Любимый книжный

Наследство Мейера. Глава десятая

Мы собрали с пола книги и перешли на кухню. Я разложила на столе «Путешествия в Московию», корешок от нее и письмо. Сложила письмо по сгибам. Получился прямоугольник где-то два на семь и толщиной миллиметра четыре.

- И как ты его нашла? – спросила я, глядя на сестру.

- Книгу в руках крутила. Мне Степан сказал, что вон та очень дорогущая. Ее я брать побоялась. А про эту разговора не было. Как бы это ведь и моя книга? Правильно?

- Правильно, - согласилась я.

- Вот я ее и рассматривала. Никогда не видела таких старых книг.

- Антикварных книг, - поправила я.

- Мне показалось, что на корешке какое-то уплотнение, - продолжила сестра, - я сначала подумала, что буквы или рисунок. Присмотрелась – нет. Потом пинцетом немного отодвинула корешок, а там уголочек светлый торчит. Я попробовала пинцетом же достать. Ухватила, а он не двигается. Я вот решила немного ножничками, примерно в том месте, где зацепилось, подрезать. Ну и подрезала, а оно все отвалилось.

Сестра вздохнула, выкладывая из кармана на стол маникюрные ножницы с тонкими кончиками и пинцет для бровей.

- Феерично! – только и смог сказать Дымов.

- Анечка, а как-то это исправить можно? – лисьим голосочком спросила сестра.

- Реставратору надо отвезти в Москву, - вздохнула я, - представляю, как буду объяснять ему данную оказию.

- А мы клад искать будем? – перевела тему разговора Дарина.

Я посмотрела на этого взрослого ребенка и вздохнула. В Тамани это была спокойная рассудительная женщина, которая должна была соответствовать бабушкиным требованиям. А сейчас стала похожа на маленького ребенка, который попал в магазин игрушек и ему надо поиграть с каждой. Сестрица пыталась получить то, чего ей так не доставало всю ее жизнь: свободу и ощущения.

- Надо сказать Весеновскому, чтобы организовал твой досуг: коньки, горные лыжи, ныряние с аквалангами, - предложила я.

Дарина надулась, а Дымов примирительно сказал:

- Не ссоримся, девочки. Реставрацию книги отложим на потом. Вы изучаете историю города и ее окрестностей в сети, мы с Весеновским ищем нарушителей нашего спокойствия. А сейчас, стоит приготовить поесть, минут через двадцать наш капитан появится.

***

И капитан появился. Особых новостей у него не было. Семен Корнеев объявлен в розыск. Стася Архипова, посидев ночь в камере предварительного заключения, раскисла и поведала, что она и ее парень Варнаков Сергей выполняли поручения Корнеева. А сам Корнеев получал указания от какого-то своего знакомого. Ни Станислава, ни Сергей основного заказчика не знают. Однако, Сергей говорил, что случайно слышал разговор Корнеева с заказчиком, и ему показалось, что у мужчины был небольшой акцент. И главное - платит хорошо.

- И то хлеб, - сказал Дымов, - заказчик мужчина, говорит с небольшим акцентом.

- Послушать бы этот акцент, - произнесла я, задумчиво стуча пальцами по столу.

Мы втроем сидели за столом, а Дарина, которая уже сварила лапшу на курином бульоне, разливала ее по тарелкам. Степан поймал ее руку, когда она поставила тарелку перед ним, и поцеловал ладошку. Дарина улыбнулась, потрепав его по волосам. Мы с Дымовым с улыбкой переглянулись. У ребят все серьезно.

Пообедав, мы с Сашей удалились в свою комнату. То есть, Саша, взял меня за руку и утащил из кухни.

- Я вообще-то чай хотела! – надулась я.

- Дай людям побыть немного вместе. Степану опять на работу убегать скоро, - сказал Дымов, закрывая дверь в нашу комнату.

- А я думала, что ты хотел побыть со мной. А ты для сестрицы моей стараешься, - я сделала вид, что обиделась, и подошла к окну.

Саша последовал за мной, обнял, прижав меня спиной к своей груди.

- Я хотел побыть с тобой. Я очень по тебе соскучился. Ты не поверишь, все время вспоминаю те дни в декабре, когда мы прятались в лесном доме. Там мне не надо было тебя с кем-то делить. Не надо было куда-то все время бежать, оставляя тебя.

- Ага, - поддакнула я, - и спал со мной, и рассматривал меня, когда раны обрабатывал и уколы делал.

- Это ты спала, мне не до сна было, - хмыкнул он мне в макушку, - ты всё время ворочалась, а иногда ночью плакала и стонала.

- Я не могла заснуть без тебя. И это было странно. А еще ты мне снился после того, как я тебя в душе увидела.

- Все-таки увидела? – засмеялся Саша, - а говорила, что и разглядеть ничего не успела. И стонала, наверно, не от боли?

- А что я должна была тебе сказать, что увидела и дар речи потеряла? – я развернулась в его объятиях и встала на носочки, вытягивая руки вверх.

Саша нагнулся, чтобы я обняла его за шею, приподнял меня и посадил на подоконник. Теперь наши глаза находились на одном уровне. Я обвила его ногами, покрепче прижимаясь к любимому человеку.

- Я чувствовал себя ненормальным извращенцем. Обрабатывал твои ожоги, а самому хотелось прижать тебя к себе. Делал уколы с трудом удерживаясь, чтобы не провести рукой по твоей заманчивой попе и бедрам, - его рука скользнула вниз по моей спине.

- Что в этом плохого? – удивилась я.

- Я вроде как медик, который оказывал тебе помощь. И ты мне доверяла.

- Я тебе доверяла и сейчас доверяю, - я положила руку на его затылок, притянула к себе и поцеловала в губы.

Хлопнула входная дверь.

- Весеновский ушел, - шепнула я, - надо посуду вымыть, а то Даринка готовила одна. Я совсем не помогаю ей.

- Сейчас отпущу, - промычал Саша, крепче прижимая меня к себе, - либо мы ночуем сегодня одни, либо я выселяю Макара, и переезжаем ко мне.

- Есть еще вариант спальных мешков в магазине, - хихикнула я.

- Дорогая, никогда не думал, что ты любительница экстрима, - прищурился он.

- А дорога по лесу на снегоступах, а бег босиком на одной ноге по снегу, а путешествие в кузове машины зимой? Я уж не говорю про меткую стрельбу.

- Убедила, - Саша кивнул, снял меня с подоконника и чмокнул в нос, - иди, сестра скучает. А я пойду Макара найду, а то он со своей личной жизнью совсем работу забросил.