Любовь и зависть

Глава тринадцатая

Глава тринадцатая. Откровения

Джонатан провёл бессонную ночь и поднялся в плохом расположении духа. Пару раз он порывался отправиться на поиски жены, но в итоге вспоминал, что ни в чём не провинился, а следовательно, первой идти на примирение должна Джейн, а не он.

И всё-таки сердце его было неспокойно. Приведя себя в порядок, он спустился в столовую, где как раз собрались все Макиверы на завтрак. Втайне он надеялся увидеть там Джейн, а потому весьма хмуро одарил взглядом родственников и молча уселся напротив леди Грир.

— А где наша племянница Джейн? Поругались, что ли? — бестактно заметил Фергус.

Леди Грир пихнула мужа под столом, но тот только ухмыльнулся, пристально разглядывая Джонатана и, по-видимому, ожидая ответа.

Следовало быть осмотрительнее и не позволять лицу выдавать терзающие изнутри чувства, но отчего-то именно сегодня Джонатан не мог или не хотел себя контролировать. Обычно ему не составляло труда притворяться. Сколько раз он вводил отца в заблуждение сказками о поисках жены? А как часто врал своим любовницам?.. Бессчётное число раз! Даже с Джейн никогда не был до конца честен. Тут сердце его подпрыгнуло к самому горлу. Возможно ли, что она выяснила о других женщинах до неё и приревновала?..

От необходимости отвечать его спасла Элизабет.

Она вплыла в столовую с такой довольной улыбкой, что у Джонатана ещё больше испортилось настроение. Вот уж кто только обрадуется их ссоре с Джейн!..

— А, Элизабет, дорогая! — поприветствовала её леди Грир, указывая на стул рядом с собой. — Может быть, ты знаешь, почему Джейн не спустилась?

Джонатан мысленно наградил «тётушку» самыми нелестными эпитетами. И потянуло же её за язык! Почему вообще отсутствие Джейн так сильно всех взволновало?.. Джонатан почувствовал себя как никогда одиноким в окружении людей, каждый из которых не желал им с Джейн счастья.

— Разумеется, знаю, — ответила Элизабет, устраиваясь за столом, и послала Джонатану торжествующий взгляд. — А разве вам она не сказала?

Больше отмалчиваться не получилось бы. И, судя по всему, скрыть их ссору с Джейн — тоже.

— Ох, по-видимому, я слишком заспался сегодня, всё пропустил, — попытался шутливо отмахнуться он. — Так поведайте нам, Элизабет, куда отправилась моя жена.

Элизабет повернулась к дяде с тётей и ответила как будто только им:

— Они с Изабель и Патриком уехали в Карлайл за покупками.

Джонатан хмыкнул. Видимо, Патрик уже начинал тратить деньги, полученные при женитьбе на Изабель. Не долго же они протянут... А Джейн к ним присоединилась, разумеется, лишь для того, чтобы с ним не встречаться.

Элизабет вновь смотрела на него с некой потаённой радостью в глазах, и Джонатан вдруг осознал, что именно она приложила к их с Джейн ссоре руку. Без её вмешательства Джейн никогда бы на него так сильно не обиделась. Да и что её могло обидеть? Даже если бы он в действительности раскаивался в своём прошлом, то всё равно не смог бы его изменить. Он никогда не был монахом. Ему нравились женщины. Разные и часто. Возможно, Джейн о таком даже не подозревала, а Элизабет раскрыла ей глаза?..

— Странно, что Джейн без вашего ведома уехала, — заметила леди Грир, приподнимая бровь. — Последнее время вы были не разлей вода. А тут такое отчуждение...

— Что вы, никакого отчуждения, — вежливо улыбнулся Джонатан, внутри кипя от ярости. — Признаться, я не большой любитель ходить по торговым лавкам, так что пусть Джейн насладится этим делом без моего занудного общества.

— О, но вы каждый божий день спускаетесь к нам в новом дублете, — насмешливо протянул Фергус, — со стороны поглядеть: и не скажешь, что вы не любитель покупок.

— Я жил при дворе, смею напомнить, — отрезал Джонатан, — а там есть свои правила, которым надобно следовать, позабыв о собственных предпочтениях. Например, не ходить постоянно в одних и тех же одеждах. И пока у меня нет нужды отучиваться от этой привычки.

— Ах да, я совсем позабыла о вашей придворной жизни, — включилась в разговор Элизабет. — Верно, там вы могли себе позволить многие увеселения, которые отсутствуют здесь.

— Очевидно, что так, — нехотя согласился с ней Джонатан.

Он не мог ничего с собой поделать: Элизабет раздражала его до такой степени, что было физически неприятно сидеть напротив неё и вести разговор. Тем более, когда из каждого её слова сочился яд.

— Особенно после женитьбы на Джейн вам, верно, пришлось отказаться от некоторых развлечений.

Тут Элизабет перегнула палку, и для Джонатана не прошло незамеченным, как напряглась леди Грир, как воодушевился Фергус и как удивлённо посмотрел на неё Киран. Намёк был настолько прозрачным, что, по мнению Джонатана, в плохом свете Элизабет выставила скорее себя, чем его.

— Разумеется, пришлось, — спокойно ответил он, наконец, приступая к остывающему завтраку. — И, надо сказать, я очень этому рад.

— Да неужели? — не унималась Элизабет, явно разозлившись его выдержке. — Интересно, рады ли этому те, кого вы оставили в Лондоне.

Леди Грир и Фергус внимали каждой реплике, чуть ли не открыв рот от любопытства, а Киран заёрзал на сидении, как будто ему сделалось очень неловко.

— Вы говорите о каких-то конкретных людях? — прямо посмотрел на неё Джонатан и вложил в этот взгляд всё презрение, накопившееся к ней за последние недели. — Иначе мне весьма сложно понять, к чему вы клоните.

— Я ни к чему не клоню, — отступила Элизабет, видимо, заметив, наконец, что у их разговора есть множество свидетелей. — Всего лишь интересуюсь. Не могу представить, какая это разительная перемена — переехать в наши края после столичной жизни.