Любовь безумного профессора. Ордоский Университет Техномагии

3 1⁄4 ч.3

– Только тебе знать ответ на этот вопрос, – рассеяно проговорил Эдвард Дейс, сосредоточенный на каких-то собственных мыслях.

– Да, наверное, – покладисто согласилась я. – Тем не менее, мне все равно надо в ванную комнату!

– Тебе надо к врачу! – твердо отрезал мой научник.

– Ой, да само пройдет! – отмахнулась я и снова встала, чтобы в следующее мгновение вновь оказаться в объятиях Эдварда Дейса.

– Гертруда!

– И все-таки, интересно, почему именно вы? – подняла я голову, проигнорировав его возмущенный и в то же время взволнованный оклик. – Вы, конечно, нравитесь мне, очень нравитесь, но мне бы хотелось увидеть маму…

Почему-то он ничего не ответил и, кажется, даже слегка смутился и еще сильнее растерялся, вынуждая меня взять инициативу в свои руки:

– Вам я тоже очень рада! Правда! И была бы невероятно благодарна, если бы вы помогли мне дойти до ванной? Мне очень надо!

И в тот момент меня меньше всего волновало, что передо мной лишь мираж моего воспаленного сознания. Сознания, которому явно становилось только хуже.

Мужчина удивительным образом покраснел, хотя возможно мне это показалось, так как лицо научного руководителя подозрительно расплывалось, подтверждая несостоятельность моего воображения. Между тем мираж был очень натуральным и похожим на своего прототипа. Таким же знакомым голосом упрекнул меня в безответственности, одновременно с тем поднимая на руки и вопросительно уточняя, где эта самая ванная комната находится.

– Вон там! – охотно указала я рукой на боковые двери.

Он ничего не сказал. Без слов занес в ванную и, все также продолжая держать на руках, повернул кран с холодной водой, а мне было настолько плохо, что даже не стала спрашивать «Зачем?», лишь насмешливо уточнив, что неплохо было меня все-таки опустить на пол, так как я уж точно не собиралась принимать ванную и хотела сюда совершенно по другой физиологической причине.

Однако мираж не спешил выполнять мою просьбу или исчезать. Он дождался пока наберется ванна, после чего в неё опустил. Прямо так! В одной ночнушке и без предупреждения! От неожиданности и холода я вскрикнула и попыталась встать, но сил совершенно не было, даже, чтобы справедливо возмутиться.

– Знаю, неприятно, но жар слишком сильный, чтобы ничего не делать.

Конечно, я слышала, что холод хорошо сбивает высокую температуру, но никогда это делает твой научник, который ко всему прочему вообще плод моего воображения! Или не плод?

– Где полотенца? – вдруг серьезно спросил он, более ничего не объясняя и делая то, что считал нужным.

Между тем странный мираж или не мираж уже сам нашел в шкафчике полотенца, достал самое большое махровое и развернул, неожиданно смутившись:

– Можешь снять рубашку? – он сглотнул и отвел взгляд. – Я укутаю тебя в полотенце и отнесу обратно.