Любовь, как в кино

Глава 6

Хейли долго смотрит вслед Бену, пока он не скрылся за углом, оставив её наедине с мягкой тишиной вечера и хаосом внутри. Она чувствует, как её пальцы слегка дрожат, будто всё её тело отказывалось поверить в реальность происходящего.

Она проводит рукой по волосам, делая глубокий вдох. Воздух был прохладным, но согревающая волна эмоций, вызванная его словами, никак не отпускала.

Хейли ловит себя на мысли, что хочет вернуться к нему. Сказать что-то в ответ. Или хотя бы просто задержать этот момент. Но вместо этого она тихо усмехается, покачав головой.

Она направляется к остановке, стараясь замедлить шаги, будто хочет растянуть этот вечер ещё хоть немного. Свет фонарей ложится мягкими пятнами на асфальт, а прохожие мелькают где-то вдали.

Её мысли кружатся вокруг одного: что значат его слова? И что она сама чувствует к нему?

На мгновение она останавливается и смотрит на ночное небо. Звёзды ярко мерцают, а луна, будто понимая её, улыбается сверху.

— Это ведь не конец, правда? — шепчет себе Хейли, и её губы трогает лёгкая, почти невидимая улыбка.

Автобус подъезжает, и надпись «Гринвич» мягко светится в вечернем сумраке. Хейли делает шаг вперёд, чувствуя, как автоматические двери раскрываются перед ней с едва слышным шипением. Она проходит внутрь, проводит карточкой у терминала и медленно двигается по проходу, пока не находит свободное место у окна. Сев, она краем глаза замечает мужчину напротив — лет тридцати, с русыми волосами и серыми глазами, которые, казалось, смотрели куда-то вглубь собственных размышлений.

Автобус начинает движение, и огни Кенсингтона за окном размываются в калейдоскопе света. Хейли смотрит вперёд, но мысли снова возвращают её к моменту, который произошёл всего несколько мгновений назад. Слова Бена звучат в её голове тихим, но настойчивым эхом.

Она переводит взгляд на своё отражение в стекле. Сердце бьётся в такт с лёгким покачиванием автобуса, как будто весь мир подстраивался под её внутренний ритм. «Любовь моя...» Эти два слова были настолько просты, но в них заключалось столько искренности, что её дыхание перехватило, как тогда, когда он произнёс их.

Любая другая девушка могла бы потерять голову от такого признания, но Хейли цеплялась за свои мысли, пытаясь не утонуть в нахлынувших эмоциях. Она знала, что внутри неё к Бену зарождается нечто похожее, что её сердце уже начинает делать свой выбор. Но осознание этого было ещё хрупким, как паутина на утреннем ветру.

Хейли делает глубокий вдох, глаза останавливаются на расплывшемся за окном Лондоне, который словно растворяется в ночной туманной мгле. Мысли её всё так же бродят, не находя пути, а слова Бена, что звучали в её голове ещё недавно, теперь тихо эхом отдаются в тишине, словно что-то забытое и невозможное.

В этом тихом моменте, словно в паузе, она чувствует, как внутри всего лишь одна мысль набирает силу — она не готова.

Не готова принять, не готова признаться.

Тихо выдыхая, Хейли прижимает лицо к холодному стеклу. Пары от дыхания начинают собираться, а её рука инстинктивно тянется к стеклу. С лёгким касанием пальца, она рисует. Не думая, не осознавая, но в этом движении есть что-то знакомое, что-то важное. Сердце. Сердце, которое вдруг появляется перед ней, как сам собой. Не сразу понимая, почему, она продолжает. Внутри сердца, без особых усилий, появляются две буковки: «H» и «B». Что значит — Хейли и Бен.

Когда её пальцы уходят в сторону, оставляя последний штрих, Хейли останавливается, и всё в этот момент становится как бы неважным, потому что теперь было важно только одно — она знает. Она осознаёт это. Она любит его. То, что казалось невозможным и отдалённым, теперь, как холодная волна, охватывает её сердце. Всё это простое, почти бессознательное движение на стекле стало свидетельством того, чего она так долго избегала.

Сердце, которое она оставила на стекле, похоже, стало отражением её чувств. Оно было не идеальным, но искренним. И, как в этот момент, когда автобус продолжал свой путь по Гринвичу, её сердце тоже не спешило двигаться, а просто стояло, замирая в какой-то промежуточной тишине. Время было почти на исходе, но Хейли, как будто не осознавая этого, ещё оставалась на грани.

Отступив назад и внимательно разглядывая рисунок, Хейли вдруг осознаёт, как её грудь наполняет лёгкое напряжение. Всё стало на свои места, но она ещё не была готова открыть все двери своего сердца. Ей нужно было время. Время, чтобы понять, как жить с этим признанием. Пока же её чувства рассеяны, а сердце всё ещё свободно. Но этот момент, этот рисунок на стекле, останется с ней навсегда.

Громкоговоритель объявляет остановку, и голос разрезает тишину, наполняя её ощущением приземлённой реальности. Хейли вздрагивает, словно вырванная из сна. Автобус останавливается, двери открываются, и поток прохладного воздуха обрушивается на неё. Она выходит вместе с другими пассажирами, чувствуя, как напряжение слегка отпускает.

На улице было легче дышать. Свежий воздух напомнил ей, как сильно давила атмосфера автобуса. Она делает глубокий вдох, будто сбрасывая с себя остатки душного пространства. Но облегчение длится недолго. Впереди её ждёт ещё полчаса пешего пути до дома. Хейли идёт по тротуару, освещённому тусклым светом фонарей, а её шаги сливаются с гулкими мыслями.

Сердце всё ещё стучит слишком быстро. Но теперь причина иная. Она обдумывала, что сможет сказать Бену в ответ, если момент для этого всё-таки настанет. Слова мелькают в голове, но ни одно из них не кажется достаточно сильным, чтобы выразить то, что она чувствует.

На середине пути Хейли внезапно останавливается. Мысли в её голове начинают пересекаться с новой силой, словно сплетаясь в клубок, который она не может распутать. Она достаёт телефон из кармана пальто и смотрит на экран. Половина десятого.

«Прекрасное время для ночных откровений», — думает она с лёгкой иронией.

Она находит знакомое имя в списке контактов и нажимает на номер. Звонок. Гудок. Ещё один.