Любовь и прочие (не) приятности

Глава 40

Но пробраться к месту выявленной загадки не получилось. Стоило спуститься из мансарды, как в мастерской Колина меня ожидало внезапное препятствие. Наемник, с несколько брезгливым видом разглядывающий обычный творческий развал из обожаемых другом железяк.

И так кривился, словно высокородная дама, чудом оказавшаяся в свинарнике. Случайно заглянувшая, не ожидая подвоха, и хорошенько вляпавшаяся в щедро разбросанные местные «ароматные» особенности, с трудом смываемые с приличной обуви.

Присутствию чужака удивилась, словно с разбегу налетела на стеклянную стену, замерев на мгновение. Наемник в безликой, темной одежде наверняка заявился не погоду обсуждать.

— К чему были издевки над поваром? — сказала, невольно прищурившись.

Насмешки, устроенные наемником над разгоряченной Туктамаль, оставили тлеющее недовольство. Зачем устраивать показательное издевательство? Пусть повар — чудак, но это не повод над ним измываться.

— Слишком она нервный для проявленной, — невозмутимо ответил наемник, выпуская из рук непонятную железяку, кривую во все стороны, выгнутую и искореженную, словно у Колина было плохое настроение, и он решил поиздеваться над железом.

Догадалась, что «проявленная» означает особенную для орчанки профессию Туктамаль. Подобные вещи называют неодинаково. Каких только словечек не придумали! Разные языки, культурные особенности, а ты потом гадай, кто и что имел в виду. Сноровка и везение в помощь, и сметливость.

— С ее специализацией надо быть готовой не только к такому. Мир жесток, — продолжил незваный гость. — А ваша Туктамаль большая недотрога. И как она собирается налаживать личную жизнь? — язвительно усмехнулся.

Недотроги разные бывают. К примеру, в одном мире так именуют крайне ядовитый цветок. С виду нежное растение, а на самом деле выделяет вязкий ядовитый секрет, наказывая своих обидчиков.

Но этот случай понятен, интересен другой. В горах Фаль-Шаня так называют вредных рогатых копытных, не выносящих прикосновений. Они пинаются и бодаются, хотя их умудрились одомашнить в расчете на богатую шерсть. Из-за неуживчивого характера в разговорной речи их обзывают недотрогами.

Так и Туктамаль, готова бороться за свободу от приставучих незнакомцев. Ее право!

«А не складывается ли жестокость мира из отдельных проявлений жестокости?» — подумала с насмешкой. Бессердечный поступок наемника — его личный выбор, продиктованный собственным желанием.

Как говорил мудрый Худда, давай миру то, что желаешь получить сам, и не удивляйся, когда получишь обратно. Отданное вернется, подло краденное вырвут с корнем.

— Очевидно без вашей помощи! — не удержалась, ответила с насмешкой.

Что ему до Туктамаль? Нечего лезть со своими обидами в размеренную жизнь оранки, лишившейся всего, чтобы найти себя заново, отказавшейся от племени, знакомых устоев, следуя за мечтой.

А топить других — дело подлое. Такое только среди погонщиков шакрусов признается достойным, но не принимается остальными культурами. Так они выбирают лучших особей для охраны периметра от выползней из подземных глубин.

Шакрусы — сильнейшие твари, способные разодрать кого угодно. А погонщики отбирают самых выносливых, устраивая им отбор на выживание. Те, кто справятся и выберутся, останутся жить и продолжат род. Мерзкая традиция, от которой бросает в дрожь.

Такого желает наемник? Так это прихоть отдельного мира и его обитателей, не стоит под нее подстраиваться. Мало ли чего бывает в чужих мирах?

Поговаривают, в Изначальном мире фейри есть волшебные птицы, не выносящие, когда кто-то думает плохо рядом с их гнездованием. В прямом смысле думает и в прямом смысле плохо, якобы это вредит их потомству.

Стоит кому-то злобному, завистливому или даже просто раздраженному появиться рядом с их рощей, как они закидывают пришельца орехами, изгоняя. А если тот не сбежал, в ход идут мелкие камешки, добавляющие весомости уже высказанным намерениям выставить чужака вон.

Только умиротворенный и спокойный может находиться рядом, без злобных порывов и раздраженных эмоций. Отклонения будут легко установлены, ведь птицы их чуют, а неприятеля закидают самым бескомпромиссным образом. Какие уступки от бессловесных птиц?

По легендам, так истинные князья фейри выбирали себе жен, не желая держать рядом интриганок. А еще советников проверяли, когда хотели унизить и показать их место. Собственно, от легенд об этих птицах в вольной трактовке и пошла придумка о Святых зябликах.

Посмотрела бы я на наемника, окажись он рядом с рощей таких птиц! Сразу бы закидали, выставляя прочь. А Туктамаль, может, и нет. Она орчанка, увлеченная призванием, что ей до всего остального?

Присутствие наемника раздражало. Неужели исчезновение защиты, прежде вполне справлявшейся, явилось причиной наличия чужака в доме? Раньше не появлялся, а теперь ошивается, словно так и надо!

— Очевидно, ты взяла себе слишком воли, дорогая Тэри! — не остался в долгу наемник, криво усмехнувшись и заставляя удивиться еще больше.

Неужели я что-то умудрилась натворить, даже не высовываясь?

Капюшон, как и прежде, скрывал его лицо, оставляя видными глазу только полевой подбородок и недовольно поджатые губы. Тонкие губы выдавали в нем натуру подозрительную и замкнутую, но даже этого достаточно, чтобы приметить его эмоции.