Любовь и ненависть в сети

8.1

Следующие несколько часов мы разворачивали квартиру, сортируя Лерины вещи по углам. В процессе мы поняли, что квартира без мебели будет стоить дешевле, и Дина уже всерьёз раздумывала над тем, чтобы сменить место жительства. Либо за те же деньги, но поближе к кольцевой станции метро, либо просто сократить расходы.

Но подобные размышления было решено отложить на потом. К тому же Гахария делала всё настолько резко, что у меня невольно закралось подозрение:

— Что случилось? — прямо спросила после очередного злобного выдоха.

— Ничего, на работе достали.

— Дин…

— Сказала же ничего! — рявкнула она, сбив вазочку с тумбы.

Мы замерли и круглыми глазами уставились на осколки.

— Маме она никогда не нравилась, — пролепетала Лера. — Дина, лезть в душу нехорошо, но всё же… у тебя есть аж две жилетки.

— Поддерживаю, — кивнула, глядя на то, как гневно раздуваются ноздри шатенки.

Она немного подумала и всё же решилась рассказать:

— Препод отказывается принимать у меня экзамен без посещения всех лекций и семинаров.

— С работой не получается? — обеспокоенно спросила Лера.

— Вот старый хрыч! — в сердцах бросила я.

— В том-то и дело, что не старый. Аспирант.

— Чего?

Молодые преподаватели, конечно, могли быть теми ещё скотинами. Чаще всего ботаники, у которых не было друзей во время нормальной учёбы, вот они и желают самоутвердиться или создать из других своих клонов, чтобы доказать себе одно — они всё делали правильно.

Но по большей степени каждый из них понимал, что такое студенческая голодная жизнь в общаге, а потому просто нагружали дополнительным заданиями, но не мешали работать.

— Неужели он не понимает…

— Всё он понимает, — улыбнулась Дина. Горько, обречённо. — Только меня его понимание не касается.

А в глазах её была такая тоска, что самой волком выть захотелось.

— Вы знакомы, — озвучила очевидное.

— Даже слишком хорошо, — подруга села на пол, закрыла ладонями лицо и устало выдохнула. — Простите, девочки. Не хочу вас грузить, это мои проблемы.

— Э, нет, — я уместилась рядом и приобняла Дину за плечи. — У нас не бывает «твои» и «мои», у нас всё общее.

— Согласна, — Лера отбросила кофту в сторону и подошла к нам. — Но я бы на вашем месте поостереглась садиться. Тут стёкла.

— Ой, блин!

Мы подскочили и принялись отряхивать пятые точки.

— Мы можем чем-нибудь помочь? — Лера аккуратно дотронулась до Дининого плеча.

— Боюсь, что нет. Но ничего, если он хочет войны… он её получит!

— Если станет совсем туго, обратись ко мне. Попробую выйти на ректора.

Разумеется, это была шутка. В некотором роде. Не стоит пользоваться служебным положением ради своих целей, иначе уважать перестанут, но иногда это единственная мера.

Если этот козёл попробует отчислить Дину при условии, что она будет знать предмет и наберёт нужную оценку по формуле даже без учёта посещений, то я поступлюсь любыми принципами.

Обычно преподы ставят посещение в формулу оценки, чтобы вытянуть двоечников хотя бы на уровень «удовлетворительно» или помочь тем, кто усердно работает, быть выше в рейтинге. Но не для давления на студентов.

— Уволим?! — Тарханова кровожадно потёрла ладони. При её росте это выглядело и жутко, и уморительно.

— По статье, — загробным голосом оповестила я и демонически расхохоталась, как ведьма из какого-нибудь фильма.

— Пусть только попробует испортить жизнь нашей Дине!

Наверное, мы бы ещё долго раскручивали эту шутку, но прервались, услышав мелодию Лериного телефона. Уверена, все единогласно решили, что родители звонят спросить у дочурки, как проходит перевод в другой университет.

— Не буду отвечать.

— Может, стоит? — я нахмурилась и посмотрела на подругу. — Пусть думают, что ты смирилась. А то с них станется взять билеты на ближайший рейс.

— А если это Дима?

— А что с ним?