Любовь и золото

Глава 16

Глава 16

Я закончила с Апельсином, тот стал округлым и вполне прилично выглядящим, как для голема, существом. Затем я дёрнула его в сторонку, он почувствовал, что его куда-то тянет хозяин, и перебрал ногами в нужном направлении.

Всё хорошенько взвесив, я отложила добычу из древних залежей на очень далёкое будущее… Сейчас мне бы хоть в ручье научиться золото добывать. И я решила, что отправлюсь на тот, который к северу от городка. Отдохну ещё пару минут и вернусь в «Чёрный Замок».

Вдруг я услышала страшный вой, примерно такой издают огромные раненные животные. Сначала немного трухнула, а затем увидела, что по самой крайней улице лесорубы Генри Маквила вели громадного каменного голема, пронизанного трещинами и обросшего мхом.

Его массивные замшелые руки с поистине гигантскими кулаками доставали до колен коротеньких, но толстых ног. На широченных плечах относительно маленькая голова, но с большими челюстями. Мужики полностью перевязали его цепями, словно это окуклившаяся гусеница.

А голем дёргался и кусал цепь крупными острыми зубами, но не мог высвободиться. Его глаза горели красными огоньками, он что-то нечленораздельно урчал и выл. Видимо, разговаривать он ещё не умел, а может, одичал и разучился.

Интересно, откуда он здесь взялся? Неужели где-то неподалёку живёт другой геомаг? И судя по размеру голема, намного более умелый, чем я…

Лесорубы с триумфом привели огромного, дикого голема к мебельной мастерской. Стало очевидно, что в обычную дверь, созданную для смертных, это каменное чудовище не протиснется, как корова в курятник. Работники, ожидавшие внутри, слаженно, словно по команде, выбили деревянную стену тяжелыми молотами. Выскочив наружу, они подхватили не такую уж и легкую конструкцию и отодвинули ее в сторону.

Толпа зевак и любопытных детей, плетущихся за каменным пленником, увидела просторное внутреннее помещение, заставленное изящной мебелью. Затем показались мускулистые мужчины с топорами и другими лесорубскими атрибутами, а следом и более скромные резчики по дереву в фартуках, покрытых древесной стружкой. Где-то в глубине мастерской можно было разглядеть большую кирпичную арку и очень тяжелую, на вид, железную дверь.

Со второго этажа, шумно спускаясь по лестнице, появился Генри Маквил. Увидев голема, он восторженно выдохнул:

— Вот это махина! Так, все, кто участвовал в охоте, получат по сотне талеров! Сейчас ведите эту громадину вниз.

Отдав распоряжения своим людям, Генри выскочил из мастерской и начал отчитывать зевак, столпившихся у вынесенной стены.
— Брысь отсюда, живо! А не то…

Никто не стал дожидаться, что будет "не то…". Толпа разбежалась, как муравьи при виде гигантского хищника. Особенно быстро исчезли взрослые мужчины, опасаясь гнева Генри. Детей и женщин он никогда не трогал, но в выражениях не стеснялся. Его словарный запас поражал воображение даже его самого.

Тем временем, голема заставили переступить порог. Он едва не задел головой деревянный потолок. Сильные лесорубы, находившиеся внутри, тут же схватились за цепи, чтобы помочь своим товарищам в этом нелегком деле. Менее подготовленные к подобным ситуациям резчики и столяры, вжавшись в углы, молча наблюдали за происходящим.

Разогнав народ и избавившись от лишних глаз, Генри вернулся в помещение. Прошел мимо голема, нежно погладив его шершавую, замшелую руку, и направился к железной двери. Вставил ключ в замок, с силой пнул по двери сапогом и напряг все мышцы, чтобы открыть ее.

Звонкий мерзкий скрип слышали все, кто находились в мастерской. Дверь наконец поддалась и отварилась. Меньше чем в метре от железного порога начиналась лестница из каменных бМаквилов.
— Спускайтесь, — приказал Маквил, почёсывая щетинистый подбородок с таким характерным шорохом.

— Ну, взяли и тянем, — пытаясь направить остальных, самаый ответственный лесоруб взял борозды правления в свои руки.

Но дикий голем был намного сильнее десяти крепких мужчин. Благо лесорубов было больше, и они вроде как справлялись с каменным верзилой. Не удивительно, ведь сама Маквил постоянно следил за физической формой своих людей. Тех, кто становились слишком хилыми или чрезмерно толстели он пинками выгонял из команды.

Вдруг голем шагнул в сторону, слишком резво и не туда, куда нужно. Его дёрнули обратно, чтобы сохранить равновесие и не завалиться на бок, голем схватился за красивейший стол и размял его в щепки.

— Тварь, собака! Нет, ну вы слыхали этот хруст свежего, только что сделанного стола? — спросил Маквил у мужиков.
— Агась.

— Да, так кошки на душе скребут.
— Слышали!
Отвечали они почти хором.

— Так вот, это обещанные каждому сто талеров вернулись мне в карман. Ну! Чё встали, продолжаем! – кричал он, то задирая, то опуская брови.

Денежным потерям особенно никто не расстроился. Все в какой-то мере радовались, что их босс ограничился столь малым штрафом. Им, конечно, хотелось хорошенько треснуть голема за то, что тот разрушил стол. Но злить огромное и неуправляемое создание внутри помещения идея не лучшая.
Вскоре все спустились в подвал, который представлял собой скорее целое подземелье. Просторные помещения с каменными стенами освещались вовсе не факелами. Свет вырывался из стеклянных кривых колбочек с мутной жидкостью. Магические огоньки висели под потолком, словно груши на деревьях.

– Сюда-сюда, – говорил коренастый кузнец, – к той стене присобачим гору эту сраную.
— Добро, – кивнул Маквил и отошёл в сторону, чтобы не мешать.

Голема подвели к стене, из которой торчали прочные железные крепления для цепей, а также несколько разнообразных дуг, которые крепились огромными болтами.

– Сама делал. Шмель колючий! Руки до костей отбил, -- проводя по кованный дуге, сказал бородатый кузнец.

Лесорубы начали разворачивать голема спиной к стене. Запустили цепи в кольца и потянули на себя всей толпой. Закрепив их, они захлопнули на големе и дуги. Вставили болты в нужные места и затянули ещё несколько цепей. Полностью скованный голем, стоял у стены абсолютно обездвиженный. Лишь его голова могла свободно вращаться.