Любовь, космос и немного психотерапии 2

Глава 1

— Внимание, пассажиры! — раздался по корабельной связи густой, чуть хрипловатый голос капитана. — Мы совершили посадку на Эверии. Добро пожаловать в ваш новый мир. Желаю каждому из вас удачи, новых возможностей, и пусть Эверия станет для вас не просто точкой на звёздной карте, а настоящим домом. Прошу всех пройти на выход.

Эля сошла с пассажирского лайнера, забрала в зале свои контейнеры — в них хранились не просто вещи, а кусочки прежней жизни, — и вышла на открытую платформу. Вокруг кипела жизнь: кто-то смеялся, кто-то растерянно озирался, кто-то торопливо сверялся с навигатором.

Щурясь от ослепительного света, она на мгновение замерла. Вселенная будто дала ей секунду, чтобы перевести дух перед следующим шагом.

Воздух был тёплым и влажным, пропитанным ароматами моря и экзотических цветов. Он обволакивал, словно сам мир приветствовал её. Пряный, живой запах проникал под кожу, и где-то глубоко внутри что-то дрогнуло, отзываясь на зов нового места.

Над головой плавно скользили транспортные капсулы — гладкие, серебристые, почти бесшумные. Они меняли траекторию с грацией танцоров, ни на миг не рискуя столкнуться, будто чувствовали друг друга без слов. Эля заворожённо следила за их движением и едва не врезалась в вайли, который тащил чемодан на антигравитационной подставке.

— Ой, простите! — воскликнула она, отшатываясь и неловко взмахнув рукой. Один из контейнеров чуть не соскользнул с тележки.

Вайли — невысокий, с крупными выразительными глазами и аккуратной полоской светящихся узоров на виске — лишь мягко улыбнулся. Лёгким движением подправил подставку и чуть наклонил голову:

— Ничего страшного! — прочирикал он на универсальном языке. — Все новички сначала засматриваются на капсулы. Сначала удивляешься, потом привыкаешь, а потом снова не можешь оторвать взгляд!

Эля улыбнулась, мысленно возвращаясь к воспоминаниям о Квили. Тоска всё ещё сжимала сердце, но сейчас ей казалось, что этот мир умеет смягчать боль, будто впитывал её, как губка.

Она двинулась дальше, разглядывая толпу. Расы, населявшие Эверию, поражали разнообразием. Сирианцы с синей кожей и шипастыми хвостами переговаривались пронзительными свистами — и эти звуки складывались в причудливую мелодию, похожую на шум прибоя. Андийцы — массивные, с зелёной кожей и мощной мускулатурой — спокойно переносили тяжёлые ящики, будто те были невесомыми. Джахали излучали доброжелательность: их улыбки казались искренним порывом поделиться хорошим настроением. Вольфиане, известные страстью к экзотическим напиткам, тоже не остались незамеченными: один из них, устроившись на длинной скамье, потягивал ярко‑оранжевую жидкость из высокого бокала.

Среди них были и те, кто внешне почти не отличался от людей: те же пропорции, та же осанка… Но внимательный взгляд подмечал нюансы: чуть удлинённые конечности, кожу с перламутровым отливом или едва заметные узоры, проступающие под определённым углом. Каждый жест, каждый взгляд выдавал их принадлежность к иным мирам.

Но больше всего её поразила группа высоких существ с серебристой кожей и миндалевидными глазами — они двигались с поразительной грацией. Рядом с ними шла женщина с тёмно‑коричневой кожей и короткими изумрудными волосами, оживлённо что‑то рассказывая.

«Нужно будет узнать, какая это раса», — подумала Эля. При этом разнообразие не пугало её, а, напротив, радовало. Глубоко вдохнув, она почувствовала, как внутри медленно разгорается предвкушение чего‑то хорошего.

— Всё здесь иначе, — тихо произнесла она. — И, пожалуй, это к лучшему.

Присев на скамью, Эля раскрыла папку и пробежала глазами по адресу и краткой инструкции для новоприбывших. До центра учёта переселенцев можно было добраться на таксикапсуле и рядом висела яркая табличка с описанием маршрута.

Система оказалась простой: пара нажатий на сенсорную панель и перед ней появились варианты свободных капсул. Она выбрала ближайшую и вскоре оказалась на стоянке.

Любезный водитель — невысокий ксилонец с тремя парами рук и внимательными, чуть прищуренными глазами — приветливо кивнул. Ловко, почти играючи, он разместил её контейнеры в грузовом отсеке: одной парой рук подхватил, второй подровнял, третьей закрепил — и всё за считаные секунды.

Эля села на заднее сиденье, бережно прижимая к себе горшок с замершим Мурлыкой, будто тот был не растением, а хрупким секретом, который нельзя выпустить из рук. Пристегнувшись, она назвала адрес — и капсула плавно взмыла вверх, мягко покачиваясь, словно убаюкивая её в невесомой колыбели.

С каждым метром вверх тяжесть прошлого будто растворялась в тёплом воздухе, уступая место чему‑то новому — ещё не очерченному, но уже не пугающему, а манящему своей неизвестностью. Вдалеке мелькали вспышки света: то ли солнечные блики на бортах других капсул, то ли сами капсулы, проносящиеся сквозь небо, как серебряные стрелы. Казалось, мир пульсирует в такт её мыслям, подстраивается под ритм дыхания.

С высоты открывалась панорама целого мира — сверкающего, зелёного, наполненного движением, будто он жил своей особой, шумной и радостной жизнью. Здания словно прорастали из самой земли, сплетая разные эпохи и материалы: потемневший от времени грубый камень соседствовал с деревянными конструкциями, отполированными до зеркального блеска. Между ними вились дорожки, обсаженные деревьями с пурпурными листьями и огромными жёлтыми цветами.

«Ну что ж, — подумала Эля, слегка улыбнувшись. В этой улыбке было и облегчение, и робкая надежда. — Пока всё идёт по плану».