Любовь (не) предусмотрена

Глава 10.

Ева.

Ерошу остатки волос на голове, заливаясь слезами… Мне больно, одиноко, грустно… Влада куда-то запропастилась и, как назло, разболелись ссадины и ожоги. А голова… Нет, не болит – пухнет от подозрений и мыслей. Кто? У меня только один вопрос… Кому я помешала? Если бы я только помнила кого-то из своих коллег или друзей! Зажмуриваюсь так сильно, что перед глазами вспыхивают круги. Ничего… Не могу уцепиться ни за что. Молю бога дать хоть ниточку… Намек, воспоминание, мысль. Но в голове пустота. Может, Влада ошиблась? Я просто не справилась с управлением, и никакого покушения не было?

Ерзаю на кровати, стремясь придать удобное положение. Если Влада не вернется в ближайшее время, мне придется самой мазать кожу на спине. И судном пользоваться тоже.

Поворачиваю голову к окну, замечая в тусклом свете потолочных светильников свое отражение. Красивая… Смотрю на лицо незнакомки, гадая, кем она была? Кто она? Брюнетка с большими карими глазами, правильной формы носом, чуть выступающими скулами и острым подбородком. Сейчас я почти лысая, однако, сомнений нет – у меня были густые и длинные волосы. Почему-то о них я вспомнила, а о друзьях и близких нет… О муже не вспомнила. Возможно, у меня есть дети, но при мысли о ребенке, сердце молчит. Господи, только бы выздороветь!

Замок проворачивается, скрипучая дверь распахивается, являя взору Владу. Она торопливо сбрасывает туфли и шумно выдыхает. Моет руки в кухонной раковине и подходит ко мне.

– Как ты, Ева? Болит? Давай-ка, переворачивайся на живот, помажу раны.

– Вы… Вы что-то узнали? – охаю, неуклюже двигаясь.

– Да. Чуть не спалилась. Подрезала машину помощника твоего красавчика.

– Господи, я ничего не помню… Чем я занималась? Где работала? Вы… расскажете? – ищу ее понимающего взгляда.

– Конечно, солнышко. Мало того что я проследила за ними, я зашла в здание фонда, которым ты руководишь. Ну… давай по порядку. Ты Ева Аксёнова – руководитель фонда «Ева». Фонд специализируется на помощи детям с ДЦП. Так было написано на табличке у входа, – объясняет Влада, намазывая на мою спину толстый слой мази.

– Вы проследили за ним? А он… Его Илья зовут, так?

– Да. Красавчика зовут Илья Богданов. Он и сам сказал это на камеру. Твой Илья баллотируется в областную Думу, по слухам – уйдет в сенаторы. Я ехала за ними от дома до самого фонда. Но… неудачно затормозила и была замечена хмурым помощником твоего мужа. Пришлось свернуть в другую сторону. Но потом я их нагнала, не волнуйся… Мой УАЗик еще хоть куда!

– И что Илья? Уже делит мое имущество? Я так понимаю, женщина я обеспеченная. Да и он… Боже, я ничего не помню. Как вы узнали мой адрес?

– Пробила по базе. Старые связи решают все, Ева. Интуиция меня редко подводит. Я зашла внутрь. Девушке-администратору несла чушь про ошибку в реквизитах, в общем, прикинулась блаженной. Сказала, что помочь мне могут только руководители фонда. Она нехотя меня пропустила… Я тихонько пробралась на второй этаж. Твой красавец требовательно отсчитывал какого-то полноватого и трусоватого на вид мужчину. Там еще была женщина, она…

– Они вас не заметили? Это точно? – произношу взволнованно.

– Думаю, нет. А если и заметили… У меня неприметный вид. Рыбачка в камуфляжной форме, чудачка… Кому я могу быть интересной?

– Значит, Илья спрашивал, что им известно об аварии, я правильно поняла? Господи, я ничего не чувствую, когда вы говорите о нем! И о тех людях… Полноватый мужчина, женщина… У меня пусто вот здесь, – касаюсь ладонью груди.

– Это ничего, девочка. Мне кажется, Илья был сильно взволнован и озабочен. Он ничего не спрашивал о счетах фонда, по мне – все это было ему до лампочки… Ему интересна ты, Ева. Он терзал этих бедных испуганных сотрудников, непрестанно спрашивая, что им известно о твоих врагах или конфликтах?

– Как вы сумели подслушать разговор?

– Притаилась за дверью, вот и весь секрет. Кстати, один из твои коллег пропал. Зовут Петр. Ничего не помнишь, когда я произношу это имя?

Задумываюсь на мгновение… Петр. В сердце разливается тепло, ощущение покоя и безопасности.

– Чувствую покой. Кажется, что он был хорошим… Это пропавший человек. Может, его тоже… Как и меня?

– Могли. Я сбежала вниз, когда Илья закончил раздавать всем тумаки. Села в машину и стала ждать. Они спустились и поехали к частному детективу. А я знаю его, представляешь? Он из наших, конторских, старой закалки человек. Открыл собственное агентство, назвал его правда странновато – «Тайное око». Но Ваську я знаю и выпытать правду мне не составило труда.

– И вы не побоялись, что он расколется? – дрожащим шепотом произношу я.

– Нет. Илья поручил ему искать заказчика преступления. Ну и тебя, конечно… Я Василию облегчила работу, не спорю… Он должен был сам отрабатывать огромные деньги, что заплатил красавчик. А тут я… Пришла и на блюдечке все ему рассказала. Но ты меня, детка, пойми – нам надо сейчас знать, кто свой, а кто чужой. Так вот, Илья, похоже, свой… Ни слова о наследстве, деньгах, активах и прочем дерьме. Он озабочен судьбой…

Влада поджимает губы, словно боясь произнести страшную правду. Глубоко вздыхает, набирая в легкие побольше воздуха и произносит, наконец:

– У тебя есть сын, Ева. Илья просил детектива одного – найти тебя… И узнать, кто тебя заказал.

– Как его зовут? – жалко всхлипываю и приподнимаюсь на локтях. – Я… Ничего не помню. Как мы с Ильей жили? И какой мой сын я тоже не помню…

– Саша его зовут, детка. Чуть больше трех лет ему. Ну-ну… Полдела сделано. Я могу тебя возвратить Илье.

– Нет! – кричу испуганно. – Я не доверяю никому, никого не помню. Вы не можете точно знать, кто враг, а кто друг. Он может прикидываться… Активами и наследством он займется позже. Вы же можете ошибаться?

– Редко ошибаюсь, детка, – Влада недоверчиво качает головой. – У меня есть то, чего нет ни у кого – наметанный на мерзавцев взгляд. Опыт и многолетняя работа в следственных органах за плечами. Не похож он на мерзавца…