Любовь безответная

ГЛАВА 11.

Хоронить Боброва родственники решили в его родном хуторе Боголюбовке. Свечкин с Лидией Ивановной в тот же день помогли Анастасии Тарасовне перебраться туда со всем необходимым. А на следующий день убрали покойного.

В колхозе «Рассвет» всем желающим хоронить своего председателя были подготовлены автобусы. О времени отъезда на похороны было объявлено по хуторам, бригадам и фермам.

Утром, в день похорон Лыков попросил главных специалистов побыстрее управиться с делами и быть вовремя на похоронах, а сам выехал по вызову первого секретаря райкома.

А райкоме сначала заглянул к Терновому. Николай Иванович, поглаживая выпуклый лоб, не спеша рассказывал, как готовили всё в Боголюбовке, что на кладбище пришлось устраивать субботник: вывозить бурьян, металлолом, ставить новую изгородь и красить всем колхозом, посетовал на сельскую власть.

Видя беспокойство и озабоченность Лыкова, Терновой, помолчав, высказал своё предположение:

– Вызвал одного тебя и страшно не в духе… Вчера у покойного бабы в истерике сделали ему прямой упрёк за смерть Боброва, дескать, сумели умудриться в пятьдесят лет сгубить такого мужика и что в районе это уже не первый случай… – затем, подойдя к единственному окну, Терновой изобразил Свахина, совершенно похожим наставительным голосом.

– Думать надо, товарищ Лыков, и кадрами заниматься всерьёз, они на дороге не валяются, кто теперь потянет вашу махину, может, сам возьмёшься? – Улыбнувшись хитровато, Терновой дружески взял Лыкова за плечи, и повёл в приёмную.

В кабинете первого сидела секретарь райкома Шустова. Свахин, кивком поздоровавшись с Лыковым, продолжал, молча прохаживаться по кабинету.

– Крепко бы я поговорил с вами, товарищ Лыков,– остановившись у окна с открытой форточкой, проговорил, наконец, врастяжку Свахин. – Но сегодня день траурный,– продолжил он, глядя в окно,– да и обговорили мы здесь с Ириной Семёновной, но всё-таки для памяти скажу: вам необходимо изменить стиль работы в колхозе, вы неверно понимаете демократию народа. Это хорошо, коль люди у вас смело высказывают своё мнение на собраниях, между собой, но это всё должно быть направлено вами, партийным комитетом в нужное русло, на проведение курса партии, на выполнение решений райкома. Да что ж я вам,– Свахин развернулся лицом к Лыкову,– прописные истины партийной работы рассказываю, что кадрами мы с вами должны заниматься, мы..., а не устраивать гонения на них с низов,– усаживаясь на своё место, мирно протирая платком лицо, залысины, продолжил: – загубили мужика… теперь не вернёшь, а мог бы ещё поработать… а закопать – дело не хитрое, зароем, и дело с концом – поминай, как звали; председатель – это номенклатура даже не райкома – обкома, а вы там перевыборы учиняете, ну да что уж теперь. – Свахин вздохнув, после короткой паузы, высказал последнее:

– Решили мы тут: поработайте-ка в роли председателя, а партком возложим временно на заместителя, почувствуете себя в этой шкуре и выборы осенью организуете по-деловому. По животноводству Ирина Семёновна вам поможет, кстати, оно у вас особенно в загоне.

– Вот так, товарищ парторг, помимо того, что плохо работаешь, ещё и душу загубил,– вздыбились в голове мысли Ивана Кузьмича,– да ведь с первого дня, как только увидел Боброва, он был нервный, а к зиме и вовсе слёг в больницу. Ну допустим,– Лыков попытался рассудить спокойнее,– мужики высказали на собрании нелицеприятное для него, так что ж, солидному человеку входить от этого в амбицию настолько, что… Да если хорошо во всём разобраться, то там ещё мало было сказано. Не зря, в конце-то концов, объявилась эта пачка денег… и как Свахин хитренько прячет концы… От добросовестного, честного труда вместе с людьми никто во все времена здоровье не терял. Откуда у него – сельского парня могла взяться эта нечистоплотность, нездоровое властолюбие… А эта Шустова – всё Свахину по полочкам разложила. Втирается теперь, как поддержки сверху не стало. Да и Свахин сидит на облучке без Градского. Не зря вдруг сдружились – водой не разольёшь.

Лыков оторвал невидящие глаза от вестибюльного райкомовского окна и, никого не замечая, быстро направился к выходу.

– И поработаю..,– продолжали бунтовать его мысли,– и выборы нового председателя организую по настоящему… помогать они собираются…

-.-.-.-.-.-.-.-.-.-.-.-.-.-.-.-.-.-.-.-.-

Похоронная процессия медленно продвигалась через безлюдную, поросшую ивняком лощину, к кладбищу, расположенному на противоположной окраине хутора.

Жаркий июньский день постепенно разошёлся горячим суховеем. Порывы ветра рвали из рук, идущих впереди быткомбинатовские венки, уносили в степь обрывки похоронной мелодии.

На раскалённую шоссейную дорогу мягко падали, обжигаясь, живые цветы.

У гроба, установленного в кузове автомобиля, ближе к изголовью сидели, склонившись к покойному, старая, ссохшаяся убитая горем мать, осунувшаяся, с красными от бесконечных слёз глазами, жена, закаменевшие от неожиданно свалившегося несчастья взрослые сын и дочь.

За гробом вместе с остальными родственниками шло руководство района.

Хуторяне с любопытством высматривали из садов и подворий.