- Можно теперь я буду задавать вопросы?
Ого, проявляет инициативу – для машины это большая редкость. С каждым сеансом Калеб все больше убеждался в уникальности изобретения. Ава была почти идеальна. Временами даже слишком безупречна, так, что он начинал ее воспринимать как живую девушку, шутки ради натянувшей на себя маскарадный костюм из резины и стали.
- Какой твой любимый цвет?
- Ну… красный.
- Неправда!
Когда с тобой говорят таким металлическим тоном, и от собственного имени открестишься, - усмехнулся Калеб.
- А какой же тогда?
- Не знаю. Но точно не красный.
А она хороша. Наверное, уловила нотки неуверенности в его голосе. Или сработали датчики импульсов, надо будет уточнить у Натана, о каких еще функциях он умолчал.
- Еще вопрос, - на этот раз голос Авы звучал мягко, проникновенно. Калеб даже расслабился. Сейчас наверняка спросит, есть ли у него девушка, и все такое…
- Если я сдам тест, меня выключат?
Улыбка сошла с его побледневшего лица. Как она узнала? Почему машину вдруг стала интересовать ее дальнейшая судьба? Что это – желание жить, проснувшийся инстинкт, предчувствие?
Глубокие карие глаза смотрели прямо, мигая каждые 4,5 секунды. И почему-то Калеб не мог заставить себя думать, что это всего лишь камеры, замаскированные раскрашенными акриловыми линзами.
Полное поражение – он не смог не только ответить, но даже взглянуть ей в лицо, поспешно ретировавшись из злополучной комнаты.
- Что такое?
Дверь почему-то заело. Он снова и снова пытался вставить карту, но экран упорно загорался красным.
- Это ты сделала?
Она улыбнулась. Едва заметное движение – и в соседней комнате заматерился Натан, лишенный изображения сразу со всех камер слежения.

Отредактировано: 11.12.2020