Любовь. Измена. Развод

Глава 11

— Куда пакет?

— Туда, — киваю в сторону кухни и пропускаю Илью вперед.

Мозг мгновенно цепляется за эту картинку семейной идиллии, что на какие-то секунды мне кажется, будто ничего плохого между нами не произошло. Не было никаких измен, глупых оправданий, слез и боли.

В глубине души я понимаю, что безумно этого хочу. Хочу отмотать время и, возможно, исправить что-то такое, что привело нас к этой точке невозврата. Я искренне хочу вернуться в прошлое, где мы были счастливы…

На кухне перекладываю продукты из пакета в холодильник. Мандарины высыпаю в вазу на столе, конфеты закидываю в шкаф. За эти дни подсела на сладкое и забросила спортзал. Если бы не работа, наверное, вообще бы из дома не выходила.

Так хочется тишины и одиночества. Чтобы никто меня не трогал, чтобы внешний мир хотя бы на минуту отошел на второй план и я смогла бы предаться страданиям.

Лежала бы сутками в постели и упивалась ненавистью к мужу.

— Как ты?

Илья упирается кулаком в стол, ловит мой взгляд.

«Как я? Плохо. Будто ты и сам не видишь? Будто не замечаешь, до чего меня довел!» — скулит внутренний голос.

— Нормально, — пожимаю плечами. — А ты? — смотрю на его повязку.

Илья касается своего лба, и его губы трогает легкая улыбка.

— Что со мной будет? Заживает как на собаке.

Киваю и снова начинаю копошиться в ящике со сладостями. Спиной чувствую, что он приближается.

— Не подходи, — предупреждаю спокойно. — Я не хочу стоять с тобой рядом.

Илья шумно выдыхает, сует руки в карманы брюк и замирает посреди комнаты. Наблюдаю за ним боковым зрением.

— У меня проблемы, Света.

— Я уже подала на развод, — припечатываю его словами, — поэтому твои проблемы больше не имеют ко мне никакого отношения.

— На развод?

Серьезно? Судя по вот этому удивленному голосу, Антипов еще не в курсе. Ну хоть тут я смогла его опередить.

— Да, — вжимаюсь поясницей в край столешницы и наблюдаю за сменой эмоций на лице мужа.

Он прищуривается, а на смену подавленности приходит что-то другое. Замечаю нехороший блеск в его глазах и даже вздрагиваю, когда он делает шаг.

До чертиков пугает его выпад.

После слов Лизы о том, что Илья давно уже не тот мальчик, за которого я вышла замуж, я себя хорошо так накрутила. Он ведь и правда может… Может творить какие-то невероятно страшные вещи.

Я же никогда не лезла в его дела. Но понимала, что он давно уже свернул с дорожки настоящего правосудия.

— Ты меня боишься, Света?

Вот! Даже голос! Голос его кажется другим, даже он меня пугает. Такой глубокий, с ярким оттенком раздражения и чего-то еще…

— С чего ты взял? — нервно комкаю в руках кухонное полотенце. — Что за глупости? — пожимаю плечами, а саму трясет. Не знаю, но уверена, что чувствую волны агрессии, которые от него исходят.

— Я тебя никогда ни во что не впутывал, но сейчас все серьезно, Свет. Я за тебя боюсь.

— Нас скоро разведут, и это чувство пройдет, — стою на своем, несмотря на липкий страх.

Я не хочу его слушать, не хочу проникаться. Я вообще не понимаю, почему согласилась с ним поговорить. Неужели это тоска? Та, что сжирает ночами. Та, что подкидывает рой счастливых воспоминаний о нас?

Она убивает меня медленно. День за днем, секунду за секундой.

— Они могут давить через тебя на меня. Это может быть опасно. Понимаешь? — снова делает шаг.

— Это твоя война, Илья, не моя.

— Ты не понимаешь, — Антипов повышает голос и, игнорируя сопротивление, обхватывает мои щеки ладонями.

Пытаюсь увернуться, но он просто физически сильнее. Загнал меня в ловушку и держит.

— Это ты не понимаешь, — говорю сквозь зубы, — позаботься лучше о Наде. Я больше не имею к тебе никакого отношения.

— Светка, я не переживу, если с тобой что-то случится, — он прижимает меня к себе, смотрит в глаза.

А я не сопротивляюсь. Мне противно, не хочу его видеть, слышать, чувствовать, но тело предает. Оно прекрасно помнит эти руки и губы. Сердце трепещет. Оно все еще хочет получить порцию ласки от этого человека. Оно его любит!

Глупое сердце.

— Поживи у матери, за городом. Не отсвечивай пока в городе. Слышишь меня? — шепчет, касаясь моих губ своими. — Я тебя умоляю. Послушай меня хоть раз. Сделай так, как прошу. Это опасно.

Илья прижимает меня к стене. Обнимает. Зарывается пальцами в волосы. Его горячее дыхание опаляет кожу на шее. Я чувствую свои слезы.

Сердце на куски рвется. Не могу его оттолкнуть, не могу.

Слабачка. Жалкая. Настоящая жертва. Полная дура. Вот кто я!

Илья вытирает мои слезы большими пальцами. Гладит. Раскачивает нас из стороны в сторону, будто сможет меня успокоить. Будто так мне станет легче.