Любимый цветок... ромашка?!

Глава 10.

К заходу солнца мои колени ныли и скрипели, а на руках кровоточили мозоли. В очередной раз вылив за борт содержимое ведра, кинула на дно уже ужасно надоевший мне скребок-губку и села прямо там, у фальшборта. Жизнь меня к такому совершенно не готовила!

– Прохлаждаешься, – язвительно выплюнул незнакомый мне матрос.

– Я только что закончил.

– Уверен? – и он с неприятной улыбочкой толкнул сложенные возле одной из пушек ядра. Они раскатились, оставляя после себя масляные темные следы, – Еще тут осталось. – и ушел.

Я даже не шевельнулась. Сил совершенно не было. Не прошло и минуты, как на палубу поднялся боцман. Его появления я из-за закрытых век, к сожалению, вовремя не заметила.

– Опять бездельничаешь? – очень близко раздался его голос.

– Н-нет, – я, как смогла, быстро вскочила.

– Сегодня всю ночь натираешь палубу. Брому скажу, чтобы не смел на тебя провиант тратить. Море неженок не любит, якорь мне в глотку!

Поняв, что боцмана не переубедить, да и смысла особого это не имеет, промолчала. Посидев еще какое-то время, с тихим стоном поднялась. К этому моменту на палубе не осталось никого кроме часового. Все ушли на ужин, отдыхать и спать. У меня же это получится еще очень и очень не скоро.

Швырк, швырк… И по новой. Солнце село за горизонт. Теперь только масляная лампа освещала мои слабые потуги.

– Риан? Послышался на трапе удивленный голос Джейсона. – Ты чего тут забыл?

– Работаю, – прошипела я.

– Давай, помогу? – он уже потянулся, чтобы забрать себе еще одну тряпку, но я его остановила.

– Нет. Это только моя работа. Значит, только мне ее и выполнять. Уж никак не судовому врачу, которого команда бережет как величайшее сокровище.

– Вот не надо… – начал было Джейсон.

– Я сам справлюсь.

– Как знаешь. Посидеть-то с тобой можно?

– Да, конечно.

За разговором время пошло веселее. Джейсон рассказывал разные истории о команде и корабле, изредка спрашивая что-то и у меня. Чаще всего я отвечала немногословно и односложно, но его это, кажется, не сильно расстраивало. В конце концов, и он не выдержал, ушел спать.

Сменился вахтенный. Руки жгло от соленой воды и мозолей. Закончила я ближе к утру, так и уснув в обнимку с ведром, не имея никаких сил на то, чтобы добраться до гамака. Уже в засыпающем мозгу промелькнула мысль о том, что так я не уставала даже после занятий с Форолом.

Пробуждение было болезненным и резким. Меня тряхнули за плечи так, что голова дернулась, а зубы клацнули. Ночь на жесткой палубе не прошла бесследно, мгновенно отозвавшись неприятными ощущениями по всему телу.

– Подъем, юнга. Поможешь мне на камбузе. До завтрака осталось недолго.

Надо мной стоял невысокий, но широкий в плечах мужчина. Один его глаз перевязан тряпицей. Седые волосы были коротко острижены.

– Ну, чего расселся, недоумок сухопутный?! – гаркнул он так, что я подскочила, не выпустив при этом из рук ведра. – За мной.

Кок, а, судя по всему, это был именно он, привел меня на маленькую кухоньку, где было невыносимо жарко.

– Что нужно делать? – спросила я, попутно закатывая грязные рукава рубахи.

– Вот, – на маленький столик у стены коком была поставлена миска с чем-то, напоминающим похлебку. – Ешь, – указал на стол Бром, видя мою заминку.

– А помочь чем нужно? – с опаской переспросила, ожидая подвоха.

– Дурень! Запомни. Дают – бери. Бьют – бери и беги. А вообще, ты правильно сделал, что отказался от помощи Джейсона. Ешь, давай! Хорошо, что соблазну не поддался. Наш боцман все видит, даже если его не видишь ты.

Покивав, принялась за похлебку. Она, к моему большому удивлению, оказалась не просто съедобной, но еще и весьма вкусной.

– Закончил? – спросил кок, что-то помешивая в котле.

– Да. Спасибо.

– А теперь бери поднос и отнеси его в каюту капитана.

– Что?

– Я что-то непонятно сказал? – угрожающе повернулся ко мне кок, сжимая в руке половник.

– А разве не… – половник перекочевал в другую руку, – понял.

Подхватив поднос, немного согнулась под его тяжестью и вышла на палубу. Осторожно ступая, подстраиваясь под качку, достаточно быстро дошла до двери в капитанскую каюту. За неимением свободных рук как можно деликатнее постучала ногой. И только после ответа поняла, в какую глупую ситуацию попала. Дверь открывалась в мою сторону, а руки были заняты тяжелым подносом. Ситуацию спас подошедший сзади Бром. Все еще с половником.

– На будущее, – шепнул он мне тихо, – там есть бочонок. – и взглядом указал в нужную сторону.

Кивнув, вошла в каюту. Капитан и Лонгран стояли у стола, согнувшись, и о чем-то тихо спорили. Вот почему любопытство просыпается всегда так не вовремя?

– Ты не понимаешь, Лонгран. Если мы их не перехватим здесь, другой возможности может и не представиться.