Любовь и прочие (не) приятности

Глава 11

На собственной кухне хорошо и уютно. Темнота позднего вечера чернела за стеклом, подсвеченная окнами соседних домов.

Умиротворяюще тикают часы, обещая спокойствие и размеренность. И даже поведение иномирных вредителей не смущает, почти. Оставляет недоумение и растерянность.

Сероглазый незнакомец, так уверенно утверждавший, что он запертый в нашем мире изгнанный бог, стер Филинсу и Шейсу память о случившемся. И теперь они вели себя так, словно встречи в пещере не было. Забыли, пребывая в приятном незнании, чего не скажешь обо мне.

Мне он память оставил и даже разъяснил зачем.

— Иногда так хочется перекинуться словом хоть с кем-то, кто знает твою историю, — заявил он.

Таковых в его запасах не имелось, и тут подвернулась я. Глупая, недалекая, но поразительно милая человечка, которой, что удалять воспоминания, что не удалять, умнее и рассудительнее не станет. Только и может, что хлопать длинными ресницами. Не мои домыслы, а его слова.

Похвала моим ресницам — дело приятное. Тем более, о подобном преимуществе знала, не раз используя при общении с мужчинами. Надо хлопать глазами, смотреть с недоумением — довольно часто срабатывает, сбивая оппонента с толку.

Вот и сейчас, спорить с этим «богом» не стала. Предпочла в конфликт не вступать, пусть мне тоже хотелось позабыть все напрочь, чтобы не маяться мыслями о реальности сказанного. Помалкивала, хлопая ресницами с самым дурацким видом.

Бог он или нет, но магическое могущество сомнений не вызывало. Запросто спеленать Филинса с Шейсом, надо суметь. И нарываться на разногласия со столь сильным магом не стоит.

Утверждение о его божественном происхождении — дело отдельное. Может, у него черепица протекает, конкретно замочив крышу, а починки давно не было? Поехавшего кровлей мага в любом случае лучше не злить, даже если он выжил из ума.

А еще настойчиво предостерег меня, чтобы помалкивала. В случае если додумаюсь проболтаться, обещая отшлепать по упругой попе и наказать. Заявил это с такой улыбкой, что поверила, и болтать не собиралась.

Да и кому расскажешь? Разве что попросить совета у бабушки Лайны, но не решусь, после угрозы сероглазого.

— Называй меня Шэдоу. Мне нравится, как это звучит… — широко улыбаясь, сказал он, прежде, чем выставить на кухню родной квартиры.

Так и получилось, что дома оказалась чуть раньше филина со змеем. Смутилась, когда появились они и принялись себя вести, как обычно, да и выглядели гораздо лучше. Пребывала в смятении, не зная, что делать и о чем говорить.

— Чем так вкусно пахнет? — как сама непосредственность, воодушевленно спросил упитанный Филинс, с любопытством заглядывая в холодильный шкаф. Пустующий.

Составивший приятелю компанию в поисках съестного Шейс, глянул на меня с немым укором. Вот такая я плохая хозяйка, не успела закупить вкусностей, пока болталась между мирами и разными магами. Один другого могущественнее.

— А я вам покушать сварила! — широко улыбнулась, пытаясь завлечь гостей едой.

Старательно поддерживая самый безмятежный вид, указала на огромную кастрюлю на плите. Каша как раз должна была хорошенько настояться. Времени прошло достаточно, теперь уже поздний вечер.

Змей поднял кончиком хвоста крышку, и они дружно принялись любопытствовать, что за блюдо я им организовала. Пахло неплохо, а я вспомнила о важном, тут же ухватившись за это дело.

— Я же хотела вам кое-что показать! — вскочила со стула, бросившись в спальню, и иномирные гости за мной.

Сразу забралась в ворох оторванных обоев, выискивая следы загадочной двери. И осознала с недоумением, что черных линий нет, словно испарились. Жаловаться змею с филином не на что.

Получается, Заянира избавилась от двери в мою спальню? Чтобы ненароком снова к ней не заявилась?

Говорила же, никаких больше человечек! Но обидно, словно я вредное насекомое, способное расплодиться в ее замке, забиваясь в щели и портя продукты.

Шейс одарил меня недовольным взглядом и ретировался на кухню, просочившись прямо сквозь стену. Только хвост мелькнул, затягиваясь следом.

Филинс сбегать не спешил, но и молчать не собирался, намереваясь разобраться с моим поведением.

— Хочешь сказать, что мы подрали эти обои? — язвительно спросил, глядя на меня с насмешкой, указывая крылом на ворох отодранных мной в поисках черных линий обоев.

Разыскивала я увлеченно, смело отдирая цветную одежду стен. Обои болтались крайне неопрятным зрелищем, громко шурша при каждом прикосновении.

— Там было что-то магическое… — сумела предложить объяснение.

— На стене под обоями? — крайне скептически утончил филин, глядя на меня, как на идиотку. И добавил уверенно, чтобы глупости не выдумывала. — Никакого магического фона!

А мне и возразить нечего, только вздохнула, пожимая плечами.

— И что мне теперь с этим делать? — задала дурацкий вопрос, пытаясь хоть как-то сгладить момент.

Филинс покачал головой, недовольно скривившись, но все же решил на удивление посочувствовать.

— Так и быть… починю твою потрошеную стену… — сказал снисходительно, наклонив голову.