Люблю тебя, или "Шалости призрака"

Глава 4

Как сдержала вскрик, неизвестно. Дёрнулась, поскользнулась и растянулась на холодной земле, больно приложившись копчиком о что-то твёрдое. На глаза навернулись слёзы — и предательство муженька однозначно ни при чём.

Моргнула, и застыла лежачим изваянием.

Нервно сглотнула.

Подавшись ближе, меня изучала миловидная девушка, чьё лицо странно светилось. Незнакомка выглядела чуть эфемерной и немного прозрачной. А когда опустила ладонь на мою грудь, словно бетонной плитой придавило.

Окатило ужасом. Дышалось теперь тяжело и горло онемело.

Девушка улыбнулась, почти вплотную приблизила лицо и сквозь него я увидела тёмный силуэт дерева, росшего позади.

Овеяло холодком.

Могу поклясться, загробным!

Стоп!

Я только что светлое будущее в конце ужасного дня увидела: бумаги о разводе — в лицо Виталию, а треклятый гардероб — на помойку! И тут, Это? Нее-е-т, из мира живых не уйду. Рано!

— Сердце твоё страдает, как моё, — вдруг тихо произнесла призрачная девушка. — Но я помогу познать начало. Мой любимый — лучший из мужчин. Ты скоро узнаешь… почувствуешь…

А она меня спросила, нужна ли помощь?

От дев прозрачных — вот точно, нет!

Я попыталась вырваться из незримых пут. Не вышло. Зараза мистическая спеленала на совесть. В груди всколыхнулся страх и обдало лютым холодом, когда эфемерная невидаль улеглась сверху, опустив подбородок на свои сложенные на моей груди руки.

— Слезь… — выдохнула, еле разлепив словно одеревеневшие губы.

— Меня зовут Аня, — представилась призрачная, таинственно улыбаясь. Только её улыбочка мне не понравилась. — И тебя… Аня… — произнесла довольно и даже радостно. Она полупрозрачным пальчиком тронула локон моих волос. — Провидение моё. Но всё образуется. Видишь, как мы похожи? — произнесла весело, но с затаённой печалью во взгляде.

Нехорошее предчувствие шевельнулось под рёбрами. От неясного ужаса онемело горло.

Мы, правда, были похожи. Разрезом глаз, аккуратными носиками, чуть пухлыми губами. Но форма лиц немного разнилась по линии скул. В призрачном облике ощущались мягкость и ранимость, мне совершенно несвойственные.

И всё же, видимо, присущие, раз под мужа во всём подстраивалась.

Мысль отдалась болью в сердце и…

Я вдруг оказалась в каком-то доме, где витало ощущение осязаемой любви. Сторонним наблюдателем смотрела на молодую пару, обнимавшуюся и самозабвенно целовавшуюся на диване перед горящим камином. Играла романтическая музыка. Под потолком мерцали разноцветные гирлянды. Чуть повернувшись, я ожидаемо увидела в углу небольшую ёлочку. Красиво украшенную не только покупными игрушками, но самодельными бумажными поделками.

Минута, вторая, третья.

Сердце невообразимо сдавило, а перед глазами поплыло...

Я снова ощущала спиной холодную землю. Призрачная девушка улыбнулась и отстранилась. Незримая монолитная плита, давившая сверху, сразу исчезла.

Пошевелив руками, приподнялась. Медленно огляделась. Краем сознания отметила, что любвеобильной парочки больше не слышно. Вокруг нереально тихо. Странные чувства внутри словно разворачивались по спирали, пока не охватили всю меня, сжавшуюся от накрывшего желания. Так сильно, почти невыносимо, захотелось любви и тепла от того мужчины из видения.

Я услышала тихое:

— Спасибо. Желаю счастья.

— Что ты… сделала?! — надрывно выдохнула, ёрзая по земле. Тело горело так, как ни разу в самые жаркие ночи с Виталием.

— Ты — долгожданный подарок ему…

Ему?

— Ему? — выдохнула уже вслух. И прикусила губу, сдерживая стон.

— Вы скоро встретитесь…

Еле разобрала последнюю фразу, уплывая в объятия сотрясшего всё тело экстаза. Вместе с ним словно в само нутро проникли волокна беловато-розового тумана, в котором, разозлённая, побежала за каким-то мужчиной… Картинка сменилась, и уже с рваным криком пыталась догнать другого, брюнета с ярко-синими глазами, с болью посмотревшего на меня через плечо. А потом оглушил бой курантов.

Его образ исчез. И меня снова обступила светлая дымка. В ней калейдоскопом замелькали чужие и чуждые воспоминания. Дни и ночи, наполненные жаркой страстью и искренней любовью, чистыми искромётными чувствами, взаимными улыбками, нежными прикосновениями. Трепетали тела: мужское и женское. В экстазе шептали губы влюблённых. А после — они засыпали, крепко обнявшись...

Но эта идиллия вдруг потемнела и беловато-розовый туман почернел.

Я оказалась в парке, в том самом месте, где встретила призрачную девушку. Уже знакомый одинокий фонарь и стоящая напротив жёлтая лавочка, на которой расселась пара подвыпивших парней…

— Эй, красотка! — подал голос один, подавшийся вперёд и свесивший руки между колен. — Составь нам компанию, а?..

Всё пронеслось обрывками: отказ, сопротивление, сверкнувший в свете фонаря нож… Стремительно образы давней трагедии затёрлись. Но перед глазами, как отвратительная заставка, осталась лужа крови на тротуаре…

Я вздрогнула, когда рваные хлопья серого тумана посыпались сверху.

Сквозь рваную стену странного «пепла» издалека долетело отчаянное:

— Несправедливо!

И я увидела его — кричащего мужчину, чья боль резанула по моему сердцу и полоснула душу. Это был он — брюнет, за которым я бежала, пытаясь догнать, но так и не смогла. Перехватило дыхание. Впервые чья-то осанка внушила ощущение надёжности, а потухший синий взгляд безжалостно ранил. Стоя на коленях, незнакомец плакал. Сгорбившись и уткнувшись лбом в тротуар, вбивал кровоточащие кулаки в асфальт.

Захотелось его коснуться, поддержать, но, протянув руку, ухватила лишь пустоту. Бессилие. Ранящее и жутко холодное. Слова утешения застряли в горле — он бы не услышал, не смог. Мы далеки друг от друга. Моё решение.