Любовь на льду

Глава 10

Фатима Синановна, Михаил Васильевич?

Эта ситуация повергла меня в большой шок. Только недавно, я попрощался с ней, как со своей девушкой, а сейчас она стоит передо мной, как тренер.

-Можно зайти?

-Да, конечно.

Они прошли, а ребят я попросил уйти в квартиру родителей. Чу-чуть убрав лишние вещи со стола, я сел на кресло напротив тренеров.

-Я узнал, что вы с Фатимой Синановной встречаться начали, не смотря на то, что это запрещено. Кроме меня, узнали люди свыше и сказали, чтобы ты Медведев выбирала. Либо любовь, либо хоккей.

Мне такое ощущение дали пощёчину. Фатима быстро среагировала и попросила дать мне время подумать. У меня есть на это два дня...

Фатима осталась со словами, что ей надо со мной срочно поговорить. Тренер ушёл и ребята с Ваней решили пойти в кино, они мне об этом заранее написали.

-Выбирай хоккей. Я тебе не нужна, всё равно не твоя девушка и не буду с тобой всегда, а хоккей это то с чем ты свяжешь свою жизнь.

-Я подумаю. Не торопите события Фатима Синановна. Хоккеисты умеют сами выбирать, что им надо, а что им не надо. До свидания. Прошу уйди, мне надо подумать.

И я обнял её. От неё пахло лавандой, и так не хотелось отпускать, но надо. Спустя минуту она всё-таки ушла.

Спустя 2 дня.

Я сидел перед всей моей командой и тренером, Фатима сидела рядом и пыталась хоть как-то поддержать.

-Ну и что ты решил Медведев. Любовь или хоккей?

Это сказала моя команда. Все гепарды с таким осуждением на меня смотрели.

-Сергей очень хорошо подумай, вам осталось всего пол года учиться.Единственное условие, если ты выберешь хоккей, будет не видеться с Фатимой Синановной нигде, кроме льда.

Только я хотел ответить, как Фатима протянула открытую тетрадь тренеру и спустя две секунды я понял, что она моя.

-Хоккей это моя жизнь. Я вырос на льду и от сюда никуда. Я могу отказаться от любви, родни и друзей лишь бы этот вид спорта не уходил из моей жизни.

Зачитал последнее, что у меня было там написано мой тренер. Как? Когда она успела найти эту тетрадь и прочесть её? Но сейчас речь идёт не про это.

-Значит, ты выбрал хоккей?

-Я ничего не выбрал, честно говоря.

-Так понятно. Все вставайте, поехали на лёд. Что вы на меня так смотрите? Вставайте!

Первыми ехали: за рулём тренер, рядом с ним я, а сзади Фатима с нашим капитаном. Сзади нас на машине ехали остальные. Доехали мы минут за десять.

Внутри уже нам вручили две пары коньков, по приказу тренера. Одни мне, а вторые Фатиме.

Ровно по середине льда на котором мы обычно тренировались, находилась прозрачная стена, разделяющая лёд на две половины.

С левой стороны от стены въехала на коньках Фатима, с правой я.

-Подъезжайте к стене и встаньте друг на против друга. Отлично, а теперь сделайте первое, что придёт в голову.

И мы оба поднесли руки к стене. Моя левая и её правая. А потом головы поднесли к стене. Чуть позже я поднял взгляд и увидел слезу которая потихоньку текла по её щеке. Не выдержав, я быстро поехал к выходу и перешёл на её сторону, можно сказать подлетев, я обнял её. Голова Фатимы автоматически легла мне на грудь. Не знаю, сколько мы так простояли, но мне стало спокойно на душе, и только когда она подняла голову, я отпустил её и стёр слёзы с щёк. Взяв за руку, я подъехал к выходу, всё это время команда с тренером наблюдали за нами.

-Я выбираю хоккей, но у меня есть условие. С Фатимой Синановной из-за этого происшествия ничего не случится.

-Хорошо.

Команда и Фатима ушли, и когда я тоже хотел уже идти, ко мне подошёл тренер.

-Физически ты выбрал хоккей, но душевно Фатиму Синановну. Встречайтесь, но так чтобы никто не видел. Что-то в вас есть.

И он ушёл. Я шёл до дома медленно, думал обо всём, что произошло сегодня. Когда я зашёл в дом, на пороге меня встретила Фатима.

Вначале я её даже не узнал из-за затуманенного разума, но учуяв её запах, то точно понял, кто передо мной.

-Ваня остался у твоего друга сегодня, а я побуду немного у тебя.

На ней была прикрывающие всё тело штаны и кофта, волосы были покрыты тёмно-синим платком. Я даже в какой-то момент сравнил её с Жасмин из «Лампы Алладина».

Когда мы сели ко мне на кровать, чтобы поговорить, Фатима меня крепко обняла. Потом, отпустив, взяла за руку, да так нежно, что если бы я был мороженым, то растаял уже.

-Можно называть тебя Фатей ?

-Д-да. Меня так обычно только родные называют.

Мы ещё часа два разговаривали о чем-то странном, потом я лёг на диван, а Фатима на мою кровать.

На следующее утро.

Когда я пришёл на кухню, там была приготовлена яичница и свежевыжатый сок. Рядом с этим всем на столе стояла записка.

«Вчера был последний день, когда мы могли так общаться. С сегодняшнего дня мы тренер и хоккеист. Не знала, что сделаю это при таких обстоятельствах, но значит так велел Аллах. Я тебя люблю Серёжа.

Твоя Фатя»