Любимый книжный

Беспокойный декабрь. Глава двадцать вторая

- Все будет хорошо, дорогая, поплачь, станет легче, - шептал он мне в макушку – ты не поверишь, у меня есть варенье из черной смородины. Я его тоже очень люблю.

Я всхлипнула и замолчала. Невозможно плакать бесконечно. Да и смысл плакать? Наверно, злиться надо, а может не надо. Внутри была какая-то опустошенность.

Дымов усадил меня за стол, налил чай, поставил на стол поллитровую банку смородинового варенья.

- Вот и печенье готово, - улыбаясь, он достал противень и поставил его на стол, - сейчас переложим на блюдо и будем вместе пить чай.

Через несколько минут он сидел напротив меня с большущей кружкой чая.

- Ты же обычно пьешь кофе, - удивилась я.

- Здесь только растворимый, а его я не люблю. Лучше хороший чай. Мне через полчаса надо будет подняться на холм, время связи со Степаном.

- Он ничего не знает о твоей роли в этом деле?

Дымов отрицательно покачал головой.

- Я расскажу ему, как приедем в город, - добавил он.

- Если в этом не будет необходимости, не рассказывай, - попросила я, - ему это не понравится.

- Я не девушка, чтобы нравиться, - нахмурился он, - расскажу, как есть. Главное, поймать преступников и обезопасить тебя, а потом я исчезну из твоей жизни.

Почему-то эти его слова мне совсем не понравились. Несмотря на все, что он мне рассказал, я была благодарна ему за помощь и заботу. Мне он все-таки нравился.

Приказав закрыться на огромный засов, Дымов вышел из дома. Не было его минут сорок, не меньше. Когда раздался стук в дверь я вздрогнула.

- Аня, это я, - раздался низкий, с легкой хрипотцой голос Дымова.

А мне подумалось, что он, наверно, хорошо поет. Я идиотка, вот какие мне мысли в голову лезут. Я открыла дверь. Он огромный в своей зимней куртке и теплых штанах, холодный и румяный с мороза широко улыбался.

- Хорошие новости! Твой капитан задержал Брославского младшего, сейчас везет его в отдел.

- Где он его нашел?

- Не знаю, сообщения короткие. Написал, что доставит в наш город. А нам еще пару дней посидеть здесь.

- Почему?!

- Могу предположить, что его надо допросить и найти сообщников.

- Может это и к лучшему, - пожала я плечами, - я совсем не представляю, как останусь сейчас одна в квартире, хоть бы Машка вернулась! А ты сегодня поспишь со мной?

Я поняла, что выпалила глупость и покраснела.

- Я имела в виду, - я замолчала, пытаясь подобрать слова, - Я положу между нами подушки. Я не буду тебя обнимать. Кровать большая. Ну пожалуйста. Я просто за руку тебя держать буду, - залепетала я.

Дымов тяжело вздохнул, изображая раздумья, потом ответил:

- Думаю, я переживу ночь рядом с тобой. Но только если ты положишь подушки и не будешь закидывать на меня ноги.

Я покраснела.

- Ань! Ну ты серьезно?! – он смеялся вовсю, - тебе тридцать лет и ты до сих пор считаешь, что спать рядом с тобой – это ужасно?

- Двадцать девять, - поправила я, разворачиваясь и отправляясь в ванную.

- Хотя, спать рядом с тобой, это великая мука, - тихо пробормотал он, а может мне показалось, в общем, я не стала обращать внимания.

Я приняла душ, надела свою теплую пижаму и легла в кровать, после душа пришел со своим одеялом Дымов, улегся поверх моего, а своим накрылся сам и укрыл меня.

- На улице заметно похолодало, - заметил он, - наверно минус двадцать уже. Повезло, что мы приехали раньше и все коммуникации запустили, теперь не промерзнут.

- Спасибо, - прошептала я.

- Что сегодня будем слушать? – спросил Дымов.

- А что, большой выбор?

- Пара детективов, боевик и боевое фэнтези.

- Тогда детектив.

Мы сунули в уши по наушнику, я отвернулась к стене, вплотную придвинувшись к ней и почувствовала, как мне на плечо легла тяжелая рука.

- Не пугайся, просто будешь чувствовать, что я рядом.

- Спасибо, - ответила я и закрыла глаза.

Думала, что мысли не дадут мне уснуть, но отключилась буквально на второй главе. А посреди ночи проснулась от того, что кто-то горячо и ровно дышит мне в затылок, а заодно крепко прижимается своей грудью к моей спине. Дымов спал, сграбастав меня в охапку. Ну и пусть! Мне хорошо, тепло и приятно. И я опять заснула.

За два следующих дня мы прослушали все книги, которые были на телефоне Дымова, завтракали, обедали и ужинали, делали уколы и перевязки, играли в шахматы и раскладывали пасьянсы. За это время я очень привыкла к нему, он мне очень нравился. Пусть говорят, что между мужчиной и женщиной не может быть дружбы, глупости все это! За все это время он не приставал ко мне, хотя, возможностей у него была масса. Я потеряла друга детства, зато, благодаря ситуации, нашла Степана и друга в лице Александра. Как он сам сказал? Старший брат или дядя? Самый настоящий старший брат!

На второй день вечером, после очередного сеанса связи Дымов заявил, что утром мы возвращаемся.

- Отлично! Наконец-то все узнаем! – обрадовалась я, - кстати, а какое сегодня число?

- Двадцать четвертое декабря, - ответил Дымов, - принимаем душ и ложимся спать, а утром домой!

- У тебя больше книг не осталось?

- Нет, придется засыпать самим, - хохотнул Александр, - все, топай в душ.

Долго не получалось заснуть, я ворочалась с боку на бок, считала овец, потом слонов, потом баранов, Дымов же рядом со мною тихо спал.

- Ань, - раздалось сверху, - хватит крутиться и жаться к стене, - ложись спиной ко мне и двигайся сюда. Ты каждую ночь так спишь.

- Ты же вроде храпел?

- Я не храплю. Ты думаешь, можно заснуть, когда с тобой рядом крутится с боку на бок неугомонная барышня. Двигайся! Ночью тебя это не смущает, давай, быстрее заснешь.

- Только Степе об этом не надо рассказывать, - предупредила я.

Придвинулась к нему, а почувствовав тяжесть его руки на себе и горячее дыхание в волосах, успокоилась и быстро заснула.

***

Подъем на небольшой, но заснеженный холм - это еще то удовольствие. Не буду рассказывать, сколько раз я соскальзывала вниз, а Дымов, тащивший, наши сумки посмеивался надо мной. Закончилось тем, что он сначала поднял сумки, а потом вернулся за мной. Хохоча и держа меня за руку, он все время подтрунивал надо мной, говоря, что сделал несколько отличных снимков моего падения с холма.