Любовь Окаянная

Часть 15. Где бы Любаша не пропадала.

- Любаша! – разнеслось по округе, вызвав лавину собачьего лая в ближайших домах.

Наполовину придавленный «лошадью» «принц» простонал что-то иносказательное.

- Я не хотела, - упираясь одной ладонью в упругую ягодицу певца, а другой в газон, попыталась слезть с пришибленного Любовью.

Тут же в голове ахнуло, потому что то ли у феи слух абсолютный, то ли маячок на мне какой-то, раз она почти моментально переместилась ко мне.

- Любаша! Тебя же не возможно оставить одну! Мужчина, как вам не стыдно!

Да уж, картина в ночи была абсурдной. Я с одеялом, в кружевных панталонах и нательной рубашке чуть выше кружева панталон, и полностью одетый мужчина, с трудом перекатившийся на спину, и с удивлением рассматривающий нас с Перлой.

- Я здесь, - со стороны дома прогарцевал Бёбр, раздвинув нас с феей широкими плечами.

Я только и успела, что завернуться в одеяло, когда он протянул пострадавшему руку.

- Тебя что, счастьем пришибло? – Спросил он у певца, потому что тот продолжал лежать и смотреть на нас троих.

- Скорее привалило, - хохотнула я, добавив целомудренное, - привалило Любовью.

- Окаянной, - заржал Бёбр, а собаки вновь забрехали.

- Я же с тобой попрощалась, - Перла огрела дознавателя по спине, - выпроводила, понимаешь ли!

- Кричали… - многозначительно поиграл бровями тот.

- Пели! – влезла я в перебранку, - вот он.

- Пели? – Фея рассмотрела в руках певца какой-то музыкальный инструмент, больше похожий на музыкальную шкатулку. – Для кого?

- Может для тех, кто на лугу? – внесла я предположение на обсуждение. В то, что пели для меня, как-то не верилось.

- А кто там? – тут же напрягся дознаватель.

- Не знаю, слушатели, может?

Дознаватель обошёл лежащего и выглянул на луг.

- А что пели-то, - прошептала фея на ухо.

- И конь с сирени ветки объедая, ждет, чтоб забрать тебя ко мне. – Процитировала въевшуюся в память строчку.

Фея фыркнула, причём как-то придушенно.

А с луга в разные стороны шуршало не менее десятка невидимых слушателя. Трава была высокой, а они, почему то не хотели быть застуканными.

- Не, ну я один, всех не догоню, - повернулся к нам дознаватель, - да и не при исполнении я.

- Ага, - ухмыльнулась фея, - и не женщины там, ведь так, Бёбр?

- Не женщины, и даже не дамы…

Я тут же вспомнила анекдот про дам, и не преминула его озвучить.

Женщины делятся на три категории: девушек, дам и бабушек.
При чём девушки еще на две: девушек и не девушек.
Дамы, в свою очередь, на три: дам, не дам и дам - но не вам.
А бабушки не делятся. Они разлагаются.

Бёбр заржал, аки конь, фея, подхихикивая, попыталась огреть его ещё раз, а лежащий, вдруг заплакал.

- Что с вами?

- Бабушек жалко! Жизнь у них кончена, - завыл он, и проклятые собаки зашлись лаем, воем и повизгиванием, причём помешательство ширилось и ширилось, куда-то в глубину города, тем самым навевая неясные опасения.

«Где только Любаша не пропадала!» - подумала я, и пнула лежащего ногой.

- Эй, любезный, ты зачем на частную собственность полез? Штраф сейчас как впаяем!

Певец икнул, и попытался отползти в открытую калитку.

- А действительно, - оживился Бёбр, - тебя что приглашали?

Он наступил на полу пиджака певца, и тот пару раз дёрнувшись притих.

- Не, ну странная ситуация, или она мне одной таковой кажется? – Не сдержалась я. – За калитку проник, песни пел, меня из дома выманил, и эти, - ткнула я пальцем в ночь, - убежавшие, подельники твои, да?

- Нет! – Открестился тут же он от участия в преступной организации, - мне заплатили.

- За что? – в три глотки переспросили мы.

- За романс! Я должен был спеть так, чтобы хозяйка вышла за калитку.

- Не поняла, - теперь уже фея, озвучила очевидный вопрос, - как она могла выйти за калитку, если ты пел тут?

- Так я змей боюсь! – Пояснил он, а я непроизвольно сдала пару шагов назад от калитки и луга.

- Я, кстати, тоже, - поведала окружающим, чтоб они не использовали меня в будущем в качестве наживки. Знаю я такие приколы. «А что будет, если», «а давайте» и самое моё не любимое, «а пусть Любаша сходит».

- Вот так всегда, - вздохнула фея, - любой, даже самый идеальный план летит в тартарары, если неправильно выбран исполнитель. Бери его, Бёбр, и пошли домой!

До кровати я доползла на рассвете. Как упала на живот, так и отрубилась.

Слишком уж много всего свалилось на меня бедную. И певец этот, с его – а я не знаю, не хотел, но очень настаивали, кому деньги лишние мешают? Его, кстати к задней калитке порталом перекинули. Кто-то не поскупился. Одноразовые порталы – это роскошь, - сказал дознаватель. А уж в калитку он сам полез, когда сообразил, какой пейзаж за спиной.

- Не запертая она была, я думал спою и спрячусь. А потом, когда всё закончиться решу, как домой возвращаться.

- А тебе что, на обратную дорогу портал не дали? – Перла раздраженно смотрела на двух мужчин на моей кухне. – План полностью не озвучили?

- Нет, сказали, что по обстоятельствам. Если, значится, хозяйка выйдет за периметр охраняемой усадьбы, значит работа выполнена, и я могу уйти. Остальная оплата будет дожидаться в ячейке банка До востребования.

- Что, тоже 50 % аванса дали? – влезла в его рассказ, вспомнив намеки Дровосека.

- Стандартная практика. Но общая сумма была настолько приятной, что я даже не сильно интересовался местом, где стоит дом. Переговоры велись через посредника. Именно он подбрасывает подработку. На свадьбе спеть, на дне рождения. На крестинах или сватовстве. Я с ним давно знаком, и ни разу он не подводил с заказчиками.

- А как посредника зовут, - лениво поинтересовался Бёбр.

- Зорян из Пилипцов.

- Так он что, не местный?

- Нет, мы с ним со времен магистериума знакомы. Тогда подработки спасали вечно голодных студиозов. В общем, как-то так.

- А если бы хозяйка не вышла?