Любовь на особый случай

Глава 22

Луиза

Рассказанное Лерой, по пути дороги домой, привело меня в не меньший шок, чем после ситуации в день, когда рядом оказался Влад. Возмущенная тем, что узнала об этом в последний момент, я усыпала сестру недовольствами и нравоучениями. Всю оставшуюся дорогу, несмотря на её милые взгляды и нескончаемые извинения, я только злобно смеялась и, не отрываясь, внимательно вела машину. В квартиру мы зашли, когда полностью стемнело.

Ветер разыгрался ближе к ночи и темное загадочное небо, будто чёрная дыра, завораживало взгляд. Я стояла у панорамного окна в гостиной и, держа в руках горячий чай, сделала глоток, оставляя отпечаток помады на краях. Лера, приведя себя ко сну, вышла ко мне, спустя час, после нашего прихода. Она пыталась начать разговор, но я все еще злилась на сестру. Даже не на неё, а на того ублюдка, заставившего мою сестру пережить подобное. На себя, которая не смогла уберечь родного человека и предотвратить случившееся.

Я знала, что месть - блюдо, которое подают холодным, но мстить никогда не любила. Я была их тех, кто стратегически относился к справедливости и правосудию, но в тот момент мысли часто возвращались к криминальным планам, связанными с этим сопляком. Надеясь о том, что все произошедшее в тот день с сестрой, останется в прошлом навсегда, я узнала о его ежедневных звонках и сообщениях. От злости и ненависти к незнакомому парню, в груди все сжималось.

Как он посмел? Посмел даже пальцем притронуться к Лере! К моей Лере! Моей младшей сестре, за которую я жизнь готова отдать, несмотря ни на что.

Мои злобные, и не совсем адекватные, планы, прервал мягкий, ангельский голос сестры. Я, не отворачиваясь от окна, что-то невнятно произнесла, и сестра попросила повторить. Так продолжалось, пока я не взяла себя в руки и не села рядом с ней. Наш, поначалу напряженный разговор, продолжался не меньше часа, пока, не придя в понимание, я полностью доверила рассказам сестры. Когда сестра позволила себе выйти из зоны комфорта и открыться в себе, обоим стало легче и приятнее вести диалог на это дурную тему. Со временем, Лера стала зевать и, то и до, протирать глаза своими длинным пальчиками. Я отправила сестру спать, поцеловав напоследок, а сама ушла в комнату. Приняв душ, я залезла под теплое мягкое одеяло, - как бы жарко не было, я всегда умудряюсь замерзнуть, - и, укутавшись, напечатала Беатрис ответ на её сообщение. Она мгновенно ответила. Мы пообщались ещё немного и, выключив весь свет в своей комнате, я осталась наедине со своими мыслями, к которым не хотела, а возможно, боялась возвращаться весь вечер. Сейчас мои мысли занимал он. Парень, от прикосновений которого, подкашиваются ноги, учащается дыхание, а воздуха становится с каждой секундой его присутствия меньше.

Вечер, когда я позволила этому наглому, своевольному эгоисту, поцеловать себя, не выходил из головы. Я, то и дело, прокручивала последствия того дня, убеждаясь, как было хорошо рядом с этим безбашенным парнем. Стараясь настроить себя на сон, я все равно возвращалась к нему. От бессонной ночи, полной размышлений, я раздражительно встала с кровати и направилась на кухню. Взяла у барной стойки один из широких винных бокалов на высокой чёрной ножке и, достав из бара бутылку красного, как кровь, вина, налила до самых краев.

Раньше, позволить себе такое безрассудство я не могла. Однако, в тот момент, откладывая в сторону мою нелюбовь к алкоголю и подобному отвлекательному маневру, я не думала об этом. Схватив бокал со стола, я накинула поверх атласной пижамы, цвета шампань, плед и, подойдя к панорамному окну, откуда открывался вид на ночной город, отпила достаточное количество напитка, чтобы прийти в себя. Разглядывая мерцание далеких огоньков, я осматривала каждую точку, открывающуюся с вида моей квартиры, чего не замечала до этого. Но куда бы я не посмотрела, всё, будто нарочно, кричало мне о нём. Мысли, то и до, возвращались тёмно-каштановым лохматым волосам Влада, глубоким, как ночь, глазам и теплым требовательным губам, на которых оставался вкус ментола. Стоя босиком на полу и, укутавшись в теплый клетчатый плед, я, словно наяву, чувствовала запах его, слегка резких, но в меру сладких, духов, с запахом лёгкого весеннего аромата несерьезности и свободы.

Сегодня, как никогда было пустое небо. Чёрное гладкое, без единой звезды. Молодая луна отсвечивает своим ярким светом в окно, пробираясь отражением на бокал. Глядя на темно-багровое вино в бокале, где в середине, словно настоящая, красовалась молодая изогнутая луна; бездумно глядя на пустой город, где изредка проезжают на большой скорости машины, я возвращалась снова и снова к тому вечеру. Вечеру, когда я позволила чувствовать себя свободно, не отталкивая того, в ком тогда так нуждалась. В голове, то и дело, мелькали его слова, прикосновения, глупые ухмылки и ненужные шутки, которыми ему удавалось выводить меня из себя. И в то же время безумно притягивал. Воспоминания предательски остановились на моменте, когда, сидя на другом конце дивана от Леры и Алекса, я, не стесняясь позволила себе чувствовать себя счастливо, не думая о том, что будет завтра. С видом на гаснущий ночной город, внутри, от боязни, что завтра все закончится и станет как раньше, все сжималось. Была ли гарантия, что я действительно нравлюсь ему? Что нравлюсь, и он не станет играть со мной, как когда-то поступил Денис? Этого я не знала. Уверена была лишь в одном: решив закончить эту мимолетную слабость, он причинит мне боль. Влад так близко подобрался к моему вдребезги разбитому, и вновь склеенному сердцу, что ещё одного падания оно не выдержит.

Закончив бутылку вина, я вымыла оставшуюся посуду и, не спеша, поплелась в комнату. Под теплым тяжёлым одеялом, меня окутал сон, в котором я снова видела моменты, словно это было дежавю.

Я иду вдоль моря по рассыпчатому светлому песку. Теплый ветер ласкает оголённые кофтой плечи, от чего я слегка свожу руками, согреваясь. Ветер запутывает каждую прядь волос, вздымая их вверх. Я неуклюже убирала волосы с лица, которые то и дело спадали на глаза. Холод все плотнее пробирался по коже, и я, остановившись, вглядывалась в бушующее море, от чего-то представляя себя в сказке о золотой рыбке. Я подняла с земли небольшой камень и подкинув, бросила его море, наблюдая, как от него в разные стороны расходились круги и брызги. Где-то, из-за тучки и затянутого неба, пробивались лучи яркого осеннего солнца. Сзади слышались крики парней, играющих в волейбол, где был и он. Заметив мой взгляд, он что-то сказал парням и хитро улыбаясь, натянув на себя лежащую на песке кожанку, направлялся ко мне. Я продолжала идти, не отрывая взгляда от моря, при виде которого так легко становится на душе. Чувство свободы и безмерного спокойствия. Я была счастлива. От неожиданного прикосновения теплых ладоней на своих плечах, я вздрогнула, затаив дыхание. Обернувшись в пол оборота, я уже видела, как на моих плечах красуется его кожанка. Я смотрела в его темно- коричневые глаза и изнутри все цвело. Как самой теплой и яркой весной. Он положил ладони на мои холодные щеки и, притянув к себе, поцеловал в замерзший носик, потом губы. Наш мягкий нежный поцелуй, был полон любви и счастья. В момент, проведенный с ним, я готова была отказаться от всего мира, лишь бы быть рядом. Мы нехотя отстранились друг от друга, взглянув в глаза и, затем, взявшись за руки, пошли по бесконечно длинной набережной.