Любовь не для драконов

Глава 5

— Но ведь люди могут распознать оборотня? — спросила я и, зашипев от боли, затрясла рукой, потому что укололась.

Кейд раздобыл на завтрак разных вкусностей — оказывается, местные леса чего только не припасли для опытного путешественника!

Из невзрачного гриба он получил огонь и запёк в золе птичьи яйца с корешками каких-то растений. На крупном резном листе разложил живописный натюрморт из красных, жёлтых и голубых ягод — тех самых, которые я не рискнула есть вчера. Принёс несколько плодов со сладкой водичкой. А ещё — торжественно вручил орех почти идеально круглой формы, заметив, что орех этот очень полезный и питательный, но и встречается крайне редко.

Зёрнышки и впрямь были невероятно вкусными, правда, из-за острых колючек извлекать их приходилось с боем.

— Нас могут распознать только маги. Но их не так много. К тому же, магам наплевать на оборотней, для большинства из них мы не представляем опасности, — не слишком охотно ответил мужчина.

— Ну хорошо, днём люди не видят, кто ты. Но ночью-то. Или у кого-то ещё глаза светятся в темноте? — удивилась я.

— Ты видела, что мои глаза светятся? — Кейд замер, перестав прихлёбывать воду.

Он ничего не ел, только пил — признался, что хорошо позавтракал в своей основной ипостаси. Я предпочитала не зацикливаться на том, кому именно не повезло попасть в его утреннее меню, но не заметить неуловимое сходство мужчины с волком было невозможно. Его плавные и одновременно стремительные движения, его неотрывный острый взгляд, даже сейчас, в человеческом облике выдавали притаившегося зверя.

— Арника? — напомнил о себе Кейд.

— Ну-у, да. А разве не все это видят?

— Вообще-то, нет. Только маги.

— Но во мне нет магии! Ад сказал.

Оборотень покачал головой.

— Ад мог и соврать. Хотя не представляю зачем.

— Ты расскажешь, как сумел сбежать от него?

Голубые глаза ярко вспыхнули — оказывается, они могут сиять и днём!

— Если бы я знал, Арника. Если бы я знал. Но могу рассказать, как попал к нему, если тебе интересно.

Кивнув, я с энтузиазмом бросилась в новую атаку на колючий орех. Вот ведь, какой жадина! Не хочет отдавать свои вкуснючие зёрна просто так.

— Я искал средство, которое сняло бы проклятье полнолуния. Понятно, что без магии тут не обойтись, поэтому обращался к разным магам. Сначала долго скитался по обычным — думал, может, у кого-то получится амулет какой сделать или зелье подходящее сварить. Многих обошёл. Большинство и говорить-то отказывались, не то что помогать…

Кейд припал к живительной влаге, допил до конца и отбросил опустевший плод в кусты с такой ненавистью, будто тот был виноват во всех бедах оборотней.

— В общем, те, что согласились помочь, сделать ничего не смогли. А потом я узнал, что есть один чёрный маг, сверхталантливый и сверхсильный. Который, если уж берётся за какое-то дело, всегда доводит его до конца. Несмотря ни на что. Любой ценой.

Тут мне слегка поплохело. Похоже, для Ада моя особенность стала своего рода вызовом? И если он такой целеустремлённый, значит, не отступится…

— Вот я и пришёл к нему. Сам. Попросил о помощи. Он заинтересовался, приступил к исследованиям. Но более-менее простые зелья, заклинания и ритуалы не помогали, и маг начал злиться.  Регенерация оборотня позволяет многое, поэтому Ад поставил на мне сотни опытов разной степени жестокости. Знать бы точно, что он действительно искал то, о чём мы договорились! Но думаю, его просто заинтересовали особенности нашего вида… Вот так и прошло почти три года. Я мог бы назвать их: «У Ада в аду».

Кейд невесело усмехнулся, а я даже перестала выковыривать зёрнышки из ореха. Слушать такое и жевать казалось кощунственным…

— Маг не держал меня в клетке, нет. Но и выйти из комнаты без его разрешения я не мог. А вчера утром вдруг почувствовал, что путь свободен. Беспрепятственно вышел из замка, обратился и долго бежал, пока не почуял твой запах. А рядом — запах обычного волка.

Мужчина помолчал, сверля меня голубыми глазами, будто лучами аргонового лазера.

— А как здесь оказалась ты, Арника? Сам он не отпустил бы тебя, это ясно.

Поколебавшись мгновение, я подробно рассказала, что произошло.

— Мисса, значит, — хмыкнул Кейд, — То-то она показалась мне весьма странной особой. А теперь куда направишься? Я выведу тебя к людям, но потом уж сама. Не обессудь.

— Мне нужно к драконам, — честно ответила я.

На лице оборотня отразилась непередаваемая гамма эмоций, которая схлынула так же быстро, как и появилась, оставив после себя сдержанный интерес.

— И зачем же?

— Неважно.

Кейд нахмурился.

— Ну, если неважно, то тогда я, пожалуй, не слишком огорчу тебя, если скажу, что никто понятия не имеет, где их искать.

— Не может быть. А как же отборы?

— Отборы проходят раз в пять лет. Первый этап очень прост — каждую из участниц оповещают, что она подходит для отбора. Через несколько дней объявляется второй этап, куда попадает по 12 девушек для каждого дракона — они просто исчезают из родительского дома. Почему именно эти претендентки подошли для второго этапа, никто не знает. Ещё через несколько дней, иногда — недель, возвращаются 33 девушки, которые не прошли второй этап. Но они ничего не помнят: где были, что делали. Три девушки, которые выигрывают отбор, возвращаются ровно через пять лет. И тоже ничего не помнят. Как тебе такой расклад?

— Ничего не понимаю. Значит, драконов никто никогда не видел?

— Ну почему же? Видели. После окончания отбора они пролетают высоко над столицей. Все трое. Благодарность выражают, наверно.

Я приуныла и призадумалась, а Кейд с интересом смотрел на меня, прихлёбывая воду из очередного полезного плода.

— Но они же где-то охраняют границы? Неужели никто из магов не пытался разгадать их секреты?

— Конечно, охраняют. Но туда, где в любой момент могут появиться скопища тварей, никто не хочет идти. Да и вряд ли замок драконов находится там… И, конечно, пытались. Лучшие маги считают своим долгом разгадать эту загадку, но пока безуспешно. Память девушек не просто закрыта. Говорят, что время, проведённое в замке драконов, стёрто подчистую. И восстановлению не подлежит.