Любовь на гранях самоцветов

Тёмное серебро

Малис шагнул в кабинет вслед за Реаном и понимающе усмехнулся, когда маг крови замер у дверей, оглядываясь по сторонам.

Почему-то все, впервые попадавшие в его кабинет, удивлялись внутреннему убранству. Оно настолько не соответствовало образу грозного мага? Помнится, Тиил однажды целую поэму в стихах сочинил про некоторые увлечения Малиса.

— Не так ты представлял кабинет главного тирана Паллира?

— Я… Ну… — Реан растерянно огляделся, и Малис заметил, что рубин, прикреплённый к предплечью и обмотанный надёжной цепочкой, загорелся пугающим красным цветом.

— Совсем ты не умеешь за эмоциями следить, — усмехнулся он.

Многие камни, в особенности рубины, камни стихий и алмазы, отражали эмоции своих владельцев. Когда-то давно Малис учился отличать оттенки и эмоции, но теперь уже не помнил эту нехитрую науку. Знал только, что яркие переливы не несут опасности и чаще всего говорят о волнении владельца. Реан торопливо схватил рубин, открепил его от цепочки и убрал в карман.

— И как только не боишься потерять его? — удивился Малис.

— Не понимаю, кто придумал привязывать камни к рукам, это же неудобно!

— У боевых магов специальные крепления, — Малис вытянул левую руку вперёд, демонстрируя надежно закреплённый оникс.

— Но для многих заклинаний камень нужно держать в руке, — покачал головой Реан.

— Его недолго открепить и закрепить обратно, а в бою не потеряется, если придётся вместо магии использовать меч и щит, — пояснил Малис. — Первое время я, честно говоря, тоже не мог привыкнуть, но мой наставник жестоко проучил меня за непослушание, — Малис помрачнел, вспоминая не самый приятный урок.

— Не думаю, что мне стоит это знать.

— Да, возможно ты прав, — откликнулся Малис. — Проходи уже, не стой на пороге! — он втолкнул Реана в кабинет. — Займи место в кресле, и ответь: увиденное тебя поразило?

— Нет, — Реан покраснел и опустил глаза, а Малис едва удержался от хохота.

Природа жутко ошиблась, сделав Реана мужчиной, а Ариллу женщиной! Им срочно нужно поменяться местами! Реан краснеет, словно впечатлительная барышня! Арилла же всегда ходит с непроницаемым лицом, кроме тех случаев, когда планирует очередную расправу ради справедливости!

— Да, брось! Прекрасно я знаю, что вы все обо мне думаете, — беспечно отозвался Малис. — Мне никогда не надоест наблюдать за реакцией людей, которые часто думают, что я свой кабинет перепутал с картинной галереей. Но в живописи нет ничего преступного!

— Кто-то считает тягу к искусству преступлением?

— Увлечение не соответствует статусу. По стенам у меня должны быть развешаны шкуры невинно убиенных животных, а картины эти рисуют кровью людей, чьи жизни я покалечил. Ты не знал?

Кабинет Малиса действительно был увешан картинами. С детства он любил размышлять, вглядываясь в неповторимое сочетание красок и запоминая каждую чёрточку. Любовь к живописи никак не вязалась с образом жестокого воина, но Малис не представлял своей жизни без картин. Пару немаленьких полотен он даже перевёз из столицы, остальные раздобыл здесь и жутко гордился приобретением. Картины помогали думать, успокаивали, и служили отличным прикрытием для тайн, которых у Малиса было предостаточно.

— Ты несправедлив к себе.

Реан опустился в кресло, пододвинутое к столу, и заметно расслабился, с любопытством рассматривая картины.

— Оправдываешь меня?

— Вовсе нет.

— Оставим глупые формальности и любезности, — поморщился Малис, без труда узнавая осточертевшие ему виноватые интонации. — Ты ещё скажи, что утреннее представление не моих рук дело.

— Боюсь, за такие слова меня Арилла по головке не погладит! — с неожиданной весёлостью заметил Реан.

— Она, кстати, знает, что ты здесь?

— Конечно же нет!

— Убила бы?

— Убить не убила, но парой синяков бы не обошлось, — признал Реан.

Малис потянулся к подносу, на котором стояло несколько пустых бокалов и кувшин с вином.

— Не откажешься выпить со мной, Реан? — предложил Малис. — Заодно успокоишься, перестанешь изводить переживаниями свой бедный рубин и спокойно расскажешь, что принесло тебя в логово з… в моё логово, — поправился Малис.

После увиденного ужаса сравнивать самого себя со змеем не хотелось. Логично, что та змейка не убивала девушку, но она, возможно, была символом убийц. Фанатики любят оставлять свои знаки.

— А я думал, что легенды про твоё пристрастие к алкоголю — рассказы завистников, — удивился Реан.

— Это не пристрастие, а необходимость. Некоторые проблемы на трезвую голову решать невозможно, — щедро наливая вино в бокалы, пояснил Малис.

— И ты уверен, что моя проблема — одна из таких? Когда дядя Керис поведал мне эту историю… В общем, не хочу даже вспоминать, что я почувствовал.

— Речь идёт о смерти человека. Смерти, за которой стоит тёмное колдовство, и адепты этой силы оставляют знаки. Я не жду историй про невинные забавы и глупые случайности. А почему Керис сам не явился сюда?

— Он боится кровавой расплаты за свой длинный язык, — отхлебнув вина, Реан зажмурился от удовольствия.

— А ты не боишься? — удивился Малис.

— Я похож на человека, который может знать какие-то страшные тайны?

Малис оценивающе взглянул на Реана. Он бы никогда не узнал неприметного с виду мага, если бы не его сестричка. Реан старался избегать конфликтов, постоянно вправлял мозги Арилле и предпочитал хранить молчание, даже если какой-нибудь оникосвый задира превращал его в объект насмешек, что, правда, случалось редко. Такой человек, даже обладая важной информацией, оставил бы её при себе. С подобными докладами куда логичнее отправлять Ариллу, но есть справедливое опасение, что девушка попытается в одиночку в ситуации разобраться.

— И кто же наш враг?

— Такой способ убийства называют укусом чёрной змеи, — начал рассказ Реан. — Это магия, сильная тёмная магия. Заклинание превращает человеческое тело в чёрное бесформенное месиво, будто бы оно обгорело.

— Я сначала тоже подумал про поджог, но не было никаких следов, — нахмурился Малис. — Кто практикует эти чары? И почему чёрные змеи оставляют серебряную на месте преступления?

— Потому что серебряная змея — символ организации, последний раз их видели двадцать лет назад.

— Во времена борьбы с тёмным серебром?! — Малис поперхнулся вином, понимая, что один из его вопросов уже не требует ответа.

— Да, — кивнул Реан. — Маги тёмного Серебра, решившие погубить силу остальных, снова появились. Укус чёрной змеи — предупреждение.

— Они пришли в Паллир незамеченными?

— Возможно, они выждали неделю, месяц или полгода. Мы не можем знать точно.

— Это было бы логично, — согласился Малис, злясь на себя, что не додумался до такого простого хода.

— Думаю, в Паллире затаился маг тёмного Серебра, возможно, он в сговоре с другими магами, поэтому его нелегко обнаружить.

— А есть вообще способ обнаружить такого мага раньше, чем он нападёт?

Реан неопределённо пожал плечами.

— Я слышал кое-что, — после недолгого молчания заговорил он. — Дядя не хотел бы, чтобы я об этом знал, но мы с Ариллой всегда были чересчур любопытными.

— И что же вы узнали?

— Магия Серебра — магия одиночек. Им удобно держаться в стороне, легче убивать и прятаться, но и здесь не обошлось без исключений. Если маг Серебра со временем находит свою пару и объединяет силу камней, он увеличивает магический потенциал.

— Но это случается с каждым магом!

— Не совсем, — вздохнул Реан, — официально это не было подтверждено, но многолетние наблюдения говорят сами за себя! Если маг Серебра найдёт пару, он превратит камень избранника в такое же Серебро.

— То есть, когда маг находит свою пару, он становится неуязвимым? Вместо одного камня два? И что с магией избранника?

— Говорят, что они погибают. Магия слишком важна для мага, и отнимая камень, маг Серебра уничтожает душу человека, оставляя лишь оболочку. Поэтому они скрываются, поэтому ищут наивных молоденьких девушек, которые поверят в сказки про алмазный цвет глаз. Выдают свою магию за какую-то другую и поглощают камень избранницы или избранника.

— Но неужели находятся такие… идиоты?

— Редко, но случается.

— И если у человека будет два камня — он окажется под усиленной защитой.

— Всё верно.

— Нужно выяснить, у кого из жителей Паллира уже есть пара! — Малис поспешил к двери, но Реан преградил ему путь.

— Это ещё не всё, — торопливо заговорил он. — Дядя предположил, что это как-то связано с исчезновением людей.

— Я не так давно смотрел архивы, — перебил Реана Малис. — За последние несколько лет на территории города и в ближайших деревнях пропало двадцать две девушки. Некоторые, возможно, были растерзаны хищниками. Далеко не в каждой истории это напоминало побег.

— Побег?

— Влюблённые идиотки не захотели выходить замуж по расчёту и сбежали с якобы наречёнными, — фыркнул Малис. — Камни сделал выбор, но что-то их не устроило! Никогда не понимал этих дур!

— Повезло, что у тебя сестры нет, — тихо усмехнулся Реан, но Малис всё равно его услышал.

— Хочешь сказать, что твоя Арилла ничуть не отличается от этих идиоток?!

— Арилла ненавидит дурацкие правила, но с её взглядами на жизнь она вряд ли в ближайшее время свяжет себя узами брака, — не стал увиливать Реан.

— Хорошо бы ей поторопиться.

— Что?

— Что? — Малис снова глотнул вина, ругая себя за длинный язык. Как бы ему не хотелось поделиться опасениями, Реан — не тот человек, которому стоит раскрываться. Его сестра — главная проблема Малиса уже долгое время, но Малис не хотел бы выяснить, что она стоит за убийством. Да и маг-одиночка вряд ли может что-то противопоставить тёмному Серебру. — Если у человека будет пара, он окажется вне подозрений, — выкрутился Малис.

— Его не захватят ради магии, а убьют, чтобы привлечь внимание, — покачал головой Реан. — Думаешь, Арилле предначертан кто-то из твоих рыцарей?

— Я молюсь, чтобы этого не произошло!

В дверь постучали, и в кабинет протиснулся Тиил. Он вежливо поприветствовал Реана и замер у стены, явно не собираясь уходить.

— Реан, если мне что-то понадобится я сам тебя найду, — решительно поставил точку в разговоре Малис.

— Да, конечно, — Реан кивнул и поспешил покинуть кабинет.

— Какие у тебя дела с этим парнем? Он же брат той ненормальной, верно? — прищурился Тиил, плотно прикрывая за Реаном дверь.

— Оказывается, он знает кое-что об этой истории.

— И информация нам пригодится?

— Мы имеем дело с тёмным Серебром.

— Что?!

Малис наивно полагал, что невозможно напугать Тиила. Уверенного в себе непоседливого молодого воина, который с улыбкой на лице ввяжется даже в самую опасную авантюру. Неужели что-то способно выбить его из колеи? Но Тиил с силой сжал кулаки и стиснул зубы, смотря будто бы сквозь Малиса. Тиилу тоже что-то знает? Сам Малис не мог похвастаться богатым запасом знаний, слышал про них краем уха и знал, что с этой компанией магов лучше не связываться. Приспешники магии тёмного Серебра приносят с собой разрушение и смерть.

— Что тебе известно? — прямо спросил он.

— Мой старший брат погиб, когда эти нелюди напали на Паллир, — хрипло выпалил Тиил, стараясь ослабить необычайно туго затянутую броню, но не справляясь с прочными ремнями.

— В самом деле? — удивился Малис.

Как же много он не знает о людях, бок о бок с которыми ежедневно тренируется, охотится и сражается! Он ведь даже не подумал расспросить Тиила о его семье. Знал только, что парень с детства находился на попечении у сердобольной старухи, которая заменила ему мать.

— Разве тебя это когда-то интересовало? — вздохнул Тиил. — Но я знаю одно: больше я не намерен терять близких людей, невыносимо смотреть, как они сгорают в бело-чёрном пламени магии. И как я только сразу не понял!

Тиил принялся расхаживать по комнате, в волнении заламывая руки и что-то бормоча себе под нос.

— Успокойся! — прикрикнул на него Малис.

— Прости, я… — Тиил остановился, но Малис видел, с каким трудом он заставляет себя сохранять спокойствие.

— Ты видел его смерть? — спросил Малис раньше, чем успел подумать об уместности вопроса.

— Он успел спрятать меня, — глухо ответил Тиил. — Я не только видел, как он сгорал, но и слышал его крик, видел людей в чёрных плащах, которые молча взирали на мучения молодого парня.

— Сколько тебе было?

— Пять.

— Прости, — подавленно выпалил Малис. — Мне не следовало расспрашивать тебя, но…

— Но ты хочешь знать больше об этих людях? — Тиил упал в кресло, в котором до этого сидел Реан, и потянулся к полупустому бокалу с вином, залпом его осушив. — Я не смогу удовлетворить твоё любопытство, — крутя в руках хрупкое стекло, пробормотал он. — Рад бы помочь, но я ничего не знаю. Совсем.

— Но кто может знать что-то важное? — нахмурился Малис — Ты пойми, мы должны быть готовы ко всему. Должны найти способ сражаться и противостоять, не позволяя убивать людей.

— Я не думаю, что они в скором времени нанесут удар по Паллиру, но разослать гонцов необходимо. Может, где-то их уже замечали.

— А ещё усилим охрану и увеличим число тренировок!

Малис решительно поднялся на ноги и шагнул к выходу.

— Ты же не сейчас собираешься на тренировку отправиться?

— Я распоряжусь проверить жителей на наличие пар и сразу на поле. А почему нет?

— Люди напуганы, весть о трупе быстро распространилась. Я так думаю, уже нашлись те, кто мог бы знать жертву, — объяснил Тиил.

— И что ты хочешь от меня?

— Хотел попросить тебя выйти к людям и успокоить их, да теперь понимаю, что не получится, — нахмурился Тиил.

— Я рад, что не приходится объяснять тебе простые истины! Прости, но… но я только ещё больше запугаю.

Привычная язвительность пришла на смену растерянности и страху. Малис устыдился своих эмоций. Воин не должен бояться! Не должен демонстрировать страх, всегда обязан действовать по ситуации и не допускать ошибок. Но тёмное Серебро! Не так Малис представлял себе службу в отдалённом городке! Какие уж тут набеги соседей, если смертельная опасность исходит от жителей страны, а тёмная червоточина, должно быть, оказалась в самом Паллире.

— Я постараюсь что-нибудь придумать, — заверил его Тиил. — Очень надеюсь, Малис, что ты направишь нас правильно.

— Это слишком большая ответственность.

— Это тебе не локальные разборки с шайкой бродяг.

— Речь идёт о десятках жизней, я прав?

— Может быть, о сотнях.

Малис стиснул кулаки. Вот то, о чём он долгое время мечтал, о чём грезил, будучи мальчишкой. Смертельная опасность подобралась совсем близко, и от решений Малиса зависят жизни людей. Сможет ли он оправдать ожидания? Малис с ужасом понимал, что не знает, как себя вести, кого и куда отправлять.

— В одиночку мне не справится.

— Этому не учат в академиях?

— Этому научит только жизнь, и у меня уже нет времени учиться. Нужно принимать решения и вести за собой народ, — Малис расправил плечи и бесстрастно посмотрел на Тиила. Держать себя в руках даже в критической ситуации Малис умел. — Я надеюсь на твою помощь, мой друг. И мне нужны люди, которым я смог бы довериться.

— Ты боишься тёмной магии?

— Я боюсь ошибиться и допустить смерть людей.

— Но без ошибок не видать нам спасения, ты боишься ответственности и последствий своих ошибок.

— Откуда тебе знать? — возмутился Малис, удивляясь, как точно Тиил смог понять его состояние. — Чтобы через полчаса ты был на поле! И будь добр, позаботься об отряде добровольцев. Нам сейчас жизненно необходима любая помощь! И найди человека, который сможет толково объяснить людям суть проблемы, не распугав их неосторожным словом!

— Ты действительно отправишь в бой воинов-самоучек?

— Может случиться, что кроме них никто не сможет защищать город.

— Иногда ты сбрасываешь маску эгоистичного засранца и становишься тем предводителем, за которым хочется пойти и рядом с которым не стыдно умереть, хоть я и не согласен с многими твоими приказами, — тихо сказал Тиил и выбежал из комнаты.

Малис только проводил друга удивлённым взглядом. Он не ожидал, что скупой на эмоции Тиил скажет ему такое. Сам Малис хоть и считал Тиила своим другом, свято верил, что тот следует за ним скорее из чувства долга, чем по собственному желанию. Выходит, его выводы ошибочны?!

«Такими темпами Арилла окажется ангелом во плоти, а не провокатором народного восстания!» — подумал он и неожиданно для самого себя рассмеялся.

Вместе со смехом выходило напряжение последнего часа, сомнения оставляли его, а тело расслаблялось. Малису даже пришлось задержаться в кабинете, чтобы не пугать случайных прохожих своим растрёпанным и хмурым видом. В сложившейся ситуации Паллиру не нужен предводитель-задира. Он должен стать тем, о ком говорил Тиил. Это нетрудно, нужно просто сменить маску и запрятать подальше страх.

Тёмное Серебро? Да, одно только название вселяло ужас, Малис помнил пугающие рассказы, но это не повод сдаваться, верно? Он должен помочь защитить Паллир. Это его призвание, его миссия, от которой может освободить только смерть.

Малис бегом покинул кабинет, в коридоре налетев на мальчика-слугу, об отсутствии которого не так давно сокрушался.

— Где тебя черти носят, Анеас? — рявкнул Малис, схватив хлипкого парня за шиворот и припечатав его к стене.

— Простите, — пролепетал напуганный мальчик, пытаясь ослабить стальную хватку и вырваться, — я… сегодняшнее событие… город с ума сходит!

— Собирал сплетни?!

— Нет, я… люди напуганы!

— Назови мне хоть одну новость, из-за которой я мог бы не сворачивать тебе шею прямо сейчас, — елейно попросил Малис.

Он и сам не знал, почему вдруг бросился на парня. Слишком трудно после тренировки вылезти из доспехов? Никто вовремя не подал еду? Никто не предупредил Тиила о нежелании Малиса видеть кого-либо в своём кабинете? Или всему виной Реан? Но остановиться Малис не смог, переместив руки на шею Анеаса и сильно сдавливая пальцы. Такие вспышки гнева случались с ним редко и часто Малис сожалел о содеянном, но вовремя остановиться не всегда получалось.

— Они… они видели… убийцу, — прохрипел Анеас.

Хватка ослабла. До Малиса не сразу дошёл смысл сказанных слов, но он отпустил мальчишку.

— Сказал это, чтобы меня остановить? — хрипло поинтересовался он.

— Нет… н-нет… — Анеас отчаянно пытался откашляться и восстановить дыхание.

— И кого же подозревают?

— Говорят, что на месте преступления видели светловолосую девушку… с ониксом!
На её плаще красовалась змея.

— Она могла убить? — недоверчиво уточнил Малис.

— Никто точно не видел, но…

— Пошёл прочь! — рявкнул Малис, не давая слуге договорить.

Что же это получается? Убийца был в городе? И не побоялся показаться людям? Или это способ раздразнить Малиса и остальных? Нужно немедленно во всём разобраться! И девушку эту обязательно разыскать!