Любовь и деньги, Сезон-1

ЧАСТЬ 1: ПЕРВЫЕ ЗНАКОМСТВА

Крайне малоприметный отель был этот Joy Pine Resort в Кемере, недорогой трехзвездочный, но с хорошими поварами. И небольшой такой, по-семейному уютный — всего несколько десятков номеров — что мне очень нравилось: это давало возможность перезнакомиться со многими отдыхающими в достаточно небольшом пространстве, на небольшой территории. Чем я активно и занимался в первые полтора месяца пребывания там с конца апреля, заблаговременно оформив еще в Москве специальную визу на 90 дней непрерывного отдыха в Турции. Конечно, частные инвесторы не могут себе позволить ничего не делать на отдыхе: приходилось минимум раз в неделю звонить в Москву своим сотрудникам, чтобы все держать под контролем, руководить своим разветвленным бизнесом, решать текущие вопросы, получать отчеты от своих помощников. В конце июля мне нужно было выехать с территории Турецкой Республики, чтобы через неделю-другую снова вернуться, переделав все дела в российской столице, чтобы вести сладкую жизнь на турецких пляжах еще 60 дней, оплатив визовый сбор в аэропорту. Знакомился я с отдыхавшими обычно за обедом, но чаще за ужином, в расслабленной атмосфере, за бокалом вина, благо что отдыхали по системе ВСЕ ВКЛЮЧЕНО, хотя ВСЕ — слишком громко сказано.

Это был почти полностью «русский» отель в том смысле, что туда приезжали преимущественно русскоговорящие туристы из России, Украины, Беларуси — а обслуживающий персонал неплохо говорил по-русски. Немцев и уж тем более людей из других нерусских стран было совсем немного — по пальцам пересчитать — а в некоторые периоды они вообще исчезали. Сейчас этот курортный отель на окраине района «Бельдиби» закрыли, как я слышал — может быть, стал нерентабельным или по каким-то другим причинам. А тогда, в самом начале 21-го века, он был малоприметным, но уютным местечком с небольшой территорией и большими валунами на пляже прямо возле линии воды. О них можно было ноги переломать, поэтому удобнее было спускаться в море по предусмотрительно установленной на деревянном пирсе-настиле лесенке.

Прелесть небольших и недорогих отелей три-четыре звезды в том, что публика здесь не слишком притязательна, никто пальцы веером не держит, люди охотно идут на контакт, не ведут себя отчужденно и элитарно, как в некоторых пятизвездочных, многолюдных курортных гостиницах (в чем я тоже имел возможность убедиться не раз). И встретить тут можно людей разного достатка, от нижней категории среднего класса до вполне состоятельных, но без понтов, для которых не зазорно приехать в отель три звезды вместо пресловутых пяти звезд.

И все же подозреваю, что долларовых миллионеров вроде меня там не было никогда, хотя я не афишировал свой статус и достаток; даже номер у меня был вполне обычный, 18 кв. метров. Не хотелось выделяться из общей массы отдыхающих. Да и не так уж много у меня было этих миллиончиков – чуть больше десяти, но они были с умом вложены и приносили стабильный годовой доход порядка 1,5-2 млн. евро на уровне 17-18% годовых (тогда общеевропейская валюта только-только появилась), хотя год на год не приходился. Большую часть этого дохода я реинвестировал в расширение бизнеса, а также тратил на ремонт и поддержание своих активов. Жил на 300 тысяч евро в год, из которых больше половины уходило на отдых за рубежом.

Так уж получилось, что в семье я один, у нескольких моих теток и дядей не было детей, и они мне завещали свои квартиры в центре Москвы, которые я отремонтировал и сдавал в аренду. Кроме того, мне удалось разумно распорядиться теми 100 ваучерами, которые я предусмотрительно скупил во время приватизации 1990-х. Я вложил их в акции «голубых фишек» на ваучерных аукционах, куда мне удалось попасть, благодаря некоторым влиятельным знакомым. Они приносили мне приличные дивиденды, а некоторую часть этих акций я продал, чтобы получить больше наличности. Конечно, все в этом мире относительно: состояние мое было достаточно скромным по меркам рублевских небожителей, коррумпированных чиновников или лондонской элиты, но в сравнении с обитателями трехзвездочного отеля в Турции я был богачом, хотя старался это не афишировать. Деньги вроде как любят тишину, да и не хотел я себя выделять и превозносить над другими людьми, которые были совершенно не виноваты в том, что мне повезло больше чем им. Конечно, персонал отеля и некоторые отдыхающие видели, что я могу позволить себе сорить деньгами. Все понимали, что деньги у меня водятся, но никто не догадывался о моих реальных доходах. Просто считалось, что люди с таким уровнем достатка не могут и не должны останавливать в «трех звездах». Но я родился и вырос на Красной Пресне, а ребята из этого некогда рабочего района Москвы никогда не «звездились», такая уж у нас пресненцев психология и культурный код.

Со своими немногочисленными сотрудниками я созванивался по таксофону — такого понятия как международный роуминг тогда еще практически не существовало, а Интернет был очень медленным. В тот год я решил провести как можно больше времени на скромном турецком курорте – с мая по сентябрь – в поисках интересных приключений, переживаний, опытов. К тому времени я расстался со своей супругой, с которой мы счастливо прожили 20 с лишним лет, но так и не нажили детей. Наш брак оказался бесплодным, что, по правде сказать, меня удручало — хотелось иметь своих детей, свои кровиночки. С супругой мы остались в теплых, дружеских отношениях, и материально я ее поддерживал — у нее немало денег уходило на лекарства. Собственно говоря, последние несколько лет мы и были уже друзьями и жили скорее как брат и сестра, а не как муж и жена. Понятно, что за 20 с лишним лет первая любовь и страсть остывают, и это «остывание» с моей стороны еще больше усугублялось ее довольно неприятным заболеванием.

У меня наступил период безбрачия и холостяцкой жизни, и я вошел в тот самый средний возраст, когда мужчинам, слишком рано и поспешно женившимся, хочется, что называется, наверстать и догулять. Женился я действительно рано, в 20 лет, а невесте моей было тогда 22. Но у нас обоих было уже довольно много любовных похождений до нашего знакомства в ноябре 1978 года. Познакомились мы на «сейшене», как молодежь нашего последнего или предпоследнего советского поколения называла свои бурные вечеринки. Сейшены обычно происходили «на хате» (от английского слова hut) или «на флэту» (flat) — тогда в моде был английский сленг. Наша молодежь слушала английский рок, понимала английский на базовом уровне и активно использовала английские словечки в общении друг с другом. Но это все было больше 20 лет назад. СССР распался; вместо него возникла какая-то странная форма гибридного бандитского государственного капитализма с элементами олигархии — гремучая смесь, одним словом. Но пал Железный занавес, и всего за 10 лет я уже успел исколесить почти весь мир — побывать в Австралии, Африке, Азии, Европе и Америке. В Австралии и США я работал по приглашению, а в других местах отдыхал, изучал нравы людей в разных странах.