Любовь без границ

Боль и исцеление

Маринетт прижала телефон к уху, слушая голос Кота Нуара — тихий, тёплый, с этой особенной ноткой, от которой внутри всё замирало. Когда он закончил, она на секунду закрыла глаза, пытаясь уложить в голове каждое слово.

Руки слегка дрожали, когда она нажала на значок записи. Глубоко вдохнула — и заговорила, стараясь, чтобы голос звучал ровно:

— Привет… Спасибо, что ответил. Я… я очень рада была услышать твой голос.

Она замолчала, подбирая слова, потом продолжила чуть тише:

— Ты прав — Адриан для меня просто друг. Хороший, надёжный, но… это не то, о чём ты мог подумать. Я хотела, чтобы ты это знал.

В горле встал ком, но она не остановилась:

— Когда ты говоришь, что я для тебя особенная… Это так много значит для меня. Потому что и ты — особенный. Для всех, кто знает тебя как Кота Нуара. Но для меня… даже больше.

Она улыбнулась, хотя в глазах стояли слёзы — тёплые, облегчающие.

— Я не знаю, кто ты за маской. И, наверное, пока не должна знать. Но я чувствую: ты — тот, кто всегда приходит на помощь. Тот, кто видит меня настоящую. И это… это невероятно ценно.

Сделала паузу, затем добавила с лёгкой дрожью в голосе:

— Спасибо, что ты есть. Что ты рядом. Даже если не рядом физически. Просто знай: я тоже буду рядом. В мыслях, в сердце — везде.

Ещё одна пауза. Она хотела сказать больше, но боялась, что слова станут слишком откровенными. Вместо этого тихо добавила:

— Береги себя, Кот Нуар. Ты нужен этому городу. И… нужен мне.

Нажала «отправить», затем опустилась на скамейку, прижав руку к груди. Сердце билось часто, но в душе было спокойно — как будто она наконец произнесла то, что давно держала внутри.

Экран загорелся — пришло уведомление. Она вздрогнула, открыла чат.

«Спасибо, Маринетт. Этого достаточно. До встречи».

Она улыбнулась. Просто улыбнулась — и на этот раз в этой улыбке было больше света, чем за все последние дни.

***

После пар Адриан догнал Маринетт у выхода из университета. Она как раз застёгивала рюкзак, когда услышала его голос:

— Маринетт, подожди!

Она обернулась, слегка удивлённо приподняв брови.

— А, это ты… Что-то случилось?

Адриан неловко провёл рукой по волосам, бросив взгляд на припаркованный неподалёку байк.

— Я… в общем, могу подвезти тебя, если тебе по пути. На байке.

Маринетт замерла, глаза расширились.

— На байке? Ты серьёзно?

— Абсолютно, — он улыбнулся, заметив её колебание. — Не переживай, я аккуратно. Просто подумал, что так будет быстрее, чем ждать автобус.

Она посмотрела на байк, потом снова на Адриана. В голове промелькнули сомнения: она никогда не ездила на мотоцикле, да и в целом не любила скорость. Но в глазах Адриана было столько искреннего желания помочь, что отказать оказалось сложно.

— Ну… хорошо, — наконец согласилась она, слегка краснея. — Только… я никогда раньше не ездила с кем‑то на байке.

Адриан тут же оживился:

— Правда? Тогда это будет твой первый раз! Не волнуйся, я объясню, что делать. Главное — держаться за меня.

Он подошёл к байку, достал запасной шлем и протянул ей.

— Вот, надень. Безопасность прежде всего.

Маринетт осторожно взяла шлем, повертела в руках.

— И как… как это вообще работает?

Адриан рассмеялся, но без насмешки — мягко, ободряюще.

— Всё просто. Садишься позади меня, обхватываешь за талию — крепко, но не до хруста костей, — и просто следуешь за моими движениями. Если я наклоняюсь влево, ты тоже слегка наклоняешься влево. Поняла?

Она кивнула, хотя в глазах всё ещё читалась неуверенность.

— Ладно… попробуем.

Адриан ловко вскочил на байк, запустил двигатель. Тот заурчал ровно, мощно, но не пугающе. Он протянул ей руку:

— Давай. Я помогу.

Маринетт сделала шаг вперёд, осторожно поставила ногу на подножку, затем села позади него. Руки нерешительно потянулись к его талии.

— Так? — спросила она, едва касаясь его куртки.

— Чуть крепче, — посоветовал он, не оборачиваясь. — Чтобы не упасть.

Она сглотнула, но выполнила просьбу. Тепло его тела, ритмичное биение двигателя — всё это вдруг стало странно… правильным.

— Готова? — спросил он, слегка повернув голову.

— Вроде да, — ответила она, прижимаясь чуть ближе. — Только не гони, ладно?

— Обещаю, — усмехнулся он. — Поехали!

Байк плавно тронулся с места. Маринетт невольно прижалась к Адриану, чувствуя, как ветер играет с её волосами. Город проносился мимо размытыми пятнами, но ей было не страшно. Потому что рядом был он — тот, кто обещал её защитить.

И в этот момент всё казалось… почти идеальным.

Байк плавно катился по городским улицам, убаюкивая Маринетт мерным гулом мотора. Ветер играл с прядями её волос, выбившимися из‑под шлема, а она всё крепче прижималась к Адриану — не от страха, а словно ища в этом прикосновении что‑то большее: тепло, уверенность, связь.

Через несколько минут Адриан свернул в тихий переулок и остановился у небольшого сквера. Снял шлем, провёл рукой по волосам, затем обернулся к Маринетт:

— Ну как, всё в порядке? Не слишком страшно было?

Она сняла шлем, слегка растрепав причёску, и улыбнулась — искренне, без тени сомнения:

— Нет. Наоборот… это было… здорово. Спасибо.

Адриан улыбнулся в ответ, и на секунду между ними повисла та особая тишина, в которой слова кажутся лишними.

— Может, прогуляемся немного? — предложил он, кивая на аллею. — Ещё не поздно.

— С удовольствием, — согласилась она, спрыгивая с байка.

Они пошли рядом, не торопясь, мимо цветущих кустов и старых фонарей, от которых на асфальт ложились тёплые круги света. Маринетт вдыхала вечерний воздух, насыщенный ароматами лета, и чувствовала, как внутри разливается покой.

— Знаешь, — заговорила она, глядя вперёд, — я давно не чувствовала себя так… легко.

Адриан покосился на неё, чуть замедлив шаг:

— Рад, что тебе понравилось. Я просто хотел, чтобы ты немного отвлеклась.