Любовь и зависть

Глава одиннадцатая

Глава одиннадцатая. Письмо от Элизабет

Прошло почти две недели, прежде чем Фергус смог поймать Элизабет наедине. Случилось это в коридоре, где расположили всех Макиверов и молодожёнов Изабель и Патрика. Элизабет шла, собственно, к последним с новым отваром в руках — на этот раз отвар должен был повысить шансы Изи забеременеть.

Увидев, как из своих покоев показал нос шотландец, Элизабет слегка поморщилась. Как ни крути, она обманула родственника, и ей совсем не хотелось столкнуться с его оскорблённым достоинством. Но оправдания она придумала заранее, на всякий случай. Изначально она собиралась избегать Фергуса до последнего, пока тому не придётся покинуть Минстенд, однако, тактика эта не увенчалась успехом.

— Что это вы несёте, дорогая Элизабет? — начал он издалека.

— Бодрящий отвар для Изи, она слегка утомлена в последние дни.

— А! Брачная жизнь, в самом деле, изнуряет, — с видом знатока кивнул он. — Что до другого отвара, предназначенного Джейн, — донесли ли вы его до места назначения?

— Донесла, но, к сожалению, Джейн его не испила, — призналась она, затем зло прищурилась: — И знаете почему? Ваш сын каким-то образом узнал о нашем плане... Он вовремя остановил Джейн, а потом рассказал обо всём Джонатану, и с тех пор Джонатан спит и видит, как я навсегда уезжаю из Минстенда. Он собирается выдать меня за кого-нибудь в течение месяца... Уже меньше! Что мне прикажете делать теперь?!

— Паршивый сосунок! Ну, я ему покажу! — пробормотал себе под нос Фергус. — Выходите за Кирана, — затем невозмутимо напомнил он о своём предложении. — Так и вы здесь останетесь, и мы с женою получим то, за чем приехали.

Элизабет пренебрежительно повела плечом:

— Уже поздно... Либо Джейн, либо Изабель понесут быстрее. К тому же, Джонатан не даст согласие на брак с Кираном, он сразу заподозрит неладное. Ко мне у него доверия нет.

— Но Джейн вам доверяет, не так ли? Надавите на неё, а она надоумит Джонатана.

По правде говоря, Элизабет совершенно не хотелось выходить замуж. В её жизни были лишь двое мужчин, ради которых она поступилась бы своей свободой. Первым был граф Вестмор, которого она почти влюбила в себя, пока в округе не объявилась сестра Джонатана, Шарлотта, и не охмурила графа так, что тот и взгляда после на Элизабет не бросал. А вторым, неожиданно для самой Элизабет, стал Джонатан. В начале, когда он только переехал в соседний Лайл, она не обратила на него особого внимания. Ещё бы: она закрывала глаза — и видела только графа Вестмора, затем — как уничтожает выскочку Шарлотту, вставшую на её пути, а ещё позже — её захватила интрига с объявившимся любовником Шарлотты, который также хотел ей отомстить за отношения с графом или бог знает ещё за что.

Тайный ход, соединяющий Минстенд и Лайл, Элизабет обнаружила ещё в детстве, но никогда им, разумеется, не пользовалась. А когда появился тот мужчина с юга Англии, она сразу о проходе припомнила. С большими трудностями она провела его внутрь так, чтобы никто о нём не прознал, а после носила ему еду, пока он в этом проходе жил и ожидал подходящего момента. После Элизабет узнала, что его убил то ли граф Вестмор, то ли брат Шарлотты, Джонатан. А ещё, что другая сестра Джонатана, Маргарет, пострадала в ходе тех событий и какое-то время пребывала между жизнью и смертью.

Потом всё успокоилось. Граф Вестмор с Шарлоттой уехали, и Элизабет их больше не видела. Чувства к графу довольно быстро утихли. А там и дядя женился на дочери купцов Агнессе, и в замке стало веселее обычного. Больше всего с Агнессой сдружилась Джейн, но и Элизабет иногда присоединялась к их посиделкам. И всё бы ничего, если бы не вернулся из Лондона Джонатан. Тот самый, о котором Элизабет никогда прежде всерьёз не думала...

Но стоило ему объявиться вновь, начать увиваться вокруг Джейн, как что-то щёлкнуло внутри Элизабет. Она обратила внимание и на его придворный лоск, и на красивую внешность, и на обходительные манеры, и на искрящее обаяние... А он смотрел лишь на Джейн. Ей следовало бы предпринять более настойчивые попытки отбить его у сестры, но всё произошло так быстро, что она оглянуться не успела — а они уже стали женой и мужем...

— Так что? — окликнул её Фергус, порядком заждавшись.

— Я подумаю. Одно могу обещать вам точно: я найду способ посеять разлад между Джейн и Джонатаном, — с ожесточением произнесла она, крепче сжимая ни в чём не повинную чашу с отваром. — А пока позвольте мне навестить Изабель.

Не дожидаясь ответа, она стремительно обошла Фергуса и уже через пару секунд стучала в дверь молодожёнов: было бы весьма неловко застать их за чем-нибудь неприличным.

— Входи, Лиззи! — звонко прокричала с той стороны счастливая Изабель и разразилась журчащим смехом.

Элизабет вошла и с удовольствием лицезрела улыбающуюся сестру, поспешно высвобождающуюся из объятий супруга. Патрик светился не меньше Изабель. Если так пойдёт и дальше, да с помощью её отвара, забеременеет сестра быстро. И тогда ни ей за Кирана не придётся выходить, ни Джонатану не достанется Минстенд... ни Джейн, отобравшей у неё новую любовь.

И отчего ей так не везёт? Оба мужчины, которые ей приглянулись, выбрали других в спутницы жизни. Неужто было в ней нечто отталкивающее? Дядя Колин нередко пенял ей на то, что она чересчур своевольна, и там, где лучше помолчать, она непременно вставляет своё слово. Мужчины этого, определённо, не терпят. Но внутреннее чувство достоинства не позволяло ей превратиться в послушную овечку, боящуюся сказать и слово наперекор, как Джейн, или, ещё хуже, настолько перестать думать самостоятельно, что разучиваешься думать вообще, как, например, Изабель...

Вспомнив вдруг, зачем пришла, Элизабет встрепенулась. Протянув чашу сестре, она многозначительно проговорила: