Любовь к неприятностям

Глава 12.2 Дорога в лес

С Морисом удалось поговорить в коридоре. Он как раз немного задержался у двери. Я так и не поняла о каких встречах предупреждала Лерни, потому что никто во время завтрака мною не заинтересовался и общаться не спешил.
Да и мне самой было не до разговоров.

Брат Мориса почти полностью оккупировал мысли, я никак не могла перестать о нем думать. И он, и я, мы оба застряли там, где не должны быть. Заняли чужое место. Мир волков не расположен к людям, мир людей не приветствует волков с распростертыми объятиями.

Это все неправильно.

Зери привыкли смотреть на людей свысока. Вряд ли стоило надеяться, что в моем мире брат Мориса проявит внезапную скромность и не начнет относиться к людям как к недоразвитым домашним любимцам. От старых привычек сложно избавиться. По себе знаю.

Но если этот самый брат начнет показывать натуру, он со стопроцентной гарантией вляпается в неприятности. И если ему никто там не поможет, он не сумеет самостоятельно выбраться. Наверняка и Морис это понимал. Каким бы учёными идеалистом он ни был, но все же он должен осознавать реальное положение вещей. Люди разные, как и волки.
Кто-то нацепит ошейник, а кто-то решит сделать из тебя прикроватный коврик. И ты ничего не сможешь с этим поделать.
Когда ты в меньшинстве, от тебя мало что зависит.

Я посмотрела на Мориса.
Он выглядел усталым и напряженным, как струна, которую стоит один раз задеть и она распадется на части с оглушительным звоном. Покрасневшие глаза, под глазами синяки,
 влажные светлые волосы кое-как собраны сзади. Будто Морис с утра сунул голову в холодную воду, чтобы скорее прогнать остатки сонливости, и, едва одевшись пошел искать…
Меня?
Неужели все дело во мне?
Я настолько нужна?

Морис смотрел так, словно ждал, что я резко откажусь, как отказалась накануне вечером.
Дел и все-таки не уходил. Когда нет шанса ты все равно продолжаешь цеплять за что-то незримое, неуловимое. Потому что если это упустить, ты упадешь глубоко на дно и больше не встанешь. Возможно я придумывала то, чего не, но такого Мориса я могла понять.
Он был близок Ему хотелось помочь.

Я перекинул через руку надоедливый подол все того же длинющего платья и неловко помявшись, подошла ближе, отчаянно сражаясь со жгучим с желанием взять Мориса за руку и глупо пообщать ему, что все обязательно будет хорошо.
Я не могла ничего гарантировать. В моем мире много людей и каждый отличался от другого.
Они могли поступить как угодно.
Они даже убивали друг друга, что уж говорить о случайном зери?

— Ясета, — на бледных щеках Мориса ярко вспыхнули красные пятна, беспокойный глаза буквально впились в мое лицо, отслеживая малейшее эмоции. — Ясета, ты мне поможешь? Прости я не хочу давить, но я должен знать, понимаешь? Он мой брат…

Морис закусил губу и опустил глаза.

Мимо прошли Дирр и Гирр. Гирр сделал вид, что меня не заметил, а может, он был слишком занят разговором с Дирром. Все же именно я здесь чужая. А они — братья.
Братья…

На Мориса было жалко смотреть. Он часто моргал, то и дело сжимая кулаки.
Дирр и Гирр исчезли в одной из комнат в конце коридора. Зери не слишком отличались от людей. Им тоже на всех вокруг плевать.

— Я пойду с тобой в лес. Не уверена, что смогу сразу найти нужное место, но я попробую.

Я замялась, вновь терзая злосчастный подол платья. Слишком открытый и какой-то до боли ранимый Морис каждую секунду провоцировал меня творить глупости из говорить непонятно что. Я всегда ненавидела такие моменты, когда из тебя выуживают ответы и разводят на откровенность, а ты буквально не знаешь куда себя деть. И просто хочется ругаться или хотя бы кричать.
Ненавижу.
Я из тех, кто предпочтет слушать, или выпаливать колкости.
Личное должно храниться внутри.

Морис взял себя в руки и снова заговорил:
В его голосе звенела плохо скрытая надежда:
— Правда? — он склонил голову на бок, внимательно вслушиваясь, будто пытался расслышал в моем «да» скрытое «нет»

Я пожала плечами:

— Мне незачем врать. К тому же это мой шанс вернуться домой. Мой мир не похож на этот. Я не знаю, сможешь ли ты вернуть брата, если я просто покажу тебе дыру. Это… сложно объяснить, но мой мир — другой. Он не подходит для зери.

— Как и этот мир для людей. — Морис понимающе кивнул. — Если ты согласна, можно попробовать сейчас? Я знаю координаты локации и, прости, но я уже подготовил транспортную платформу. Рискнул, хотя ты вчера четко сказала нет. Ты не злишься? Я просто должен был чем-то себя занять. Ночь самое черное время для ненужных мыслей.

Он стушевался и взъерошил волосы, скрывая лицо.
Я понимающе кивнула.
О да. Что может быть хуже ночи? Здесь я была с ним полностью согласна. Худший враг сидит в твоей собственной голове. Даже Гирр не так надоедлив, как собственные мысли.

Гирр — вредный саркастичный волк, который способен похоронить меня под сказанными гадостями и, в то же время, именно чаще всего мне помогал.
Интересно, если все получится, это будет мой последний день здесь? И я больше никогда его не увижу? Ну не то чтобы я собиралась сильно скучать. Но почему он прошёл мимо, словно я пустое место? И даже… не оглянулся.

Высокомерие местных волков бьет все рекорды.
Хотя сами они всего лишь дикие большие собаки.
Никогда не думала, что собаки могут так раздражать.

— Ясета, ты идёшь? — Морис осторожно взял меня за руку. — Лерни говорила, что ты легко теряешься, пойдем я покажу как мы здесь путешествуем.

Лерни! Ну конечно, как я могла про нее забыть! Вот уж кто яркий представитель высокоразвитых зери. Если все обращаются с местными людьми как она, меня совершенно не удивляет неразговорчивость людей. Сложно вести беседы со спиной, на которой большими буквами написано, насколько зери тебя презирает.

Если бы я была героиней-спасительницей, я бы провернула маленькую революцию и спасла всех людей этого мира, отправив их в школы и обучая речи. Если бы это была сказка, так бы все и получилось. А ва конце в награду за усилия мне бы досталась Большая Любовь с сильными руками и добрыми глазами…
Эх, жалко, что я не героиня. И у этого мира нет ничего общего со сказкой.