Любовь без срока давности

5.3

– Про где – там не сказано. Про замуж тоже. Могла и в Минске родить, его в 44-м освободили. Могла и замуж выйти, а могла и… – Иван не договорил, но Крис прекрасно понял, о чем собеседник думает. После прошлого разговора он написал Ивану на мыло, что конкретно надо узнать и зачем, так что тот был вкратце осведомлен об истории старика Тео и его русской любви.

– Ты думаешь? Если честно, я считал, что любовь была платонической, все-таки война, все дела, как ты говоришь.

– Наоборот, война как раз и давала возможность. Люди жили одним днем и любили так же, потому что завтра могло просто не случиться. А тем более в оккупированном городе. Она русская, он немец. Их в любой момент могли разлучить. Если там была любовь, а раз он ее искал, то была, значит, и все остальное было, – заговорил парень с жаром, но слыша молчание Кристиана, немного стушевался и закончил уже более спокойно. – Ну, мне так кажется.

– Может, ты и прав. Вот только как это узнать точно? – замялся Крис.

– Ну, в дневниках у него посмотри, неужели не писал? – Иван втолковывал ему очевидные вещи, как маленькому.

– Военных вообще очень мало, я их первым делом посмотрел, а то, что там есть про эту Варвару, просто о любви. Я, конечно, еще почитаю более внимательно в свете того, что ты узнал, но так вот прямого указания не видел, – он снова замялся. – Или не понял.

– В смысле?

– Дневники написаны на французском. Все. Я его знаю, с детства, Тео и научил, говорил, что русскому дворянину нельзя без французского языка, но, тем не менее, какие-то обороты я мог и не понять.

– Так ты русский дворянин? – удивился собеседник.

– Ну, если учесть, что мой родственник в Порт-Артуре воевал в Русско-японскую, а прадед в Первую мировую был морским офицером, то да, – называя эти привычные для него вещи, Кристиан сам удивился ситуации. Он просто никогда не думал о себе как о русском, тем более русском дворянине. На дворе двадцать первый век. Какие дворяне? Это старый Тео был дворянин – и по происхождению, и по воспитанию, а он сам был обычным немецким парнем. Таким же, как Петер и остальные его однокурсники. Даже дед Конни больше был похож на немецкого бюргера, чем на русского дворянина. Ну, разве что на помещика из того фильма, что им показывали по истории кино.

– Эй, ты там уснул? – прервал Иван мысли Кристиана. – Что делать думаешь?

– Не знаю. Надо подумать. И дневники еще раз перечитать.

– Ну, ок. Читай, думай. Как решишь что, звони или пиши. Я в Москве до середины июля, сессия. Могу, собственно, и прогуляться к этой Ольге Федоровне, – предложил парень.

– Не надо. Спасибо. Это я должен сам, – тут же возразил Крис, потом решив, что сказано было слишком резко, поправился. – Просто ты же не знаешь, что спросить. А я приеду, и сходим вместе. Хорошо?

– Заметано.

– Что, прости?

– Черт. Все время забываю, что ты не русский, – извинился Иван.

– Я не такой русский. Меня языку старик Тео учил, подозреваю, что сейчас так мало кто говорит. Вот у Чехова так говорили все, но это когда было, – усмехнулся Крис. – Спасибо тебе еще раз, спишемся.

Он нажал на отбой и долго сидел в задумчивости. Судьба, кажется, совершила крутой вираж и подкинула ему еще одну загадку, решения которой он пока не знал. Он собрался еще раз посмотреть дневники Тео за сорок третий и сорок четвертый год, но тут в дверь позвонили.

– Агнесс все нам оформила, – закричал Петер с порога. – Надо только решить, когда именно мы летим, и она сделает билеты.

– Мы еще не знаем, куда лететь, – остановил приятеля Кристиан.

– Ну, в Минск, куда еще? – Петер откупорил принесенное с собой пиво, и, плюхнувшись в кресло, стал пить прямо из горлышка. – Или тебе в Москве что-то накопали?

– Именно что что-то. Сижу, обтекаю.

– У старика Тео есть дети? – Петер поставил бутылку около кресла и посмотрел, усмехаясь, на своего режиссера.

– Похоже на то, а как ты догадался?

– Не знаю, торкнуло что-то, – Петер снова присосался к бутылке.

– В общем, эта Варвара умерла пять лет назад, но у нее, похоже, есть дочь, которая родилась в 1944 году и которая Федоровна по отчеству, – Крис тоже потянулся к бутылке с пивом под двоекратное «О!!!» оператора.

– То есть, возможно, я прав? – улыбнулся тот. – Как интере-е-е-е-сно.

– Более чем. Я как раз перед твоим приходом собирался порыться в военных дневниках Тео. Вдруг там хоть какие намеки на что-то, – Крис открыл себе пиво, налил в стакан и немного выпил.

– Вот этим мы с тобой и отличаемся, – рассмеялся Петер, открывая вторую бутылку и прикладываясь к горлышку.

– Тем, что я пью пиво из бокала? – тоже рассмеялся Крис, – но это не мешает нам пить его вместе и нашей дружбе и совместной работе.

– Противоположности притягиваются, – Петер поставил бутылку на пол и достал из кармана сигареты. – Будешь?

– Нет. Я думаю, – покачал головой Кристиан. – Короче, едем на машине. Через Польшу, Белоруссию и так далее, в Москву. Это даст нам максимальную свободу действий.