Любовь и магия жизни

Педсовет

В помещение, где обычно проводились собрания нашего славного педагогического состава, я, уверенная в своей неотразимости (чему способствовали полученные по пути одобрительные возгласы студентов), величаво вплыла, будто легендарная птица-гиуру. Ощущение собственной привлекательности окрыляло, заставляя высоко держать голову и расправить плечи. Ожидаемый эффект на публику был произведен: стоило мне появиться на пороге, на несколько мгновений воцарилась полная тишина.

- Госпожа Вэлис! - первым не сдержался мэтр Дэвуш. - Вы изумительно сегодня выглядите! - а я благосклонно улыбнулась кончиками губ, принимая похвалу. Мэтр Герон только одобрительно кивнул, предлагая мне место возле себя, чем я не преминула воспользоваться. Сидеть рядом с проклятийником было со всех сторон выгодно: он и развеселить мог своими меткими замечаниями, внося разнообразие в обычно скучное течение заседаний, и защитить, в случае чего. Расположившийся напротив Квит, не скрывая восторга, произнес:

- Лялянара, вас просто не узнать!

- Согласна, - подхватила Мора и тихо прошептала, наклонившись ко мне через стол, - скажешь мне потом, где брала зелье.

Я только с загадочным видом ей подмигнула. Пока я купалась в заслуженных лучах славы, подошли ещё несколько членов нашего замечательного дружного сообщества во главе с Талхиль, которую вел под руку Жмэр Дари. Увидев меня, красотка на секунду замерла, потом неприлично хмыкнула и едко прокомментировала:

- О, смотрю, даже до отсталых провинциалов начали доходить сведения о том, что существуют магические косметические средства. Только жаль, что такие чудеса не длятся долго — скоро кто-то превратиться обратно в унылую посредственность, - с намеком съязвила стихийница, и Мора тут же негодующе вскинулась в попытке меня защитить. Я же лишь успокаивающе сжала лежащую на столешнице руку подруги, не давая провидице поддаться на провокацию. Сегодня ни одно высказывание в мире не могло сбить меня с толку. Я предчувствовала свой триумф и была готова ответить любому, хоть богу, хоть демону, как равная:

- Может, внешность у меня и посредственная, зато мне не грозит отравиться собственной желчью, как вам, госпожа Бронс. К тому же, говорят, зависть порождает морщины на коже и способствует ее раннему увяданию.

- Да было бы кому завидовать! - вспылила стихийница, задетая за живое. - Выскочка, без роду, без племени!

- Видите, к моему наружному облику вы придраться уже не можете, поэтому перешли на происхождение. Продолжайте расписываться в собственной слабости, - с ледяным достоинством держала я удар.

- Да там и придираться не к чему: куда ни кинь — везде убожество, глядеть не на что! - бушевала красотка.

На этот выпад я ответила скандалистке, переходя на "ты" (нам, "деревенщинам", ещё и не такое можно!):

- То-то я вижу, что ты от меня сегодня взгляд не можешь отвести, Талли.

При таком вольном сокращении своего имени у госпожи Бронс глаза опасно загорелись магическим огнем.

- Довольно, дамы! - внезапный стук по столу сухощавой ладошкой госпожи Галсс прервал нашу "милую" светскую беседу. - Ведёте ссебя крайне неприличчно! Вот от васс, госспожжа Вэлисс, я такого точчно не ожжидала, - с укором произнесла нагиня. "Зато ожидала, что у меня бурный роман с благородным мэтром Катавасси", - подумала я про себя, и только усмехнулась, пожав плечами. Талхиль же презрительно скривилась и царственно направилась на свое место в сопровождении свиты, где, намеренно игнорируя меня, завела разговор о погоде с сидевшей рядом Акилой Рус.

Время шло, подходили все новые педагоги, в числе которых были мэтр Катавасси и Парма. Подруга, увидев меня, только изумлённо выдохнула: "О", что я сочла высшей степенью восхищения. Почетных же гостей, однако, все не было. Народ скучал, народ томился. Уже были вынесены на обсуждение и раскрыты главные темы дня: о дежурстве, успеваемости, открытии нового кафе в городе, росте цен. Были получены важные сведения, что завтра таки магпогодники клятвенно обещают ясную погоду на весь день. От нечего делать, Альвиль Журдэ предложила попить всем крокуса, что было благосклонно принято. За чашечкой горячего напитка неожиданно, слово за словом, завязался мужской спор, в котором мэтр Дэвуш с пылом утверждал, что из-за грядущего похолодания сорс будет плохо расти, а господин Васил Гириди, наш магмеханик, не менее страстно уверял, что, наоборот, ожидается необычайно обильный урожай этого растения. Ситуация накалялась: обе стороны обрастали последователями и постепенно переходили на личности. Сидящий рядом со мною мэтр Герон только довольно крякал, попивая свою порцию бодрящего настоя и наблюдая за возникающей на пустом месте ссорой.

- Ничего, госпожа Вэлис, пусть выпустят пар, главное, чтобы не кишки, - гаденько захихикал проклятийник. - Немного бури освежит наше учёное болотце.

- Не понимаю, как из-за подобной ерунды можно так заводиться, - прошептала я почтенному соседу, наблюдая с опаской, как Васил стучит кулаком по столу, исчерпав аргументы и, кажется, вместе с ними и свое терпение.

- О, милостивая госпожа, вы ведь не думаете в самом деле, что данный конфликт происходит сугубо на почве одних лишь ботанических разногласий? - удивлённо вскинул брови мужчина. - Это всего лишь повод. А причина — вот она, сидит рядышком с Талхиль. Я глянула туда, куда указал маг, и наткнулась на госпожу Рус, которая, алея щеками, скромно удерживала тонкими пальцами изящную чашечку.

- Разве вы не слышали, - чуть не мурчал престарелый проклятийник не хуже моего Арно, - эту душещипательную историю? У господина Гириди на клумбе произрастает изумительный сорт иридионов, выведенный путем долгой мучительной селекции и названный в честь дамы сердца — "Акила", - маг сделал многозначительную паузу, давая мне возможность проникнуться полученной информацией. Дождавшись яркого эмоционального отклика с моей стороны, мужчина продолжил рассказ: - Мэтр Дэвуш был приглашен, как ближайший сосед и, не побоюсь этого слова, друг, в святую святых — оранжерею, чтобы разделить с мэтром Василом его триумф. Однако погодник не сумел по достоинству оценить изящество цветка, обозвав растение невзрачным и обыденным. Мало того, этот невежа имел наглость высказаться, что салатовые разводы на черном фоне лепестков смотрятся крайне неэстетично, а узнав название, ещё и обидно рассмеялся, сказав, что подобная гадость точно не может быть названа именем такой достойной дамы, как госпожа Рус, - сверкая глазами в притворном негодовании, делился со мной подробностями почтенный мэтр. - И это после всего того доверия, что было ему оказано! - последний возглас оказался слишком громким: на нас стали обращать внимание, и проклятийник, извинившись, понизил голос: - В ответ мэтр Гириди произнес, что погодник — ужасно приземлённый индивид, не видящий дальше своего носа и не разбирающийся в красоте. После этого уважаемые маги перестали здороваться, и, может, только сегодня, наконец, нарыв вскроется и ситуация между ними разрешится. Все-таки дружить более десяти лет и разойтись из-за подобной чепухи — чрезвычайно обидно, - задумчиво протянул мой сосед и, отставив мизинчик, с удовольствием прихлебнул крокус.