Любовь и ненависть в Академии Драконов

Глава 12

“Так, спокойно! У тебя потеря памяти, никакие провокационные и разоблачающие вопросы он задавать не может” — успокаивала я себя.

“А если он почувствует присутствие чужой души в теле? Ведь Эдоен это как-то понял!”

От этих мыслей у меня начали трястись поджилки, и я ощутила холодок, пробегающий по спине.

Я шла вслед за ректором по длинному тёмному коридору, стараясь сосредоточиться на дыхании, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце. Когда мы прошли очередной поворот, мужчина остановился, поднял руку, после чего в стене засиял проход в комнату.

— Прошу, заходите, — он пропустил меня вперёд.

Кабинет ректора был таким, каким я его и представляла: громадные, до потолка, шкафы с книгами; в нишах вдоль стен стояли гипсовые бюсты, наверное, каких-то известных личностей; массивный дубовый стол, который занимал почти половину комнаты. В углу стоял глобус на изящной подставке, а рядом — пара кожаных кресел, приглашающе расставленных возле низкого журнального столика. Стены были обшиты тёмным деревом. На них висели портреты, по-видимому, прежних ректоров и дипломы о присуждении академии различных наград. Большие окна плотно занавешены тяжёлыми портьерами, что глушили звуки, доносившиеся извне.

— Итак, — ректор медленно откинулся на спинку кресла и переплёл пальцы, смотря на меня поверх очков. — Ванесса Грей.

Сесть мне не разрешили, так что пришлось стоять. Словно ученица перед директором школы, я ждала своего приговора.

В комнате на минуту повисла тяжёлая тишина, лишь изредка нарушаемая шумом, доносившимся с улицы.

Ректор покачал головой и вздохнул, прежде чем продолжить.

— Вы, значит, потеряли память? И это не какая-то игра или шутка?

— Игра? — не поняла я и тут же помотала головой, — Нет! Я… я вам не вру. Скажу честно, мне бы самой хотелось всё вспомнить.

— Фамилия Грей и честность несовместимы, — буркнул себе под нос мужчина.

— Простите?

— Учебный материал, полагаю, вы тоже забыли? — продолжил расспрашивать глава академии.

— К сожалению. Но я обещаю всё наверстать!

— Посмотрим… — ректор пододвинулся ближе и оперся локтями на стол. — Ситуация в этом году в академии и на приграничных территориях опасная. Я буду следить за вами, мисс Грей. Если преподаватели вновь донесут мне, что вы отлыниваете от занятий, пререкаетесь с учителями и вообще ведёте себя… кхм, — мужчина запнулся, словно ему поперёк горла встало необычно резкое слово, которое он, как ректор, не мог употребить вслух. — Я буду вынужден принять суровые меры! Вы будете отчислены, мисс Грей. У нас в академии ценятся дисциплина и стремление к знаниям, а не своевольные выходки избалованных особ. Влиятельные покровители вам больше не помогут!

Внутри поселилось чувство, что под “влиятельными покровителями” ректор подразумевал семью Аррана. Значит, он знает о сорванной помолвке?

— Мисс Грей, вы слышали, что я сказал? — мужчина повысил голос.

— Да, я слышала, — внезапно мне захотелось выйти из этого душного кабинета.

Стены начали давить, словно с каждой секундой сжимая пространство, и воздух казался всё более и более тяжёлым, наполненным невысказанными обвинениями.

Ректор пристально посмотрел на меня сквозь свои полулунные очки.

— Я не хотел бы повторяться, мисс Грей, — устало произнёс он, — но мне кажется, вы не до конца осознаёте серьёзность ситуации. Приграничные территории охвачены полчищами виверн, так что небрежность в учёбе… — ректор осекся, а затем продолжил: — Академии не нужны новые неприятности. Надеюсь, вы поняли меня!

— Конечно, — говорить было трудно из-за пересохшего горла. — Я вас не подведу.

— Можете идти. Только, пожалуйста, не забудьте наш разговор! — мужчина поднял указательный палец. — Преподаватели будут за вами следить. Чуть что, вы сразу же отправитесь домой к родителям!

— Только меня там вовсе не ждут, — тихонечко буркнула я себе под нос.

На этот раз меня никто не услышал.

— У вас остались какие-то вопросы? — ректор снял очки и положил их на книгу, лежащую перед ним на столе.

Он ещё спрашивает. Похоже, и у него отшибло память.

Как, интересно, я найду нужную аудиторию? Аманда успела показать мне только общежитие, до главного корпуса академии дело так и не дошло. Я даже подумать не могла, что мне придется беседовать с ректором.

С каждой секундой я чувствовала, как по жилам растекается глухое раздражение.

— Аудитория…

— Что?

— Я не помню расположение аудиторий в академии.

Что касается расписания, оно у меня было. Само собой появилось сегодня с утра в блокноте в элегантном кожаном переплёте.

— Раз вы говорите, что за мной будут следить, не хотелось бы опоздать на первое в этом году занятие!

— Ах, вы об этом, — ректор небрежно махнул рукой. — Да, сегодняшнее первое занятие действительно очень важное, особенно для первокурсников. Но оно будет проходить не в аудитории. Магфауна, — отчеканил мужчина. — Для этого предмета выстроен отдельный корпус. Как выйдете из кабинета, спускайтесь на первый этаж к раздевалкам, после чего ступайте прямиком к загонам, это восточнее полигона.

“Так, первый этаж, выход на улицу, загоны, восточнее полигона” — мысленно перечислила я, чтобы ничего не забыть.

Где находится полигон, я знала: из моей комнаты открывался отличный вид на огромную огороженную площадку для боевых магов. Именно для боевых, так как все остальные факультеты, как объяснила мне Аманда, зимой занимались в тёплом помещении. Крикус Крим лишь иногда выгонял студентов на открытое поле.

— Вы все поняли? — ректор встал, подошёл к двери и, отворив её, всем своим видом показал, что разговор между нами должен был быть закончен ещё пять минут назад.

— Да, сп… — ответила я, и на почти сказанном слове “спасибо” дверь за мной с противным скрипом захлопнулась.

Как же всё-таки тут… “мило”! Или здесь только ко мне такое отношение?

Неожиданно, но мне захотелось доказать, что Ванесса, точнее, уже я, на самом деле не какая-то там избалованная, своенравная девица, а прилежная хорошистка, уважающая себя и других!