлипываю я. – Ваня, Маша, а вы что же… Знали все? – перевожу взгляд на детей.

Приоделись, гады... На Машке белый, пушистый свитер, а Ванечка сменил толстовку на рубашку.

– Мам, хватит уже играть в счастливую семью, – деловито складывает на груди руки дочь. – Или ты всерьез думала, что папа ездит в командировки? Ха-ха! Или в спортзал записался, чтобы подлечить больную спину? Или седину закрашивает, чтобы тебе понравиться?

– Да, дочка, я именно так и думала. А что же… Давно ты знаешь? А ты немедленно встань с кресла! – рявкаю, мечтая вышвырнуть разлучницу вон.

Расселась тут, улыбается… Глядит на меня полным превосходства взглядом. Здорово она все устроила… Мой Валёк, наверное, сопли жевал, медлил… А у нее уже живот на лоб полез, замуж надо…

Номер моего телефона узнать несложно. Не удивлюсь, если кто-то из моих любящих деток ей поспособствовал…

Белобрысая курица неуклюже встает с кресла и семенит под крылышко Вали...

– Мы были уверены, что ты сама скоро на развод подашь, – спешит защитить сестру Иван. – Папа ведь… Ну он не скрывал равнодушия к тебе, не старался…

«Даже кофе наливал с каменным лицом», – вспоминаются слова Бэллы.

– Я давно знаю. И поддерживаю отца, – деловито вздергивает нос Маша. – А какая жена нужна бизнесмену такого уровня? Его на важные мероприятия приглашают. Там губернатор присутствует, чиновники всякие, звезды… Тебя, что ли, с собой брать? Позориться только…

– Маша, что же ты говоришь такое? Дочка, как же ты…

– Мария, ты переходишь границы, – чопорно произносит Валентин. – Тина, я не знал, что мы приедем сюда. Наверное, Лизонька решила немного меня поторопить таким образом. Взяла инициативу в свои руки. Дорогая, я не сержусь ни капельки, – дарит он наглой девке в кружевах обольстительную улыбку.

Блевать хочется… Мачо хренов – седеющий и не слишком здоровый. Значит, они ждали, когда я САМА на развод подам? А я… Я подарки вчера им купила. Ване – часы японского бренда, а Машеньке – чемоданчик с профессиональной косметикой. Долго выбирала, с консультантами советовалась… Они же любимые, золотые, самые лучшие…

Те, для кого не жалко последних денег.

Да я для них… Почку отдам, если понадобится. Но ее им мало – сердце подавай…

Ну, держите его, оно ваше… Растоптанное, неживое, с трудом поддерживающее во мне жизнь.

Они ждали, когда я сама свалю, понимаете?

А я не видела ни черта… Дура? Да. Еще какая…

Идиотка просто. Слепая и доверчивая.

– И что ты хочешь, Валя? Почем нельзя было раньше? Почему… Когда твоей Лизоньке рожать? – язвительно уточняю я.

Висящий на шее фотоаппарат ощущается, как пудовая гиря… Снимаю его и осторожно кладу на подоконник, бросая взгляд в вечереющее окно… На улицу хочется… Зарыться в сугроб и умыться снегом. Привести себя в чувства и хоть немного очиститься от прилипшей ко мне паутине предательства…

– Я просто решал кое-какие финансовые вопросы, – чешет репу Валек. – Я же теперь, блин, почти многодетный отец.

И улыбочку выдавливает идиотскую…

А ему идет свитерок с оленями… Интересно, кому Лизонька собиралась показать свои фоточки соло?

– Дом наш куплен в браке, так что… Не думай, что я так легко откажусь от него.

– Это ничего не значит, Тина, ты же понимаешь? – снисходительно произносит он. – Я его строил за свой счет, а ты… Вспомни, откуда я тебя забрал? Или мне напомнить? Ты и права не имеешь претендовать на него.

– Бессовестный ты, Валь… Я же всегда работала, всегда… Никогда на шее у тебя не сидела. И вы меня на улицу выкидываете? И куда ты прикажешь мне идти?

– Плохая у тебя, мамочка, работа, – фыркает Маша, метнув гневный взгляд в мою сторону. – Если ты ничего не заработала. А ты ничего и не…

– Да заткнись ты, Машка, – одергивает ее Ваня.

– Может, это прозвучит грубо, но да… Ты же никогда ничем нормальным не занималась. То цветы, то игрушки какие-то… Сейчас фотография. Сними себе квартиру в таком случае. Ты же у нас крутая, так? Ты это сказать хотела?

Не хочу больше видеть их… Терпеть их присутствие и обсуждать вопросы, касающиеся нашей семьи вместе с Лизонькой.

– Пошли вон отсюда, – выдыхаю хрипло.