Любить нельзя винить.

Глава 13. Лес.

Бородач вдруг начинает хохотать. А Алексей протягивает ко мне руку видимо намекая, что нужно вернуть ему пистолет.

Я недоуменно перевожу взгляд от одного к другому. Но покорно возвращаю оружие хозяину. Честно говоря, мне совсем не хотелось его применять.

После этого мужчины приближаются друг к другу и весело хлопая по спине обнимаются.

— Леха, сколько лет сколько зим! Давно ты не был в наших краях, — басит бородач, а голос у него такой, словно он ревет, а не говорит.

— Михалыч, рад видеть! Дела-работа, вот вырвался на несколько дней от городской суеты отдохнуть. Дом навестить, посмотреть, что к чему там, — Алексей наконец-то разрывает объятия.

Да, я как параноик бросилась на человека, а они вон друзьями оказались.

Михалыч посмотрел на меня, а потом заговорчески спросил:

— Лех, жена твоя? Красотка! Женился значит, — Михалыч уже потянул ко мне свои лапищи.

— Так, не пугай мне девушку, а то верну ей оружие. Лиза, посиди в машине. Дальше я сам поведу.

Я все так же молча пожав плечами уселась в салон. Испуг от встречи давно прошел, и я просто скучала пока мужчины разговаривали. Допила остывший кофе и съела еще один пончик. Хотелось уже чего-то нормального поесть. Когда на улице начал моросить дождик Алексей наконец-то вернулся в машину. От него пахло свежестью и немного табаком. Он сбросил вымокшую куртку на заднее сиденье и включил печку.

— Лиз, ты больше так не делай, ладно? — попросил он, заводя машину.

— Как так? — разозлилась я.

— Я в состоянии тебя защитить, а оружие не игрушка, — словно маленькой втолковывал он мне.

— Знаешь, я и сама могу за себя постоять и с оружием не поверишь обращаться умею, не делай из меня дуру. Если я попала в тюрьму по своей глупости, это не значит, что я…, да хотя что я перед тобой распинаюсь. Вези давай меня в свои хоромы. Нам еще предстоит сложный разговор.

Я скрестила руки на груди уставилась в окно. Уже сильно стемнело.

Алексей хмыкнул и тронувшись с места тихо проговорил.

— Вот и перешли на ты.

Я покраснела и еще долго не решалась посмотреть на него. Мы быстро добрались до хутора, проехали его еще быстрее, показалось там всего несколько домов да пара одиноких фонарей и свернули в лес. Вот тут было очень темно. Я поежилась от какого-то безотчетного страха. Словно мы не в современном мире, а перенеслись на много веков назад и из-за куста можно ожидать как саблезубого тигра, так и еще какое-нибудь чудовище пострашнее или дикое племя противников. А еще же есть всякие Лешие и другая нечисть. Возможно прямо вон за тем поворотом стоит и наблюдает за нами, ждет пока мы остановимся чтобы напасть.

Я даже немного молилась про себя, чтобы мы добрались благополучно до дома. А потом поняла, что я вовсе не знаю, какой дом нас ожидает, что в таком глухом месте можно построить? Хижину какую-нибудь. А тоненький голосок в голове подкидывал все новые сюжеты, так некстати всплывший мультик про трех поросят с их домами.

Я наконец-то повернулась в сторону Алексея. Но никак не решалась спросить у него, как долго нам еще ехать.

Первым не выдержал он.

— Спрашивай уже, а то сейчас дыру во мне прожжешь!

— Нам еще долго ехать? — позорно сдалась я.

— Час, может полтора, если дорога хорошая минут за сорок может управимся.

— А что с ней может быть не так?

— Ну она по краю оврага в глубине леса проходит, ее дождями могло размыть или оползень, или просто дерево сухое рухнуло. Придется ночевать прямо в машине, ночью помощи не дождешься.

Я сглотнула вязкую слюну, только этого мне не хватало.

Хотя может прибьют меня или сожрут прямо здесь и мстить никому не нужно будет.

— А что со мной случилось?

— В смысле случилось?

— Ну как ты вытащил меня из тюрьмы, ты сказал, что меня больше нет.

— Я сказал, что Елизаветы плес больше нет, а ты есть, вот она рядом сидишь живая и здоровая, — он скосил на меня взгляд, почти не отрываясь от дороги.

— Ладно, я хочу знать, как ты меня вытащил. Прекрасно понимаю, что это было не просто.

— Да, но к счастью все получилось. Плес погибла от ножевого ранения в больнице.

— Ясно, а как меня теперь зовут? Ты же наверняка и о документах позаботился?

Алексей отчего-то нахмурился и словно смутился.

— Позаботился, но боюсь тебе не понравится. Хотя выбора у нас не было. Или так или никак.

— Хватит говорить загадками, что ты сделал?

— Я? Ничего, не злись, — он накрыл своей ладонью мою руку, так словно делал это много раз. Его пальцы были слегка шершавыми, но такими теплыми, что я растерявшись даже немного сжала их в знак одобрения. Лиза, что ты творишь. Он считает тебя убийцей сестры. Какие теплые ладошки. Снова поднял голову голос совести в голове.

— Имя я так понимаю у меня осталось прежнее? — спросила я с надеждой.