Любовь не прогоняй

Глава 6. подготовка к балу. Концерт. Бал.

Всю неделю мы были загружены на лекциях. Вечерами готовились к индивидуальным занятиям. Разучивать сонаты, пьесы, этюды, гаммы занимает уйму времени. Еще порепетировать песню и разобрать отрывок для дирижирования. Чтобы не терять времени ходили по академии и на многоголосье распевали всем курсом песни для хорового занятия. Такие репетиции сдружили нас с девчонками, зато другие факультеты нас уже ненавидели. Ну и несколько леди отделились от нашей компании, считая не достойным общение с простолюдинами. Главой этой банды была Тина Никольская, чует мое сердце, что-то они замышляют, вон как шушукаются и зловредно хихикают.

Я всю неделю пыталась поговорить с ректором Лайтером, но, как назло, не могла нигде его найти. Не могу же я просто ввалиться к нему в кабинет, тем более, возле постоянно дежурят его фанатки.

- Дана, ты помнишь, что завтра бал? – ворвалась в мои размышления Жаннет.

- Бал? Ааа… Точно, бал! Уже завтра?

- Ты в последнее время такая растерянная. О чем ты постоянно думаешь?

- Думаю, что надо проверить платье. Я побежала.

На бал мы собирались весь день. Сутра по очереди отмокали в ванной, затем друг другу сооружали прически, потом макияж, и, наконец, платья.

Я стояла у зеркала, и была весьма довольна увиденным. Рыжие волосы волнами спадали на плечи, а передние пряди убраны на затылок жемчужным гребнем. Небольшие жемчужинки в ушах и на шее продолжали мой образ. А еще перламутровое платье – кружевной лиф, повторял морозные узоры, обнимал мою немаленькую грудь, стягивал корсетом тонкую талию. Пышная юбка из тонкого шелка была, словно живая, шевелилась от малейшего движения. Оголенные плечи меня немного смущали, но посмотрев на девчонок, поняла, что я еще скромница.

На Жаннет было изумрудное платье, с таким декольте, что я отвела взгляд. А вот у Лиззи не было ничего откровенного, пока она не повернулась спиной, а у меня тут же отвисла челюсть. Божее, спину и, наверное, не только ее смогут разглядеть во всех подробностях.

Мы спустились сначала в концертный зал. Столько блеска и откровенных нарядов я еще не видела. Я бывала раньше на балах, нас приглашали в замок нашей столицы, ведь мы все еще оставались известным родом ….. Но знатные леди не могли позволить себе такие откровенные наряды, это же моветон. Зато здесь они оторвались, вспомнили, что они просто адептки.

Концерт начался с поздравления нашего куратора музыкального факультета Элеоноры Ашер. Она поздравила первокурсников с поступлением и пожелала нам стать хорошими профессионалами. Затем концерт продолжили выпускники. Сначала адептка пела очень красивую песню про девочку и море. Дальше выступал ансамбль флейтистов, сыграли проникновенную мелодию. Меня так пробрало, что в глазах стояли слезы. Были и танцевальные номера, и многоголосное пение, и еще много чего. Было очень интересно, все адептки настолько талантливые, что, казалось, мы находились в королевской консерватории.

А дальше… Конферансье объявил: «Пьеса «Звуки дождя». За роялем Дарен Терескин.» И вышел наш однокурсник, тот самый герцог Терескин. Он был одет в парадный камзол темно-синего цвета с едва видной поблескивающей вышивкой в тон. Брюки тоже были в тон, а из-под камзола выглядывал белоснежный воротник рубашки. Выглядел он сногсшибательно, настоящий герцог, теперь никто не может в этом сомневаться.

Сейчас он был серьезен, сосредоточен, не было и намека на игривость. Таким я его еще не видела, и странно, он мне понравился таким. И не только мне, я посмотрела вокруг, адептки притихли, перестали переговариваться друг с другом и с открытым взглядом смотрели на него.

Дарен поклонился и сел за рояль. Божее, что тут началось. Его пальцы так бегали по клавишам, что не хотелось даже моргать. Такого виртуозного исполнения я вообще никогда не слышала. Зал замер, были только звуки музыки, летящие из-под пальцев блондина. И я будто наяву увидела капельки дождя стучащие по стеклу, стекающие и разбивающиеся о землю. Это было нереально. Божественно.

Музыка стихла. В зале стояла полная тишина. Несколько минут Терескин сидел, не шевелясь, а потом встал и поклонился. Овации взорвали зал, как сотни фейерверков, восторг и восхищение было на лицах окружающих, я видела не только адептки, но и профессора смотрели на Терескина с удивлением и уважением. А этот красавчик вдруг лукаво улыбнулся и подмигнул, а с меня как будто слетел флер притяжения. Секунду назад на сцене стоял герцог Терескин, серьезный, увлеченный, притягательный, а теперь обольститель и паяц. Я разочарованно вздохнула, хотя остальные оценили его игривый настрой.

После выступления Дарена, объявили перерыв и пригласили спуститься в бальный зал. Мы вышли и медленно побрели в сторону бального зала. Девочки притихли, я непонимающе смотрела на них. Лиззи была задумчивая, а вот у Жаннет сверкали глаза, интересно почему? Она всегда была сдержанна в эмоциях, а тут у нее все бурлило внутри.

- Что с тобой? – спросила я ее. Жаннет ничего не ответила, только загадочно улыбнулась и вцепилась мне в руку, поторапливая.

Зал был великолепен, украшен фонариками, свечами, лентами, цветами. Кто-то изрядно потрудился, чтобы создать такое. Мы вошли, раскрыв рты от изумления. В дальнем конце стояли фуршетные столы, возле них уже стайками ходили адептки. Мы тоже подошли, набрали бутербродов и немного перекусили.

- Сейчас ректор Лайтер скажет приветственную речь и откроет бал. – сказала Лиззи с лицом знатока.

Но, на удивление, вышел не ректор, а наш куратор Элеонора Ашер. Она также поздравила с началом учебного года и открыла бал.

- Интересно, обычно бал открывает сам ректор, - сказала задумчиво Лиззи. – всегда, каждый год, я узнавала.

- Может с ним что-то случилось? – испугалась я, вспомнив вспышку света, может его все-таки догнало.

- Вы считаете, он должен перед вами отчитываться? – съязвила подошедшая Никольская. – Пала к нему в объятия один раз и думаешь, что имеешь на него право?