Любимый книжный

Наследство Мейера. Глава одиннадцатая

- Так что ты хотел рассказать?

Я сидела за столом, подперев кулаком щеку, и с наслаждением наблюдала, как Саша с удовольствием наворачивает, приготовленный моей сестрицей ужин.

- И как ты со мной жить то будешь? – вздохнула я, - я ведь и готовить то толком не умею. Не то, что Дарина. Степе повезло больше.

- Ты мне еще расскажи, как ты не умеешь готовить, - хохотнул Дымов, - а то я не знаю, что ты все умеешь, просто не любишь это делать.

- Ну как сказать, - протянула я, - если не часто, в охоточку. И как? Ты есть тоже не часто будешь?

- Во-первых существуют рестораны, кафе и заказ готовых блюд на дом. Во-вторых, можно нанять домработницу. Тем более, когда ты родишь, тебе некогда будет заниматься кухней. Ты же не бросишь работу? Знаю, что магазин не оставишь ни на кого, а с малышами это очень сложно. Так что помощницу по хозяйству все равно придется нанимать.

- Саша! Какие малыши?! Какая помощница?!

- Первой родится принцесса очень похожая на тебя! А вот потом два пацана! Близнецы будут.

- Саш, ты ненормальный, - захохотала я.

- А что ты смеешься? Я уже старый, так что спешить надо, чтобы дочке не пришлось всем объяснять, что я папа, а не дедушка, а с мальчишками смог бы еще в футбол погонять и приемы самообороны показать, - совершенно серьезно ответил Дымов.

- Так я еще не замужем даже, с чего это я рожать буду? – прищурилась я.

- Долго что ли замуж выйти? – пожал плечами Дымов.

- Сашка, с тобой все, не как у людей, - махнула я рукой.

- С тобой тоже, - по кошачьи улыбнулся он, - потому и люблю тебя. Ты не такая, как все.

- Ладно, что ты узнал? Ты ведь, когда пришел, хотел рассказать новости, но тебя перебили.

- Расскажу, - согласился он, - ставя пустую тарелку в мойку. Про деда твоего Александра Мейера и бабку Александру Мейер. Что там правда, что не совсем, потом вместе решим, но информация такая.

Александр Мейер служил в одном из полицейских формирований на оккупированной фашистами территории. Не буду рассказывать, чем они занимались здесь, сейчас не об этом речь. Он, действительно, познакомился с Олесей Вознесенской во время оккупации. Девушка влюбилась в офицера. Высокий, красивый, белокурый с голубыми глазами, как у тебя. Надо сказать, что в сорок первом они чувствовали себя вольготно. Еще бы, в кратчайшие сроки захватив Европу, здесь они хоть и продвигались гораздо медленнее, встречая жестокое сопротивление, но были еще уверены в своей победе. Если ты помнишь, некоторые области находились в оккупации несколько лет. Можешь представить, как они здесь обосновались. Работала администрация, госпиталь, кинотеатры, рестораны и многое другое, даже несмотря на партизанскую деятельность, засели они здесь крепко. Офицеры в отпуска на родину выезжали.

Дымов одним махом выпил сразу половину кружки чая.

- Мейер, узнав, что Олеся беременна от него, планировал поехать в отпуск и забрать ее с собой, чтобы родила она уже в Австрии. Но получилось так, что Олеся родила то ли раньше срока, то ли он раньше поехать в отпуск не смог. В результате Олеся с Варварой остались здесь, а он уехал. Вернулся не с пустыми руками, приготовил всё для бегства с семьей. А вернее, для самого настоящего дезертирства. Рассчитывал через какое-то время опять в отпуск поехать, но уже со своими девочками. В планах был побег в Америку, вот и притащил с собой семейные украшения, золотые монеты и старинные книги. Что-то было получено по наследству, что-то, конечно же, наворовано на оккупированных территориях.

При этих слова я поморщилась.

- Не волнуйся, книги и некоторые украшения – семейные реликвии. Мне обещали прислать список с фотографиями.

- Откуда такие сведения? – поинтересовалась я.

- Не поверишь, тамошняя полиция его тоже разрабатывала. Да и у нас такие экземпляры мимо не пропускали. Он же во время отступления в плен попал. Но я немного вперед забежал. Приехал он со своим богатством. Олеся, узнав, что он привез, заставила спрятать все, чтобы ни одна душа не узнала. Оставили только две книги, которые у нас с тобой в комнате лежат.

- Девочка родилась слабенькая, - продолжил Дымов, - Александр делал все, чтобы выходить ребенка. И врача немецкого приводил, и лучшие продукты для Олеси и Вари доставал. Бабушка с дедушкой категорически отказывались есть то, что он приносил. Есть информация, что они даже в сарай съехали, чтобы не касаться того, что немец приносит. Но с Варей внучке помогали.

- А потом наступление наших войск, Олеся с дочкой и родными, конечно же остались, не дурак Мейер был, не потащил с собой в эту мясорубку. В одном из боев был ранен и попал в плен. Свободу получил только в сорок девятом году. И хотя было принято решение о репатриации военнопленных до конца декабря тысяча девятьсот сорок восьмого года, на деле все затянулось до пятидесятого.

- Каким образом у него это получилось, не знаю, но он умудрился в сорок девятом году не сразу уехать на родину. Александр вернулся сюда в поисках Олеси и Вари. Только Олеся уже умерла в лагере, осудили ее, как пособницу фашистов. А Варя была в детском доме, потому как дети за родителей не отвечают. Но с бабушкой и дедушкой ее тоже не оставили. Прервали все связи, так сказать. Удивительно еще, как твои прабабка с прадедом не пострадали.

- Бедная Варвара, - вздохнула я.

- Дочку Мейер не нашел и уехал сначала в Австрию, потом в Америку. Там обосновался в Бостоне. И дочка его была права, уехал он совсем нищий. Все, здесь оставил, не стал забирать. А в Австрии из родных никого не осталось в живых, да и поместье сожгли.

- В Америке сначала перебивался случайными заработками. Потом познакомился с девушкой, женился, родилась дочка Александра. Несмотря на то, что Мейер был из богатой семьи, очень образован, занимался языками, но и руками умел хорошо работать. Начал изготавливать мебель из дерева. Тесть посмотрел на его работы и помог с инструментами. Сначала Александр один работал, потом цех арендовал и помощников нанял, где-то тесть денег подкидывал, так и раскрутился потихоньку. Жена разбилась на машине, когда дочке было всего пять лет. Родители жены поддерживали зятя и дочь, к Александру относились, как к родному. Он так и не женился потом. Дочка выросла, поступила в университет. Кстати, занималась лингвистикой и филологией. Хорошо знала языки.