Любовь не прогоняй

Глава 4. Урок физры. Назначено наказание.

Спала я плохо, как только закрывала глаза, мне мерещились синие бездонные огоньки глаз. Они смотрели так пристально, что сердце замирало, а потом по телу разливалось тепло и какая-то нега. Хотелось так стоять и смотреть на них вечно, купаться в этом блаженстве. Казалось, что меня обнимает счастье.

Проснулась я от топота девчонок. Открыла глаза и посмотрела опухшими от бессонницы глазами. Жаннет напряглась:

- Дана, ты плохо выглядишь, может всё-таки тебе в лазарет сходить?

- Да все нормально. Просто не выспалась, не могу еще привыкнуть к новому месту.

Я и правда плохо переносила перемены, любила стабильность во всем.

- Ну, тогда одевайся, а-то опоздаем на первое занятие. Кстати у нас физическая подготовка, не нужно опаздывать, ректор вчера говорил, что будет штраф.

Ректор? Серьезно? Вот мне вчерашней встречи не хватило или сегодняшней ночи? За что??

Я побрела в ванную вся в растрепанных чувствах. Девочки были уже готовы.

- Идите, не ждите меня, я вас догоню. – кинула я в ответ.

Подруги ушли, а я неспешно залезла в душ и подставила лицо под струи воды. Вроде бы меня отпустило.

Форму выдали в академии, и повседневную и спортивную. Повседневная была – юбка и жакет из тонкой шерсти темно-коричневого цвета и белая блузка, туфельки на невысоком каблуке. А спортивная – обтягивающие лосины и туника до середины бедра.

Я оглядела себя в зеркало, забрала свои волнистые рыжие волосы в высокий хвост, волосы были не сильно длинные, поэтому постоянно вываливались спереди небольшими прядками, мне нравилось, это придавало моему лицу милоты, а сзади спускался волнистый хвост. Фигура у меня красивая, песочные часы, то есть грудь и бедра выразительные и тонкая талия. Но все портил низкий рост, я очень комплексовала по этому поводу и поэтому не считала себя красавицей.

Глаза у меня светло-серые, не очень выразительные, хотя когда светит солнце, они сияют ярким синим светом. Вот почти также как у ректора Лайтера. Ох, опять я вспомнила о нем. И чего он разглядывал в моих глазах? Глаза как глаза…хотя он вроде бы так и сказал.

Я одела спортивную форму, собралась и пошла к залу физподготовки. На завтрак я, конечно, опоздала, и уже подходя к залу, услышала звонок. Остановилась у двери, замерла, успокаивая дыхание, почему-то так разволновалась, вошла.

Адептки стояли, выстроившись в линию, не сводя взгляда с ректора. Некоторые откровенно улыбались, кто-то наклонился, демонстрируя свои прелести в виде декольте и изгиба тела. Меня аж передернуло от такой явной демонстрации своих намерений.

Ректор с непроницаемым лицом смотрел на них и что-то говорил. Когда я вошла, он повернул голову и, встретившись с моим взглядом, снова сверкнул своими невозможными синими глазами. Ну почему синими? Они же у него совсем черные. Правда это длилось лишь мгновение, потом они почернели и стали серьезными, я бы сказала раздраженными.

- Адептка Оукс, я, кажется, предупреждал вчера, что за опоздание следует наказание. Останетесь после занятия, будете отрабатывать. Встаньте в строй. – зло проговорил он и отвернулся. Ого, а он деспот. Я послушно встала в строй. Подруги улыбнулись, поддерживая меня.

- Лучше бы меня наказал. – тихо хихикнул кто-то сбоку. Ректор сделал вид, что не слышал.

Дальше был ад. Ректор был не просто деспот, он измывался, как мог. Сначала мы пробежали десять кругов по залу, а зал, я скажу, совсем не маленький. Бегать я вообще не любила, честно сказать, я вообще не была спортивной девушкой. Я была леди, любила больше музицировать, рисовать, в общем, заниматься творчеством.

Я конечно отстала от всех, даже Жаннет бегала хорошо. Ректор неотрывно смотрел на меня, и я продолжала бежать, задыхаясь.

Дальше он выяснял, кто в какие игры умеет играть, естественно спортивные. Я тем временем упала на лавку и тихо решила умереть. В голове итак была каша после бессонной ночи, а теперь еще и ныло все тело, и в глазах плыли черные круги, потому что я никак не могла успокоить дыхание.

Распределив адепток на команды, Лайтер подошел ко мне и неожиданно улыбнулся. Мне показалось, что волна света прокатилась по залу, мое дыхание успокоилось и в глазах прояснилось.

- Мда, - сказал он, - а я хотел назначить вам в наказание еще десять кругов, но похоже вы просто умрете у меня на руках.

- Почему на руках? – с глупым выражением на лице проговорила я.

Он, кажется, смутился, отвел взгляд и задумался.

– Ладно, будете заполнять ведомости. Приходите после всех занятий в мой кабинет, расскажу, что нужно делать.

Похоже он решил, что я вообще ни на что не гожусь. Даа, обидненько, хотя бегать я больше не хочу.

Адептки недовольно поглядывали в нашу сторону, особенно графиня Никольская, она вообще готова была выпрыгнуть из формы, лишь бы ректор посмотрел на нее. А он упорно не замечал никого вокруг, он смотрел на меня и о чем-то думал. Мне стало не по себе. Захотелось убежать.

Вдруг в окно заглянуло солнце. Сегодня, как и положено осенью, был дождливый пасмурный день, и неожиданно - солнце. Оно скользнуло лучом по нам с ректором, ослепило меня, я немного прищурилась. И тут у ректора округлились глаза, и он от изумления приоткрыл рот.

- Неужели… - только и смог проговорить он. А потом грянул звонок, и все поспешили на выход.

Подруги подхватили меня под руки и потащили из зала. Они ни чего не говорили, но многозначительно поглядывали на меня.

- Что? – не выдержала я.

- Вы так мило беседовали с ректором, пока мы занимались. О чем интересно? – спросила Жаннет.

- Я вообще не видела, чтобы ректор Лайтер беседовал вот так с адептками. – подмигнула мне Лиззи.

- Как так? – начала злиться я. – Он просто дал мне задание на вечер. Пожалел меня, сказал, что не вынесу еще десять кругов, сказал - буду заполнять ведомости. Теперь придется тащиться к нему в кабинет и потратить весь вечер на заполнение этих дурацких бумажек.

Лиззи чуть не поперхнулась воздухом.