Любовь начинается с ненависти

Глава 48

Передо мной недовольно искаженное лицо Клариссы, позади нее стоит ее копия - Дианочка. Они обе сложили руки на груди и смотрят на меня с презрением, а вот я наоборот счастлива - когда мне удается их разозлить, я мысленно добавляю себе балл, ведя сосбственный счет эдакой игры "Кто кого". На Клариссе, как всегда, что-то элегантное. Признаю, одевается она, за счет моего папы, роскошно, и не всегда как проститутка. Вот и сейчас она в белом платье-рубашке, опоясанном тонкой белой с золотистыми линиями лентой, на десятисантиметровых каблуках (таким образом она выше меня минимум на полторы головы), а серьги ее, с какими-то драгоценными камнями, весят, наверное, килограмм. Выглядит так, будто она нацепила на ухо брожь, но никак не серьгу. И уши не отвалятся?

Диана коротком желтом платье на тонких бретелях и на таких же высоких каблуках. Серьезно, мне бесконечно приятно, что они так вырядились по случаю моего приезда домой, но я же не парень, я бы спокойно отнеслась, если бы они вышли встречать меня хоть в пижаме и тапочках.

- Доброе утро, никогда-не-семья! - радостно здороваюсь я, чтобы хоть как-то развеить обстановку.

Кларисса и Диана все так же молчат, разве что кривят от недовольства свои губы, сверля меня придирчивым взглядом, и несколько раз осматривают меня с ног до головы, причем делают это настолько одинаково, что кажется, что они продумали целый сценарий и пытаются меня впечатлить своей слаженностью, аля какая дочь, такая и мать. Близняшки.

- Два месяца, что тебя не было, были просто прекрасными. - Диана сказала это все с таким же идиотским выражением лица. А дальше подключилась и Кларисса:

- Как жаль, что таксист, видимо, оказался нормальным человеком и не увез тебя в какой-нибудь лес, чтобы потом...

Я не дала ей закончить предложение, вошла в дом, грубо оттеснив их, и громко хлопнула дверью, отчего Дианочка подпрыгнула и чуть не свалилась на пол. Жа-а-аль.

- Слушайте сюда, крашеные, - говорю им и сразу продолжаю, не давая даже возможности повозмущаться: - Мне вот тоже особо не хочется видеться с вами и жить в одном доме целых два дня, но мы ведь как-то справлялись два года, верно? И если вы не хотите, чтобы эти два дня стали для вас адом, будьте, пожалуйста, вежливы, и только попробуйте завтра испортить день рождение моего папы. - Сделала акцент на слове "моего" и многозначительно посмотрела на Диану.

- Я согласна, - после минутной паузы говорит Кларисса, чем меня удивила. - У Рика юбилей и не хотелось бы его портить, так ведь, Дианочка? 

- Все так, мама, - сухо кивает она в ответ и продолжает прожигать меня злым взглядом.

- Отлично! Вы ведь уже давно не дети, забудьте старые обиды. Пойдем, Ханна, мы приготовили небольшой завтрак.

А-а-а.

- А, так вот почему горелым воняет! - восклицаю я и поворачиваюсь к кухне, где из духовки уже идет дымок.

- Проклятье! - кричит недохозяйка, срывается с места и начинает делать какие-то непонятные манипуляции над плитой.

С сожалением смотрю на эту картину и становится жалко... запеканку, как оказалось, которую хотела сделать пассия моего отца.

- Дядя Рик, кстати, поехал в свою контору, потому что у него есть дела, которые, видимо, гораздо важнее, чем приезд дочери, - Диана противно ухмыляется, и она наверняка представляет, как добавляет себе один балл.

- Мой папа очень занят, и я знаю, насколько его дела важны. Он хотя бы на работе, а где твой отец? Ой, стой, его же нет...

Знаю, давлю на больное, так как отец Дианочки - алкоголик, который давно совершил суицид. Блин, мне аж неловко стало. Зря я об этом сказала...

- Дрянь! - выкрикивает она и даже порывается ударить меня.

Но в этот самый момент звенит дверной звонок. Я бегу к двери, пока Диана отходит от ступора, открываю дверь и вижу там папу. Уже вовсю улыбаюсь, как довольный Чеширский Кот, и прыгаю к нему в объятия. Он шокированно охает, ставит что-то на пол и тоже крепко обнимает меня.

Вот теперь я дома!

***

Мы все сидим за столом и, так как Кларисса не смогла приготовить даже запеканку, просто едим торт, который привез папа. Он такой, как я люблю, - с фруктовой начинкой, карамельной прослойкой и воздушным, ужасно вкусным кремом. Обычно я не злоупотребляю сладким, но сейчас ем уже третий кусок, на что остальные представители женского пола смотрят с презрением, так как это якобы вредит фигуре, и они обе ненавидят такой торт, зато у нас с папой он любимый. Поэтому они просто пьют чай. 

- Ну что, Ханна, как у тебя дела в университете? - ласково спрашивает глава семейства.

- Ой, папа, все замечательно! Ребята, с которыми я занимаюсь, просто супер! Учителя - отпад! И я даже со многими подружилась и... ты же уже знаешь, завела себе парня! 

- И ты уже знаешь, я так тобой доволен и рад за тебя! - Он вдруг целует меня в щеку, на что я начинаю притворно возмущаться.

Пока мы обмениваемся любезностями и новостями обо всяком, Кларисса и Диана сидят молча, возможно, они что-то говорят друг другу, но мы с папой совершенно не обращаем на них внимания.  Мы слишком долго не виделись, я еще никогда так надолго не уезжала от отца, поэтому я рассказываю ему почти все, умалчивая лишь о том, что меня чуть не изнасиловали. Об этом ему знать вот совсем не обязательно.

Еще я не говорю ему об одном идиоте, который доставал меня в последнее время. Об этом ему тоже лучше не знать, а то приедет туда и угрожать начнет Алексу, и ведь не помешать никак. Было уже такое один раз, в школе, правда, и в седьмом классе, но сути не меняет.

В общем, да, я рассказываю ему только малую часть того, что со мной произошло за последние два месяца. Ничего не поделать, но у меня в первый раз так много секретов от папы.