Любовь без памяти

Последний день

-Мамуль, у меня билет через час, давай быстрее, иначе опоздаем же… – в сотый раз напоминаю маме, стараясь не терять терпения, но она словно и не слышит меня. Стоя за большим зеркалом, внимательно осматривает себя с ног до головы, проверяя каждый свой образ, каждую мелочь. В такие моменты понимаю, как много она для меня значит, и как важно всё сделать правильно перед этим важным днём. Завтра у меня должен быть последний экзамен — это не просто контроль знаний, это финальный шаг на пути к моей мечте. Это последняя ступенька к моей цели — стать хорошим, внимательным и заботливым педиатром, помочь множеству маленьких пациентов и стать настоящим профессионалом в своей области.

- Как тебе мой костюм? – вдруг спрашивает мама, поворачиваясь лицом ко мне. Она всегда так волнуется и спрашивает о мелочах, чтобы почувствовать себя увереннее. Да, классический черный брючный костюм очень ей подходит, придает ей элегантность и строгость. В свои сорок три мама выглядит так же свежо и молодо, как в тридцать, а её глаза светятся теплом и добротой. В этом образе она словно олицетворяет свою заботу и нежность, которые я всегда ощущаю рядом.

- Супер, тебе всё к лицу, мамочка, – говорю, целуя её в щёчку и обнимая крепко, чтобы она почувствовала мою поддержку и любовь. – Поехали? – спрашиваю, надеясь, что всё сложится как я и планировала и мы успеем вовремя.

- Поехали, – отвечает мама, и мы вместе направляемся к выходу.

За тридцать минут мы добираемся до автовокзала, и всё потому, что всю дорогу я убеждала маму, что опаздываю. Но я всегда придерживаюсь мнения, что лучше приехать заранее, чем рисковать и опоздать. Так было и в этот раз. Беру небольшую аккуратную сумку, в которой всё самое необходимое, и мы с мамой идём к перрону. Отец и сестра не смогли сегодня меня проводить — у каждого свои важные дела. Сестра была у репетитора, а у отца собрание в офисе.

Когда мы садимся на лавочку, вдруг чьи-то тёплые руки накрывают мои глаза. В этот момент в моей голове возникает только одно имя — имя того, кто занимает особое место в моём сердце.

- Максим? – с легкой уверенностью произношу, ощущая тепло и доверие.

- Не угадала, – слышу в ответ. Да, это он. Мой любимый человек.

- Что ты тут делаешь? – спрашиваю, не скрывая радости и удивления. – У тебя же сегодня должна была быть смена в больнице? Ты говорил, что не получится приехать… – как ребёнок, вешаюсь ему на шею, и он в ответ привычно обнимает меня за талию, прижимая к себе.

- Я поменялся с Надей. Не мог отпустить тебя в дорогу, не поцеловав на прощание, — отвечает он, улыбаясь. Его глаза полны нежности и заботы.

- Кхм-кхм… – пытается напомнить мама о своём присутствии, и нам приходится отстраниться и сесть рядом, чтобы она чувствовала, что тоже важна.

Оставшиеся полчаса мы с Максимом спорим о программе предстоящей свадьбы, обсуждаем детали, выбираем место, цветы и меню. Мама пытается нас успокоить, находя какие-то компромиссы и предлагая свои идеи. Всё это наполняет меня теплом и спокойствием, ведь я чувствую, что всё идёт в правильном направлении. Максим сделал мне предложение полгода назад, и я с радостью без раздумий сказала «да». Наши отношения начались два года назад — на одной из лекций по биохимии, и с тех пор мы неразлучны. Как его занесло к нам, если он был на три курса старше меня? — это загадка, которая до сих пор остаётся без ответа. Сейчас он работает в одной из клиник своего отца, а я — на финальном курсе университета.

Когда автобус подъезжает к перрону, прощаюсь с мамой и Максимом, крепко обнимаю их и иду к контролёру. Он проверяет мой билет, и я — самая последняя — сажусь на своё место у окна. Автобус трогается с места, машу руками родным, прощаясь с ними. В этот момент в душе рождается ощущение, что уезжаю в далёкое путешествие, возможно, навсегда. Кажется, что я оставляю всё и всех позади, что больше никогда не увижу своих близких, своих родных, тех, кто всегда был рядом.

Я сразу стараюсь отогнать эти мрачные мысли, пытаясь сосредоточиться на предстоящем пути и на том, что всё обязательно будет хорошо. Но внутри всё равно остаётся тихое ощущение грусти и ностальгии, которое не даёт мне покоя. Я знаю, что впереди меня ждёт новая жизнь, новые возможности и испытания, и я должна быть сильной. И всё-таки, несмотря ни на что, я верю, что всё сложится так, как должно, и моя мечта стать хорошим педиатром обязательно сбудется.

Когда автобус медленно двигался по узкой дороге, окружённой густым лесом и береговой линией, я сидела погружённая в свои мысли. Вдруг дорога неожиданно зашумела — из-за поворота выскочила старая машина, и водитель, пытаясь избежать столкновения, резко свернул в сторону. Колёса забарахтели, и автобус начал крениться. Водитель резко нажал на тормоза, но было уже поздно — он потерял управление.

Механизм столкновения был ужасен: автобус на полном ходу с грохотом соскользнул с дороги и накренился, заносимый ветром и неуклюже кренясь. В один момент всё вокруг заполнили звуки хрустящих стекол и скрежета металла. Я почувствовала, как мое тело резко сжалось, когда автобус накренился ещё сильнее, и потом лишилась равновесия. В панике схватилась за поручень, но в следующую секунду всё произошло слишком быстро: автобус опрокинулся, и я оказалась на полу, покрытая осколками разбившихся окон.

Ветер врезался в салон, и стекла, словно осколки льда, разлетелись в разные стороны. Сразу же я почувствовала, как что-то холодное и влажное обвивает — вода. Автобус подмыло, и он начал медленно тонуть, погружаясь в спокойную, но опасную глубину реки, которая протекала неподалёку. Вода проникала внутрь через разбитые окна и двери, и я поняла, что мне нужно действовать быстро.

Найдя в себе силы выбраться из-под обломков, цепляясь за остатки сидений, начала карабкаться к выходу. Вода уже доходила до плеч, когда наконец смогла выбраться наружу. После меня остальные пассажиры тоже стали выбираться из автобуса, и я уже хотела помочь молодой девушке, которая поранилась осколками, как меня стало тянуть на дно. Посмотрев вниз, я поняла что за что-то зацепилась, возможно, за корягу или острый камень — и внезапно мое движение остановилось. Вода начала тянуть вниз, словно невидимая рука, пытающаяся поглотить целиком.