Любовь и влюбленность

4 глава. Нимфа и сатир

После обеда Филиппа провела некоторое время в гостиной с леди Памеллой и ее дочерями. Разговор не клеился, и девушка, сославшись на усталость поспешила удалиться.

Когда она поднималась по лестнице, до ее слуха донесся разговор двух мужчин, по-видимому, стоявших в коридоре второго этажа. Филиппа их не видела, лишь слышала голоса.

- Послушай, Дэвид, прибереги свои чары ловеласа для другого случая, - сказал голос, явно принадлежащий сэру Чарльзу.

- О чем ты, отец? – как ни в чем ни бывало, ответил Дэвид.

- Ты прекрасно знаешь, о чем я! Тебе должно быть вполне достаточно прочих девиц. Филиппа - дочь Вильяма, и я не хочу, чтобы эту девочку испортил такой похотливый бабник, как ты.

- Ну что ты такое говоришь?! – воскликнул молодой мужчина, но в его тоне явно читалась усмешка. - Почему сразу «испортил». А может, я на ней женюсь и исполню вашу давнюю с матушкой мечту.

- Перестань паясничать! И хватит так смотреть на нее! Хоть меня постеснялся бы!

- Тебя?! С чего мне стесняться человека, который на глазах у жены и детей спит со служанкой!

- Замолчи! – резко осек его сэр Чарльз, в голосе послышался лед, от которого даже Филиппе стало не по себе. - Еще слово - и ты пожалеешь!

- Прости, отец, - нехотя произнес Дэвид.

- Я тебя предупредил! Не смей трогать эту девочку!

- А я разве ее трогаю? Только смотрю… пока! Или смотреть тоже нельзя? – вновь дерзко произнес молодой мужчина.

Филиппа поняла, что разговор может плохо закончиться, потому намеренно несколько раз громко топнула на лестнице.

Услышав ее, мужчины смолкли. Филиппа прошла мимо них вверх, притворяясь что не заметила их в коридоре второго этажа.

Чем разговор завершился, она не знала - как и не знала, имел ли он продолжение. Впрочем, теперь это было не так важно. Ей было над чем поразмыслить, но ее мыслям помешала Шарлотта, которая вскоре радостно вбежала в ее комнату без стука.

- Нам дали с мамой комнаты. И ей, и мне – отдельные! Представляешь! Они, конечно, не так хороши, как твои. Но там даже картины есть на стенах! Мне там очень понравилось и камин хороший - большой. Так что мы не замерзнем!

- Я очень рада, - задумчиво сказала Филиппа.

- На кухне такой переполох!

- Отчего?

- Все радуются, что Кэт получила по заслугам. Кажется, тебя теперь любит половина слуг. Все, кому успела насолить эта змея. А она насолила многим, судя по всему!

- Что ж я тоже рада, что эта дерзкая девчонка была поставлена на место, - ответила Филиппа.

Шарлотта еще некоторое время, что-то оживленно рассказывала, но Филиппе очень хотелось, чтобы она поскорее ушла, оставив ее наедине с мыслями. Словно почувствовав это, Шерли сослалась на усталость и отправилась спать к себе в комнату, оставив Филиппу одну.

Девушка легла на кровать и закрыла глаза. Она вспомнила о разговоре хозяина замка и его сына, и ей стало не по себе.

Значит, Кэт - любовница сэра Чарльза — вот почему она так вызывающе себя ведет. А Дэвид? Почему отец ругал его из-за меня? Неужели он и впрямь думает, что этот златовласый Аполлон положил на меня глаз? Смешно. А впрочем, я недурна собой… А что, если я и вправду ему нравлюсь? Ерунда! Он на меня может посмотреть только от скуки… А впрочем… Нет! Так не смотрят, на простых знакомых. Интересно, а я хочу, чтобы он на меня так смотрел? Я хочу, чтобы он что-то испытывал ко мне?

Филиппа стала копаться внутри себя. И нашла единственный ответ.

Да! Я хочу нравиться ему. Но зачем? Я ведь не люблю его… но тогда, что же я испытываю? Почему у меня все горит внутри, когда я вижу его? Почему я дрожу от его взгляда?

Филиппа не знала ответа на эти вопросы, вернее, боялась узнать. А в голове без разрешения парил образ красавца блондина, испепеляющего ее своим жарким взглядом. При мысли о нем волна тепла разливалась по всему ее телу. Ей хотелось утонуть в горячем шоколаде его карих глаз.

Девушке вдруг представилось, как он целует ее руки. Она задрожала, от возбуждения, но воображение не захотело останавливаться. Филиппа почти как наяву ощутила его обжигающие поцелуи на своих плечах и шее. Все внутри нее пылало и раскрывалось навстречу новому, неизведанному чувству, которое было сколь желанным, столь пугающим, и запретным.

Взяв всю свою волю в кулак, она вновь и вновь пыталась отогнать от себя преступные мысли. Только вот ничего не выходило. Яркий образ Дэвида не собирался отпускать ее сознание и, словно насмехаясь над тщетными попытками, продолжал кружить ее в вихре нереальной любви.

«Перестань думать об этом дурочка! Перестань!» - говорила она себе, но Дэвид вновь и вновь возникал в ее воображении, еще более прекрасный чем наяву...

И как теперь быть? – спрашивала себя Филиппа.

Она не знала, что ждет ее впереди, но, заключив сделку со своей совестью, решила, что просто думать об этом не так плохо. Ведь это всего лишь мысли…

Жизнь в Мендвилл-холле постепенно входила в свое русло. Все привыкли к присутствию Филиппы довольно быстро. Леди Памелла стала для девушки заботливой тетушкой. Полина радостно обсуждала с Филиппой свои наряды. Сэр Чарльз был всегда очень учтив и вежлив и старался исполнить любую малейшую прихоть девушки. Кэт старалась больше не пересекаться с Филиппой и, встретив ее, моментально самоустранялась. Словом, она ни в чем не нуждалась.