Любовь и бытовая магия

Жизнь налаживается

Утром проснулась я необычайно рано. За окном капал дождь, и небо серым полотном нависало над Академией. После вчерашних приключений у меня, кажется, болело все тело. Кряхтя, как дряхлая горгулья, я сползла с кровати. Нужно было собраться с мыслями и справиться с нервозностью. Я боялась реакции студентов на мое вчерашнее поведение. Скорее всего, слухи уже разлетелись по Академии. Как говорила тетушка: "Если бы мы перемещались со скоростью сплетен, уже давно покорили бы весь космос". Как ни странно, больше всего я переживала из-за несдержанности в общении с мэтром Граа и возможной утраты авторитета. Именно первые впечатления — самые сильные, и сложно будет вести лекции, если меня перестанут воспринимать всерьез. А ведь так хотелось спокойной и плодотворной работы!

- Ты видишь, - пожаловалась я Киприото, - как мне трудно без тебя. На ровном месте показала себя полной истеричкой, не способной сдержать собственную магию. И ведь никто не вспомнит, что гадкий маг сам меня довел до такого состояния. Как представлю, какой он был чистенький, беленький и спокойный, аж злость берет. И я против него выступаю, такая вся обиженная, с перьями на голове и пятнами на щеках. Да уж, ситуация, - сокрушалась я и, взяв зеркало, принялась разглядывать себя. Лицо было чистым, но мне не понравилось его растерянное выражение. Скорчив самую зверскую физиономию, я по-детски показала язык отражению и принялась собираться на лекции.

Сегодня я планировала после занятий наведаться в столовую и познакомиться с членами педсостава. Заодно хоть узнаю, что про меня говорят. Захватив с собой плащ-непромокайку и зонт, поплелась в Академию, полная мрачных предчувствий.

Первая пара, как и вчера, проходила у старшекурсников боевого факультета, и я, настороженно открывая дверь, уже ожидала "теплого" приема. На удивление, в аудитории стояла тишина. Молодые маги сидели смирно, в полном составе, и внимательно следили за мной. Кашлянув, чтобы скрыть неловкость, я приступила к лекции, поминутно боясь подвоха. Адепты старательно записывали каждое мое слово: магические перья поскрипывали, шуршали страницы. Взглядом я отыскала серьезные лица хорошо известной мне четверки. Они также спокойно конспектировали и иногда исподтишка посматривали на меня, думая, что я этого не вижу.

"Ничего себе! Неужели Квит постарался? Вот это я понимаю, педагогический талант!" - подумала я с толикой зависти, тоскливо чертя очередную колдовскую схему уборки на доске. Сложность моего предмета заключалась в принципиальном отличии бытового мага от прочих волшебников. Я действовала интуитивно — магия автоматически выполняла все пожелания. С адептами другой направленности чар такой фокус был невозможен. Для совершения простейших операций им нужны были формулы или заклинания, зачастую подкрепленные пассами. При этом была важна концентрация и умение вливать силу тоненькой струйкой, чему я и планировала обучать на практических занятиях остаток года.

Сигнал оповестил об окончании занятия. Учащиеся стали расходиться, и я незаметно перевела дух. Однако снова напряглась, когда возле меня остановилась "великолепная четверка". Неожиданно Роми вышел вперёд, прижал кулак к груди и произнес:

- Уважаемая госпожа Вэлис! Мы искренне просим прощения за свое недостойное поведение и преклоняемся перед вашей храбростью.

Я так и осталась стоять с открытым ртом. Но, увидев выжидательные лица боевиков, кивнула головой, принимая извинения, и осторожно спросила:

- А что я сделала?

- Вы не побоялись пересечь в одиночку проклятый лес и минное поле. Не каждый из боевиков рискнёт повторить такое, - восхитился Толлан.

- А, понятно, - протянула я. - Но это, скорее, чистое везение.

- Кроме того, - не обратил внимания на мои попытки принизить свои "подвиги" боевик. - Вы не мешали нашему отряду в дороге, являя чудеса стойкости, хотя могли, как педагог, избавиться от сковывающих заклинаний. Вы позволили нам достойно сдать зачёт, за что мы очень благодарны.

А я зависла. Точно, я же что-то подобное читала! В тот момент я совершенно забыла пункт Кодекса Академии, где любая применяемая студентом магия могла быть нейтрализована по желанию преподавателя, если была направлена на последнего.

"Учить Кодекс, чтобы от зубов отскакивало", - мысленно сделала я себе зарубку на память, вслух же произнесла:

- Рада была помочь. Кстати, что там в общежитии вчера бабахнуло утром? - чтобы сменить тему, спросила студентов.

- Опять кухню разнесли, - печально отозвался, кажется, если правильно запомнила, Варл.

- Да, зельевары не успели сделать задание и взяли его на дом, так сказать, - буркнул тощий, имя которого я не знала.

- Теперь опять голодными останемся, - с мукой в голосе сказал Толлан. - Мы же с полигона приходим, когда студенческая столовая давно закрыта.

- А кушать хочется, аж мочи нет, - жалобно подхватил Роми.

- Мы на кухне обычно и кашеварим, - вставил Варл. - А вот ближайшую неделю, пока все не восстановят, не видать нам горячей еды. Опять бутербродами давиться! А мне мама говорила, что это вредно!

Мне стало жалко ребят, и я предложила:

- Могу помочь все исправить, если хотите. После пар проведите меня в общежитие.

На меня посмотрели, как на спасительницу, с такой надеждой, что стало неловко. Я выставила ладони вперёд, останавливая готовые сорваться с губ студентов потоки благодарности, и честно предупредила:

- Ничего не обещаю: пока не известен фронт работ, но, поверьте, бытовику проще справиться с подобными проблемами. Только пусть это останется между нами. Не хочу, чтобы ректор приобщил меня к реставрации помещений на постоянной основе.

Боевики слаженно кивнули, и мы договорились о времени встречи. На прощание Роми сказал, помявшись и краснея:

- И, это... Извините, что хотели вас в пруду искупать. Мы тогда не со зла. Зачёт не сдали, настроение было поганым. А меня ещё и девушка бросила, вот и не сдержался.

- Я поняла, не волнуйтесь, - ответила я. - Все ведь обошлось. Только вам вот теперь проходить практику придется в Ледяной Пустоши, а, как я поняла, там опасно, - посочувствовала я магу.