Любовь и зависть

Глава девятая

Глава девятая. Свадебные планы

Джейн так и не узнала, что за проблема возникла у Кирана и как Джонатан её разрешил. Разумеется, она поинтересовалась об этом у Джонатана после, но он отговорился тем, что проблема та не стоит и выеденного яйца. А затем начал покрывать её такими страстными поцелуями, что Джейн и вовсе перестала думать о чём бы то ни было.

Теперь же, наутро, она нежилась в объятиях спящего Джонатана. Её умиляло то, что он всегда пробуждается позже неё. И она уже взяла за привычку сначала полюбоваться им какое-то время, а потом нежными прикосновениями и поцелуями вырвать его из сна. Сейчас, когда она начала водить подушечками пальцев по его коже, взгляд её упал на старый рубец шрама, протянувшийся от низа живота до правого бока. Брови её нахмурились, стоило представить, сколько боли в своё время доставила возлюбленному эта рана.

Джонатан сонно перехватил её руку и притянул к себе. Обменявшись упоительным утренним поцелуем, они улыбнулись друг другу.

— Где ты получил этот шрам? — поинтересовалась Джейн, вновь опуская взгляд.

— Неужели это единственное, что тебя интересует там внизу? — подколол он, по-мальчишески ухмыляясь.

Джейн зарделась, отметив, что та часть Джонатана уже выражала полную готовность броситься в любовную битву. И всё же страшный рубец интересовал её уже некоторое время, а Джонатан, будто стеснялся, всегда избегал о нём говорить.

— Может быть, ты участвовал в войне с Францией? Хотя новости до нас доходят столь редко и непостоянно, что я до сих пор не поняла, в состоянии войны мы или нет.

— Или с Шотландией? — подсказал Джонатан в шутку.

— При Флоддене? Тебе, верно, было совсем мало лет тогда, — отринула эту мысль Джейн. — Можешь рассказать?

Джонатан недовольно вздохнул, откинулся на подушку, заложив руку за голову. Джейн невольно залюбовалась красотой его лица и стройностью тела. Немедленно потянуло приникнуть к нему и позволить себе забыться в жарком слиянии.

— Этот шрам оставил один навязчивый поклонник моей сестры. Он давно уже поплатился за это и многие другие прегрешения, так что и говорить о том нечего.

Джейн положила ему голову на грудь и поделилась:

— Я всегда хотела старшего брата, чтобы он меня защищал.

— Тебя было от чего защищать? — удивился Джонатан, в миг напрягшись.

— О нет, ничего такого, — разуверила Джейн, — просто детское желание. Я хотела бы иметь такого прекрасного брата, как ты...

— Постой, милая, не продолжай, иначе у меня всё в голове перевернётся, — рассмеялся Джонатан. — Лучше уж мне быть твоим мужчиной, чем братом.

— С этим не спорю, — подняла к нему хорошенькую головку Джейн и подставила губы для поцелуя.

Потянувшись к нему всем телом, Джейн так соблазнительно изогнулась в его руках, что Джонатан не сдержал довольного стона. Он до сих пор не понимал, в чём её магия и почему он совершенно теряет от неё голову. Одно Джонатан знал точно, что этот брак и их близость сделали его невероятно счастливым. Отец полагал, что это — влюблённость. Неужто в самом деле? Джонатан никогда не думал, что сможет влюбиться, но ведь ранее он ни с кем не испытывал ничего подобного. Возможно, именно влюблённостью и объясняется его очарованность Джейн?

Он не мог и на минуту перестать о ней думать, а всякий раз, стоило оказаться с ней наедине, тянулся к ней, словно обделённый женским вниманием юнец. А после ему всё равно было мало. Они занимались любовью каждый день точно, иногда по несколько раз за сутки, и ему до сих пор не наскучило. Кроме того, ему и после страстных объятий было о чём поговорить с Джейн. Он понял, что может делиться с нею любыми мыслями по поводу замка и семьи обоих; обсуждать политику Англии, о которой он, слава богу, знал не понаслышке, хотя Джейн каким-то образом всё равно была осведомлённее его; делиться прошлым друг с другом и ожиданиями от будущего, совместного и не только.

Джейн была прекрасной любовницей и собеседницей. А ещё принадлежала ему безраздельно. И осознание этого делало Джонатана счастливейшим из мужчин.

— Когда во мне будет зреть ребёнок, мы не сможем этим заниматься, верно?.. — погрустнев, неожиданно вопросила Джейн.

Джонатан рассмеялся и прижал её к себе крепче, зарываясь лицом в прекрасные светлые волосы и вдыхая неуловимо цветочный аромат.

— Сможем, моя лилия, даже не переживай. Хотел бы я, однако, чтобы нам было отведено больше времени наслаждаться друг другом без пополнения, — вздохнул он тоскливо.

— Ты не хочешь детей? — насторожилась Джейн, отпрянув от него и внимательно посмотрев в глаза.

Джонатан задумался. Раньше он бы определённо и без заминок ответил самому себе, что нет, а Джейн бы соврал, что да. Сейчас же вопрос застал его врасплох. Отчего-то мысль о маленьком человечке, созданном им и Джейн, наполнила его неожиданным восторгом.

— Хочу, — сказал он, прерывая немного затянувшееся молчание. И сам ещё понять не мог, соврал или нет.

— Мальчика или девочку?

— Ну, у нас выбора нет. Нужен наследник.

Джейн тяжело вздохнула, соглашаясь.

— А как мы его назовём?

— Даже не знаю, — растерялся Джонатан. — Мег отобрала хорошее имя: Ричард, в честь моего отца. Надо придумать что-нибудь другое.

— Разве у Мег уже родился сын? — не поняла Джейн.

— Нет, но она уверена, что это будет мальчик и уже дала ему имя, — усмехнулся Джонатан, закатив глаза.

— Получается, ты, возможно, станешь отцом и дядей одновременно.

— Ты уже... у нас?.. — так и подскочил на кровати Джонатан.