Любимый книжный

Наследство Мейера. Глава двенадцатая

Дымов напросился со мной, хотя я очень сопротивлялась. Дядя Богдан, который еще не вернулся из своей поездки, смог связаться со своей, как оказалось, хорошей знакомой. Выслушав рекомендации Богдана, Саша сказал, что пойдет со мной. По дороге он заскочил в достаточно дорогой чайный магазин, вышел оттуда с красивым фирменным пакетом. На все мои вопросы ответил, что так надо.

Архивариус Юзефа Брониславовна Левандовская оказалась высокой сухощавой дамой лет семидесяти, но достаточно хорошо сохранившейся. Высокая, с гордо поднятой головой и ровной спиной, она стояла в холле и ждала меня. Видимо, узнав меня по описанию дяди Богдана, она двинулась ко мне, но увидев рядом Дымова, озадаченно наклонила голову на бок.

- Юзефа Борниславовна, - я сделала шаг вперед, - примите мои извинения, это мой жених Александр, боится отпускать меня одну. Если нельзя, то он подождет здесь.

- Что вы, деточка! – женщина слегка усмехнулась.

Она поправила худой рукой с миндалевидными нюдовыми ногтями свои собранные в пучок каштанового цвета волосы. Видно, что дама следила за собой: на голове ни грамма седины, руки в идеальном порядке, слегка подкрашены глаза и губы.

- Что вы, деточка! Когда еще я в своем возрасте смогу пообщаться с таким импозантным мужчиной? Проходите, пожалуйста.

Она кивнула охраннику, сидящему за своей конторкой. Тот нажал кнопку, пропустив нас через турникет.

Юзефа Бронеславовна провела нас в помещение, напоминающее читальный зал. Предложила сесть за длинный стол, сама встала напротив нас, сложив руки на груди.

- Так что вы хотели, молодые люди? Богдан просил вам помочь, но толком я так ничего и не поняла.

Я открыла было рот, но Саша успел первым.

- Понимаете, мы занялись составлением генеалогического дерева, написать истории наших предков для будущих детей, - Дымов обворожительно улыбнулся, - мы узнали, что Анютины родные с тридцатых по пятидесятые годы проживали в деревне Рякшино. Знаем, что это в нашей области, даже где-то в пределах города, но где? В нынешних названиях даже намека нет.

- Похвально, молодой человек, - довольно улыбнулась Юзефа Бронеславовна, - нынешняя молодежь мало интересуется историей, а это печально. Ваша просьба не проблема. Я могу вам сразу рассказать про эту деревню, а потом покажу документы.

Левандовская села на стул напротив нас, решив, что за картами и документами сходит после, и начала рассказ.

- После войны город долго восстанавливали, а потом его начали расширять. Те деревни, которые находились совсем рядом сносили, застраивали пятиэтажками. А вот именно то место, про которое вы говорите, было снесено не под большие дома, а под дачи. Место там было живописное: прудик небольшой, лес, воздух. Людей расселили, квартиры дали. Землю поделили между номенклатурными работниками. Кто-то уже строить начал, но руководство в области поменялось, решили, что совсем неправильно так распоряжаться государственной землей. Построили там пенькозавод и несколько бараков, поселили семьи работников. Завод этот давно уже не существует, а бараки снесли. Сейчас там частный сектор и не очень благополучный район. Как-то так, - закончила свой рассказ Юзефа Брониславовна.

- Спасибо огромное! – улыбнулась я.

- А какой это район сейчас? – спросил Дымов.

- О, вы не местный, молодой человек?! – воскликнула Левандовская.

- Не местный, каюсь, - улыбнулся Саша, - Я сам из Новосибирская, потом жил в Москве. Вот, познакомился с Анютой, переехал сюда.

- Да уж, помотало вас, - сказала Юзефа Брониславовна, - Уверена, что Анна примерно догадалась, какой это район. Сейчас я принесу карты и покажу вам, какие улицы сейчас там находятся.

Она вышла, вернулась минут через пять с двумя картами, разложила их на столе.

- Вот, смотрите. Ваша деревня Рякшино, видите? – женщина показала место на одной из карт, потом указала на другую, - вот современная карта и ваши улицы.

Она обвела обратной стороной ручки место на карте.

- Я могу сфотографировать? – спросил Дымов.

- Конечно, - чинно кивнула головой Левандовская.

Саша сделал несколько снимков.

- Юзефа Брониславовна, вы нам очень помогли, - прямо поклонился Дымов.

- Обращайтесь, молодые люди, было приятно с вами познакомиться.

- Примите от нас в знак уважения и благодарности, - Саша положил на стол фирменный пакет с чаем.

- О! – протянула Левандовская, - как вы догадались? А, наверно, Богдан рассказал? Не откажусь! Имею, знаете ли, слабость к хорошему чаю. Спасибо!

- Вам спасибо, - сказала я.

Мы попрощались, Дымов поцеловал даме ручку, та кокетливо улыбнулась, потом проводила нас к выходу из здания.

- Отлично! – сказал Дымов, когда уже вез меня домой, - район мы нашли. Теперь найти бы место, где был дом твоих родственников.

- Ничего сложного там нет, - ответила я, - нам надо найти человека в возрасте, который помнит, где находился дом, в котором жила Олеся. Поверь, и Олесю, и Варю старожилы запомнили. Не все от оккупантов детей рожали. У семьи достаточно трагичная история, может кто и помнит.

- Боюсь, что таких людей мы не найдем, сколько времени то прошло, деревенских расселили, а бараки строили позже! - покачал головой Саша.

- А вдруг повезет? – с азартом парировала я, - тем более, есть с чего начать. Серафима Петровна, бабушка Станиславы, как раз в том районе и живет.

- Серьезно? – Саша удивленно глянул на меня.

- Серьезно.

Саша привез меня домой, проводил до самой квартиры и куда-то уехал. Я, памятуя о его приглашении на вечер, занялась выбором наряда. Посчитала, что брючный костюм не подойдет в данной ситуации, решила выбрать платье.

Выбор у меня был небольшой: подаренное Сашей, купленное мною на новый год и еще парочка платьев с большим декольте. Естественно, последние два не в счет. То, что подарил Дымов слишком шикарное, а вот купленное мной подойдет больше всего. Платье я вытащила из шкафа, повесила на дверку и задумчиво разглядывала его. Если много не ходить, то туфли на каблуке можно надеть, хотя, доктор очень не рекомендовал. Интересно, куда Саша меня поведет? А с чего я решила, что это будет именно дорогой ресторан? Не, он сказал ресторан. Значит надо надеть красивое платье. Если бы это было кафе, он бы не назвал его рестораном.