Любовь и ненависть в сети

4.1

Нет, правда. Это уже просто ни в какие ворота не лезет!

— Здесь занято, — соврала, не моргнув глазом.

— Ну как придёт владелец места, так я и уйду, какие проблемы?

— Довлатов!

— Тихо, — он шикнул на меня, выпучив глаза. — Начинается.

— Что?

Повернувшись к экрану, я увидела, что пошла заставка кинокомпании, а значит свалить уже не получится. Злосчастный центр зала!

Люди сидели по обеим сторонам вплоть до прохода, так что у меня было два варианта: пробираться через кого-то и слушать не всегда печатные возмущения, или же остаться бок о бок со своим ночным кошмаром, потому что тот, кем занято это место, не появится.

Несчастные люди ни в чём не виноваты, так что остался ещё один выход:

— Вернись на своё место, бандерлог, — прошипела я.

— Жуй и не болтай, — Андрей поставил мне на колени свой попкорн, даже не глядя на меня.

Опешив от такой наглости, я не смогла вовремя придумать ответ и просто хватала воздух, как рыба, выброшенная на берег. Хотелось вцепиться ему в лицо, поколотить как следует. Хотя бы наорать для облегчения души!

Но это что получается? Попасть в чёрный список кинотеатра из-за этого гада подколодного?!

Да щас! Ага, уже бегу, волосы назад!

Если хоть не получу удовольствие от просмотра, то хоть объем его. А что? Сам отдал, пусть теперь не жалуется.

Карамельный.

Чаще всего я брала сырный, но этот вкус напоминал мне о Криптексе, и на какое-то время у меня даже получилось забыть о том, что рядом со мной сидит совсем не парень мечты. Ровно до того момента, как услышала тихий смешок.

Уже собиралась высказать однокурснику всё, что я о нём думаю, как поняла, что он всё своё внимание перевёл на экран. А шутка была действительно смешная и к месту, так что даже придраться не получилось.

Невольно остановила свой взгляд на профиле, подсвеченном экраном, и поняла, что залипла. Намертво. Будь я полегкомысленнее, точно бы пополнила ряды девчонок, рыдающих в подушку от жизненной несправедливости, ведь в этого парня можно было влюбиться очень легко.

Сейчас, когда Андрей не смотрел вокруг а ля король мира, а всего лишь непринуждённо наслаждался комедией, он выглядел почти милым…

Так стоп!

Тпру, Зорька! Тормози!

Милый Довлатов?

Да у меня мысли такой не должно возникать!

Фу, фу, фу!

Быстро выкини из мозга этот плод идиотизма и дегенерации!

Опустив глаза на подлокотник, я увидела ещё не начатую бутылку газировки и с чистой душой открыла её.

— Что ты делаешь? — шепнул блондин, наклонившись непозволительно близко.

И снова эти чёртовы перец и сандал. Чихнуть что ли?

— Приватизирую твоё питьё.

— И мой попкорн?

— Его ты сам мне отдал. А это, — подняла бутылку на уровень своего лица, — за моральный ущерб.

— Жестокая ты, староста.

— Я сейчас тебе в эту бутылку плюну.

— Молодые люди! — какая-то женщина сзади осуждающе посмотрела на нас и прижала палец к губам, призывая замолчать.

— Простите, — пискнула я и вернула своё внимание кинокартине.

Наверное, можно было бы вернуть душевное равновесие, но судьба сегодня была явно не на моей стороне:

— Наташенька, оставь влюблённых в покое, помнишь, как мы…

Дальше я уже не слышала, потому что шум собственной крови в ушах затмил все посторонние звуки. Ещё и правый глаз задёргался… Явно поворотник, сигнализирующий, в какую сторону собирается полететь кукушечка.

Я и этот? Да никогда!

АААААА!

Всё, чем можно было спасти ситуацию — попкорн. Я принялась остервенело его жевать, закинув в рот сразу несколько штук. И плевать, что попалось нераскрывшееся зерно, и его разгрызу!

Кожей чувствовала на себе взгляд своего врага. Готова дать руку на отсечение, что сейчас он сидел и довольно ухмылялся, как кот мартовский, пока я закипала, как бабушкин чайник на старой газовой плите. Со свистом.

Сорванные свидания, вечное мелькание перед глазами, испорченный вечер, теперь ещё и это… Допрыгался, кролик! Это война!

Довлатов попытался протянуть свои клешню к попкорну, за что моментально по ней получил. В меня уже не влезало, но я не собиралась отдавать ему лакомство из принципа. Пусть сидит и мучится, что на ненавистную старосту деньги потратил.

— Жмотяра, — насмешливо фыркнул он.

Пусть так. Я жмот! Эксклюзивно для баранов, не понимающих, когда нужно свалить в закат.

Когда финальная сцена подходила к своему логическому завершению, предвещая титры, мои ноги уже тряслись, готовясь моментально сорваться с места. После двух часов рядом с Довлатовым мне уже было глубоко наплевать на реакцию окружающих, я была готова перепрыгивать через головы, лишь бы оказаться подальше от него.

Этот демон точно что-то почуял, иначе с чего бы ему хватать мой пуховик, стоило мне подняться со своего места?

— Эй! Отдай!

— Хрусталёва, я всё-таки джентльмен.

— Верни!

— Это за моральный и материальный ущерб, — елейно пропел он, явно наслаждаясь ситуацией.

Конечно, я могла вырвать предмет гардероба у него из рук, но стоит ли этот неандерталец похода в мастерскую по ремонту одежды? Точно нет!

— Чего тебе надо?

— Правильные вопросы задаёшь, староста.

Ну, конечно. И чему я, собственно говоря, удивляюсь?

Моё невезение продолжало набирать обороты, когда я умоляла госпожу Удачу повернуться ко мне хотя бы в профиль, но эта женщина была неумолима. Мы медленно двигались к выходу, и каждый шаг был, как звук стрелки часов, отсчитывающей последние секунды жизни приговорённого.

Сбежать всё ещё было можно, но было жаль новую куртку. И ещё одногруппник мог достать меня в любой момент, так что лучше опозориться здесь, в кругу людей, которым абсолютно наплевать на происходящее, ведь мы друг друга больше никогда не увидим.

Да, так точно лучше.

— Ну, — я остановилась в небольшом закутке и скрестила руки на груди. — Давай, рожай быстрее, у меня нет времени на твои выкрутасы.