Любовь-морковь и другие неприятности

Дело семейное

- Мерри Корр, расскажите о вашей семье, - нарушил Вирр затянувшееся молчание. Хотя Мара молчала просто потому, что пребывала в состоянии восторга и предвкушения.

- О. Я даже не знаю, что вам рассказать, - замялась она. – Семья как семья. В основном все одаренные – кто-то больше, кто-то меньше. Самой сильной ведьмой у нас была как раз бабушка Марьяна. Деда я не знала, к сожалению. Его звали Эрран, он тоже был сильным магом, поэтому участвовал в устранении последствий прорывов, на одном таком и погиб. Бабушка больше замуж не вышла. Но я с ней об этом не разговаривала, была слишком мала, чтобы мне это было интересно. Бабушка тоже была магом любви, именно поэтому выбрала наследницей меня, а не кого-то из сестер или братьев: у них этот дар тоже есть, но очень слабый.

- А смешанных браков у вас в семье не было? Я не просто так интересуюсь, это важно для вашей безопасности, - задал еще один вопрос проверяющий. – Например, с арранелями или мервами?

- Насколько мне известно, нет. Мои родители точно люди. Бабушки и дедушки с обеих сторон – тоже. Если и было, то давно, мне даже об этом никто не рассказывал.

- Это хорошо, хотя вы по-прежнему остаетесь вероятной жертвой Зверолова, как сильная ведьма, - отметил Вирр. Марьяна поежилась.

- Не хотелось бы…

- Не волнуйтесь, вы находитесь под охраной. Во-первых, от управы, во-вторых, я лично гарантирую вашу безопасность, - на этих словах он как будто невзначай взял ее за руку, накрыв ладонь второй, как будто успокаивая. Но Марьяну это совсем не успокоило, скорее, наоборот.

- С-спасибо, я признательна, - пробормотала она, покраснев и порадовавшись, что экипаж закрытый и свет там весьма приглушенный. Показалось, что стало жарко. – А вы уже бывали на концертах Мариен? (боже, что я несу, зачем мне это спрашивать??)

- Да, поэтому и пригласил вас. Вы убедитесь, что это потрясающе. Кажется, мы приехали, - он вышел первым подал Маре руку, она нерешительно прикоснулась пальцами и тут же запнулась на ступеньке, потому что ее как будто прошил слабый разряд магии. Но она понимала, что нет, это не магия. И при этом снова оказалась в его объятиях: Вирр успел подхватить ее. И, кажется, он совсем не был против.

Боясь поднять глаза, Марьяна разглядывала пуговицу на его плаще – очень интересная, такая гладкая, черная, ммм…

- Марьяна, взгляните на меня, с вами все в порядке? – обеспокоенно спросил мужчина, вынудив ее поднять взгляд. Ну все, пропала, подумалось ей. Но никаких сожалений по этому поводу. Магия внутри словно радовалась и бурлила – ведь как трудно ей быть в человеке, который еще не познал это чувство. А сейчас она словно усиливалась и была готова не просто на мелкие чудеса, она была готова весь мир перевернуть. Марьяна это чувствовала и не знала, как усмирить то, что всегда было ее сущностью, но себя так ни разу не проявляло.

- Да, все хорошо, - с трудом выговорила она. Встала, поправила платье.

- Тогда идемте, выступление скоро начнется.

Это место было совсем не похоже на таверну в Срединном. Это был маленький концертный зал, очень камерный, но торжественный, настраивающий на особый лад. Им показали забронированный столик, оставили вино и закуски, бокалы и оставили вдвоем.

- Волнуетесь? – заметив ее состояние, поинтересовался маг. Правда, интерпретировал не совсем верно. – Не переживайте, такого, как тогда, в Срединном, не повторится. Сегодня тут работают лучшие маги в сфере безопасности, все будет хорошо.

Марьяна моргнула. Она об этом и не переживала, хотя сейчас поняла, что стоило бы. А потом началось выступление. Алана Мариен не зря была очень известна, ее голос завораживал без всякой магии, а наведенные иллюзии подчеркивали каждую песню. Марьяна иногда замирала с бокалом, который не доносила до рта или стола, или маленьким пирожком, настолько ее захватывал этот голос. И при этом она понимала, что магии любви, которая могла бы дать такой эффект, в этой музыке нет – она была прекрасна сама по себе. И не сразу заметила, что Вирр сидит уже немного ближе, а его рука накрывает ее ладонь. Он рассказывал ей, как познакомился с певицей, что она вообще не одаренная – магически, поэтому с ней работает целая команда иллюзионистов. Что она при этом несчастна, в любви ей тотально не везет, но, может, именно поэтому ее песни столь пронзительны. И от его шепота по позвоночнику пробегали мурашки.

Неожиданно официант снова появился около их столика. Только принес не еду или напитки, а маленькую записку на подносе (странно, почему не вестник, подумалось Марьяне). Вирр прочитал ее, мгновенно помрачнел, извинился и сообщил, что выйдет ненадолго. И ушел.

Вирр не вернулся ни через десять минут, ни через полчаса, ни когда выступление уже закончилось и сцену забросали цветами. Гости уже разошлись, а Марьяна в растерянности стояла на пороге зала и думала, что ей теперь делать: от дома она довольно далеко, экипаж был не ее и куда-то тоже уехал, а деньги она с собой не взяла. Но еще больше ее беспокоило то, что, видимо, что-то случилось с Вирром. И это беспокойство жгло внутри все сильнее, побуждая не искать путь домой, а бежать и разыскивать его. Но куда? И как?

Пока Марьяна наслаждалась (или уже не очень) концертом, Ариан обследовал, казалось, каждый сантиметр библиотеки. Но, кроме смутного ощущения чьего-то присутствия, обнаружить ничего так и не смог. Искал и в человеческом облике, и в лисьем. В конце концов просто устал, разозлился, лег прямо на полу, положив морду на пушистый хвост.

«Да куда она могла деться? – думал он. – Я же чувствую, рядом есть какая-то призрачная сущность. И вряд ли это кто-то другой. Судя по тому, что мне рассказывали, эта бабка не из тех, кто сдается, не доведя дело до конца. Хвосты предков, за что мне это???»

За новый дар, подсказал ехидный внутренний голос. Ариан мысленно кивнул – да, за это стоит побороться. Свой, личный дар, не получали уже два поколения арранелей. Просто потому, что никого не выпускали в этот мир. И сейчас-то дед его почти в тайне сюда заслал, пользуясь своим положением преподавателя академии. Нельзя его подвести. И ведь крепко они дружили с дедом Марьяны, раз он так беспокоился за его семью… Хотя… Тут, скорее, за саму бабку Марьяну больше, любовь, однако… Ариан вздохнул, и отправился прочесывать библиотеку еще раз.